Клубничка для босса

Верон Ника

И, в самом деле, кто? Да весь поселок. Любой. Не за забором высоким жили. От людей не прятались.

— А внука, случаем, не Толиком зовут? — поинтересовался так, между делом.

Вообще самого себя понять не мог. Последние дни Ягодкина в буквальном смысле слова, в мозг забралась. В душу проникла. Причем на столько глубоко, что вытравить уже ничем не получалось. Воздух деревенский так действовал? Так, в город по делам уезжал. Не отпускала. Без конца в мыслях возвращался к вопросу, как она тут.

— Приехал, значит, гад, — проговорила мать тихо,

медленно опускаясь на стоявший рядом табурет. — Вот этого-то баба Тома и боялась больше всего. Что сразу к Алинке их наведается, — пояснила свои последние слова мадам Талова. — История там, вроде, какая-то едва не случилось в свое время. Не нравится Тамаре Ильиничне это бывшее увлечение внучки.

— Ну, вот тут я с бабой Томой солидарен, — совершенно неожиданно, в том числе и для самого себя, согласился Егорский. — Мне он, тоже, чертовски не понравился. Хотя, для Ягодкиной, наверно, в самый раз, — добавил, выходя их дома.

Куда собирался? Да никуда. Во дворе посидеть. Воздухом подышать. Относительно Ягодкиной поразмышлять. В отпуск, от себя подальше отправил. А по факту получилось, снова — рядом. И организм вновь посылы совсем не те давал. Все до боли офис напоминало. Только что сотрудник не в офисной форме. А в шортиках и сарафанчиках, которые больше открывали, чем скрывали. И если она в том виде, в котором перед ним скачет, с этим чертовы Толиком куда-то отправилась…

Толик… Ладно. Толик. Откуда взялся? Выяснить совсем не мешает. На кой черт? Какая разница, с кем там Ягодкина… Хоть с тремя Толиками…

Однако, пока до соседского двора шел (обещал же с запором Яшкиного загона разобраться), начальника своей безопасности набрал. Задачу поставил выяснить и доложить. В максимально сжатые сроки.

— Угроза нам? — прозвучал в трубку уточняющий вопрос.

— Угроза моим кадрам, увести могут, — уже когда произнёс фразу, долго в недоумении на телефон в своей руке смотрел. Чушь откровенную сморозил.

Увести. Кадры? В самом деле за специалиста так переживал? Или вся проблема крылась в том, что тем самым специалистом, Ягодкина была?

— Да дед обещал вечером сам посмотреть, — такой фразой встретила его баба Тома.

Расстроена явно чем-то была. В глаза бросилось сразу. Неужели из-за Алинкиного ухажера?

— Да я тоже, вроде как, тоже обещал, — напомнил Вениамин, проходя во двор. — А то, сбежит снова. Алинку вашу с кавалером начнет по деревне гонять, — вроде как, сыронизировать попытку сделал. На сколько удачную? Не расположена была Тамара Ильинична, судя по следующей реплике, иронию ту поддержать.

— Не велика беда, если и на рога паршивца подсадит, — направляясь в сад, проговорила баба Тома сквозь зубы.

Не нравился. Совсем. И то не показное.

— Что-то не жалуете вы молодого человека внучки, — постарался Егорский произнести с легкостью в тоне. — Вроде, парень видный.

Льстил. Намеренно. Нет, красив, не спорил. Накачан, как тот слон. Сколько в том качке мозгов — вопрос.

— Девок он портить,

видный, — продолжала «шипеть» баба Тома. — Алинку нашу поле школы только успели уберечь от него. Ему бы под юбку девчонке залететь. Как трофеи, их собирает. А Алинка у нас видная, хоть и худенькая и без приданого этого вашего, городского. Умная. Ей учиться надо было. А забеременела бы? Да и с дитем не сильно разгонишься. Не каждый замуж возьмет.

Вольером занимаясь, Егорский одновременно внимательно слушал Тамару Ильиничну, в мыслях некоторые заметки для себя делая. С одной стороны, да, вроде внучку расхваливала. С другой… Да, умная девчонка, смышленая. Только опыта маловато. Ну и, не интриганка. Простодушна слишком. Такую опекать и оберегать требуется…

— А с родителями её, что? — спросил осторожно, от работы на какую секунду отвлекаясь. — Неужели не помогли бы?

Как-то не задавал лишних вопросов. Одна и одна. Пристроил к себе по личной просьбе друга. Тоже не особо расспрашивал.

— Так с детского возраста одна она у нас, — тяжело вздохнув, сообщила баба Тома. — Погибли родители. Зимой гололед страшный был. От нас в город возвращались. Алинка тогда раскапризничалась, уезжать не хотела. Игорь, сын, Наташу уговорил оставить до выходных. А через час сообщили… Недалеко отсюда отъехали. Камаз занесло не скорости. Оба. Сразу.

Слов не было. Чувствовал себя неловко в данный момент. У матери следовало расспросить , — мелькнула запоздалая мысль. Наверняка что-то слышала. Всё же десять лет уже, как здесь живет.

— Извините, не знал, — всё, что сказать в данный момент времени, мог.

— Да переболело уже, — махнула баба Тома рукой. Только взмах слишком уж обреченным вышел. — За Алинку только боязно, — призналась, негромко продолжая. — Одна она у нас. Молоденькая совсем. Наивная бывает. А брат не всегда уследить может. Своя жизнь есть. Да и двоюродный он ей. И… — замешкалась, заставив Егорского невольно насторожиться. — Вень, правда, что дел она у тебя натворила?

Новость. Точно помнил, никому здесь ничего не рассказывал. Сперва у Артёма, друга, информация о происшествии появилась. Теперь… Ощущение, что кто-то за спиной действовал. Впрочем, догадки некоторые имелись. Доказательства, пока, отсутствовали.

— Она сказала? — спросил, тем не менее.

— Люди, — отрицательно качнула головой Тамара Ильинична. — Люди ведь всё знают. Если и так, она не со зла. Переживает очень.

Никогда обратного и не утверждал. Только сразу не разобрался. А когда чуть глубже копнул, в шоке оказался. Время потребовалось, срочные меры принять. Алинка же в его лице, кажется, монстра для себя увидела…

— Знаю, что не со зла, — выдал совершенно неожиданно Вениамин.

Вообще, в последние дни самого себя не понимал. Тянуло к девчонке, словно магнитом. Впрочем, еще в городе неладное почувствовал. Когда увольнять категорически запретил. Когда в отпуск бессрочный отправил, от Светика спасая. Когда проблему с отелем решал…