Клоун
Шрифт:
Действие стимулирующего зелья стремительно сходило на нет, и капитан выглядел все более изможденным.
— Хорошо, — ответил Клейн и, не дожидаясь, пока капитан добавит что-то еще, выпалил: — Я подменю старого Нила на посту у Хранилища оружия, а заодно подам заявку как минимум на двадцать пуль для охоты на демонов. И буду покорно ждать вердикта Священного Собора, подавляя в себе любопытство к дневнику семьи Антигон.
— … — Данн на мгновение лишился дара речи, не зная, что и ответить.
— Капитан, больше никаких
Данн покачал головой, так и не вымолвив ни слова.
Клейн взял свою трость, развернулся и, пройдя немного по коридору, свернул к Хранилищу оружия. Внутри он в общих чертах пересказал произошедшее пьющему воду старому Нилу.
— Превратился в обезумевшего монстра… А ты прикончил Потустороннего? — старый Нил торопливо прибрался на столе. — Звучит так, словно я слушаю сценарий какой-то театральной пьесы.
Бормоча себе под нос, он обогнул стол и устремился к выходу в коридор, даже не дожидаясь ответа Клейна.
Клейн же с нескрываемым любопытством бросил ему вслед:
— Мистер Нил, неужели у Церкви нет нормальных исцеляющих зелий? Зачем прибегать к помощи ритуальной магии?
— Зелья, сваренные из обычных ингредиентов, не способны надолго удерживать целительный эффект, дарованный ритуалом. А материалы, обладающие потусторонней силой, слишком редки, да и большинство из них попросту не годится для подобных целей, — небрежно бросил старый Нил. — Ты ведь уже видел «Взгляд Богини»? Так вот, когда это зелье только-только создают с помощью ритуала, оно является самым что ни на есть настоящим исцеляющим лекарством. Но с каждой последующей минутой его целебная сила испаряется, пока не остается лишь жалкая капля.
— Вот оно как… — с легким разочарованием кивнул Клейн.
Будучи в прошлом заядлым «клавиатурным искателем приключений» — проще говоря, геймером — он по привычке жаждал увидеть в этом мире классические исцеляющие зелья.
Проводив взглядом удаляющегося старого Нила, Клейн опустился на стул и ощутил давно забытое чувство покоя.
И в этой звенящей тишине перед его глазами вновь замелькали образы: предсмертная агония клоуна во фраке, его собственные хладнокровные выстрелы, зияющие раны и густая алая кровь.
Тело Клейна пробила мелкая дрожь, а к горлу подступил тошнотворный ком. Он вскочил на ноги, затем снова сел. Раз за разом повторяя эти бессмысленные движения, он принялся мерить шагами комнату.
— Фух… — выдохнув, он решил найти себе занятие, чтобы отвлечься и прогнать эти жуткие картины из головы.
Клейн снял цилиндр и пиджак, достал носовой платок с щеточкой и принялся скрупулезно, сантиметр за сантиметром, счищать с одежды налипшую грязь и пыль.
Неизвестно, сколько прошло времени, как вдруг он услышал до боли знакомые шаги старого Нила — старик всегда ступал с пятки на носок, создавая весьма специфический звук.
—
— Передай остальным, чтобы в ближайший час сюда никто не совался. Мне нужно как следует отдохнуть, — скользнув взглядом по Клейну, добавил он.
— Может, вам лучше подняться наверх? А я покараулю здесь, — из лучших побуждений предложил Клейн.
Старый Нил покачал головой:
— Наверху слишком шумно. Розанна — та еще трещотка, у нее рот вообще не закрывается.
— Хорошо, — не стал настаивать Клейн. Он надел пиджак, нахлобучил шляпу, взял трость и, выйдя в коридор, прикрыл за собой дверь Хранилища оружия, оставив лишь небольшую щель.
Цок, цок, цок. Неспешно шагая по пустующему туннелю, юноша вдруг заметил сбоку открытую дверь комнаты, которой раньше здесь точно не было.
«Ого, а тут, оказывается, потайная дверь…» — Клейн остановился неподалеку от поворота и заглянул внутрь.
Он увидел, что «Сборщик трупов» Фрай уже вернулся. Прямо сейчас он проводил тщательный осмотр полностью обнаженного трупа.
Труп? Сердце Клейна екнуло. Собрав волю в кулак, он подошел ближе и трижды легонько постучал по открытой двери.
Тук, тук, тук.
Фрай прервал свое занятие, повернулся и окинул его взглядом своих ледяных голубых глаз.
— Прошу прощения за вторжение. Мне просто любопытно: это тело того самого Потустороннего? — тщательно подбирая слова, спросил Клейн.
— Да, — тонкие губы Фрая разомкнулись, но он выдавил из себя лишь одно слово.
Клейн заглянул ему за спину и действительно обнаружил на лбу мертвеца знакомую жуткую рану.
«Тот самый клоун во фраке…» — Клейн незаметно выдохнул и поинтересовался:
— Нашли что-нибудь интересное?
— Нет, — предельно лаконично ответил Фрай.
В воздухе повисла неловкая пауза. Клейн уже собирался откланяться, как Фрай вдруг заговорил первым:
— Если чувствуешь себя не в своей тарелке, можешь зайти и посмотреть поближе. И тогда ты поймешь, что это всего лишь кусок мертвого мяса.
«Боится, что у меня останется психологическая травма?» — Клейн задумчиво кивнул:
— Хорошо.
Он переступил порог, подошел к накрытому белой простыней длинному столу и уставился на труп.
Красно-желто-белый грим с лица клоуна был полностью смыт, обнажив совершенно неприметное, незнакомое лицо: черные волосы, высокий нос с легкой горбинкой, на вид около тридцати лет.
В этот момент Фрай подошел к квадратному столику в углу и взял оттуда карандаш с чистым листом бумаги.
Вернувшись к трупу, он пристроил бумагу на твердой поверхности и принялся быстро орудовать карандашом — вжик, вжик, вжик.
Клейн с любопытством скользнул взглядом по его работе и с удивлением обнаружил, что Фрай рисует портрет клоуна во фраке.