Клубничка для босса
Шрифт:
Понял ли, что сказал? Отлично понял. Вениамин сдержал усмешку. Кого этот товарищ сейчас хочет выставить не в лучшем свете? Или, дать понять, что в курсе существующей проблемы? Так, уже давно, как проблему, тот инцидент перестал рассматривать.
А Алинка, заметить успел, едва не задохнулась от негодования. Однозначно ведь, поплакалась старому другу в жилетку. Не учла только факта, что тот болтливым окажется. Или, как вариант, цель какую-то свою преследуя, выдал информацию.
— Совершенно точно, — кивнув, подтвердил Вениамин. И, не удержавшись, добавил
Слушала его Алинка не просто внимательно. С откровенным интересом. Кажется, открывая для себя нечто невиданное и неожиданное. Впрочем, самого себя в неожиданном свете открывал. Вот когда Светика заставал в компании какого-нибудь пройдохи, ни одна душевная струна не задевалась. А здесь…
— Вениамин Викторович, мы не в офисе, — вслух осторожно выдала.
— Неужели? — переспросил, с откровенно наигранным удивлением. — А мне показалось, мы с вами, Алина, только декорации сменили. А я не люблю, когда мои люди с конкурентами общаются. Ни к чему хорошему такое общение, обычно, не приводит.
Язвил. Вообще, не понимала, что происходит. Взгляд холодный, колючий. Даже когда с её так называемыми косяками разбирался очередной раз, иначе смотрел. Что здесь не так, взять в толк не могла.
— Это я-то, конкурент? — не понял Анатолий, явно, не совсем понимая происходящее. — Да мне до вашего бизнеса…
— Вот и отлично, — не дослушав до конца, кивнул Егорский. При этом, открыв калитку соседнего двора, буквально затолкнул туда Ягодкину. — Значит, мой сотрудник отправляется спать. Завтра у нас сложный день.
Сложный? День? Завтра?? О чем это он?!
— Вы что себе позволяете?! — возмутилась Алина, попытавшись выдернуть руку из клешни Егорского. — Я свободный человек и имею полное право…
— Завтра, — оборвал резко её фразу.
— Что, завтра? — не поняла Ягодкина, оторопело уставившись на босса.
Кажется, тот заигрался в босса-подчиненную. На отдыхе она. В отпуске. Кстати, сам же туда, помнится, и отправился с пару недель назад! Так, какого черта не дает прохода? Что здесь и сейчас делает?!
— Завтра выслушаю все, что думаешь в мой адрес, — терпеливо прозвучало пояснение Вениамина. — А сегодня — спать, — перехватив взгляд девчонки, поинтересовался, не пряча… теплой улыбки, — Или, Тамару Ильиничну позвать?
Ветром сдуло. Не смотря на характер, бабушку все же… Нет, не боялась. И, даже, не побаивалась. Скорее — любила и уважала. Какое чувство сильнее, кто ж его знает. Если родителей ей по сути заменили, не отказавшись в свое время… еще и чувство благодарности, однозначно, будет…
— От нее подальше, совет послушай, держись, — предложил, проследив, как девчонка легко взбегая по ступеням дома, скрывается за дверью.
Сам не мог понять, что в парне так раздражает и настораживает одновременно. Слишком лощеный. С другой стороны, если самодостаточен, следит за собой,
— А не много на себя берете, Вениамин Викторович? — прозвучало в ответ. — Или, считаете, что своими миллионами можете купить всё и вся? Так, вам к сведению, Алинка не продастся. С тем будет, кого сама захочет.
Последняя фраза недоумение откровенное вызвала. Даже мысли, честно говоря, не возникало, кого-то покупать.
— Очень постараюсь, чтобы не с тобой, — произнес вслух, секундой спустя добавив, — Не нравишься ты мне, парень. Очень не нравишься.
Не добавив больше ни слова, направился к собственному дому.
Глава 21
Неожиданный казус
Уже к себе собрался подняться, когда заметил пробивающийся из-под двери гостиной свет. Не закрывалась, обычно, данная комната в доме.
В недоумении приподняв бровь, осторожно заглянул. Мама. Одна. Или, снова с отцом конфликт, или… Очень боялся узнать, что…
— Ты одна чего?
Улыбнуться себя заставил. Какая бы не возникла снова проблема, верил, справятся. Получилось же вырвать её из клешней серьезной болезни. Отступила та. Да, кардинально условия проживания пришлось поменять. Не подходил для мадам Таловой климат мегаполиса. Но и свои плюсы обнаружились. Когда б еще домик в деревне прикупился.
— Подумать надо, — выдала, совершенно неожиданно для сына, Мария Андреевна.
Когда она вот так начинала говорить… Да и тон совсем не понравился.
Оставив чуть приоткрытой дверь, Вениамин, пройдя через комнату, присел перед матерью. На мгновение задумался. О чем именно могла размышлять еще достаточно молодая женщина, закрывшись одна в комнате? Возможно, догадывался. Да и, наверно, догадывался.
— Мам, у него снова, кто-то? — коротко прозвучал вопрос.
О чем спрашивал? Да о том самом, что много лет назад к серьезному конфликту с отцом привело. Не вмешайся тогда Мария Андреевна… Простила. Приняла. А вот у него до сих пор понять отца не получалось. Если любил, какого черта на так называемое «лево» потянуло. Да и было бы там, на что тянуть…
— Вень…
— Мама, давай без попыток его обелить, — попросил Вениамин, резко выпрямляясь на ногах. — Мне не четырнадцать лет, так что выплеска эмоций не будет. Но если снова за свое взялся, может, вам развестись? На улице не оставлю, но и здесь…
— Мне иногда кажется, что ты из-за того случая, до сих пор один, — тяжело вздохнув, вслух выдала Мария Андреевна, чем привела в откроенное недоумение сына.
Тот случай… Сейчас, с возраста тридцати плюс, рассматривал его чуть под иным углом. Да, с отцом отношения, натянутыми до сих пор оставались. Фамилию демонстративно, при получении паспорта, материну взял. Но дело даже не в измене отца матери было, а во лжи. Наверно, уйди из семьи, поступи по-честному, а не дожидайся, пока твоя пассия на пороге дома появится…