Клинки севера
Шрифт:
— Что-то случилось? — забеспокоился он.
— Н-нет… — Алесса решилась. — И да. Сначала ты уплыл без Симки, рискуя собой. Затем Геллера едва не убила тебя своим клятым ритуалом, потом — я… теперь эти… перестраховщики. Я боюсь, что однажды ты выйдешь за дверь и не вернёшься. Никогда не вернёшься! Ну зачем ты присягал Императору, Вилль?!
— Лесь, понимаешь…
— Да всё я понимаю! — ворчливо перебила знахарка. — Сущность аватара и всё такое…
— Нет! — Вилль перетёк в сидячее положение и привалился спиной к стене, не забыв проверить её на прочность. Алесса жалась к его груди, и жалобный стон плетёнки слышала отчётливо.
— Пойми, в жизни каждого наступает
— До тех пор, пока не появилась я?
— Да, моя хорошая, именно ты мне жизнь перевернула, и я, признаться, этому очень рад. А Повелитель — это совсем другое дело. Понимаешь, он самый достойный из командиров, и я горжусь тем, что он принял мою присягу. Он не хочет войн, он хочет того же, что и я — защитить своих и сделать их жизнь лучше. Нашу с тобой жизнь! А я буду защищать его самого и его семью, когда таковая появится. Хотя скорее бы. Император один, а охотников до престола много…
Глядя в заблестевшие глаза аватара, Алесса прикидывала, стоит ли рассказывать о встрече с оным радетелем. В итоге решила признаться. Реакция последовала предсказуемая — Вилль затрясся от смеха.
— Повелитель за такую ерунду не казнит! Небось, первым же потом и посмеялся! — переведя дыхание и потрепав Алессу по плечу, он продолжил:
— Повелитель о тебе расспрашивал. Мол, кто такая, откуда. Видишь ли, он хочет поставить вопрос о том, чтобы брать метаморфов на государственную службу, военную и гражданскую. До сих пор, если оборотни и принимали участие в государственных делах, то в итоге оказывались по тёмную сторону решётки. Ты сражалась с налётчиками и врагами Империи. Защищала жизни горожан, едва не лишившись собственной, а потом лечила раненых с полной самоотдачей. Если придать это дело огласке, те из вас, кто ещё боится людей, сами потянутся в Равенну. Заступник у метаморфов есть.
Радужные перспективы немного подняли настроение. Со слов Вилля всё выходило так легко и просто!
— А мне лицензию для артели прикладников дадут?
— Почему же нет? Вряд ли вам позволят писать образа для иллиатаровых храмов, но шкатулки и ларцы — пожалуйста!
— Вилль, я тут подумала… А что, если, кроме темперы, использовать сусальное золото? А вместо пейзажей и сказок рисовать острой кистью цветочные орнаменты, бабочек, Небесных птиц? Я таких шкатулок не видела ни в одной губернии, значит, будем первыми!
— Авторство запатентовать не забудьте.
— Что?
Вилль чмокнул её в макушку.
— Это, матюмачиха, значит, что вам нужно нанять… эээ… писаря, разбирающегося в документации. А то найдутся прохвосты, которые скажут, дескать, им этот мотив перешёл от пращуров ещё со времён войны…
— Ой, война! — спохватилась Алесса, вспомнив, что о главном приключении она так и не рассказала. — Я же в Равенну поехала, потому что призраки Хранителей послали мне письмо от твоего имени, а привидение горлицы у них за почтового голубя! Ну, я с ними маленько поболтала у фонтана…
— Тебя позвали призраки?! — глаза аватара формой и размером стали напоминать полушки.
— Ага! Весёлые они ребята, надо сказать! Кстати, Деву на самом деле зовут Россэлин, а варга…
Неожиданно лишившись опоры, Алесса распласталась на одеяле. Но возмутиться не успела.
— Россэлин?! Россэлин?!! Ты видела призрак моей бабушки?!! — нависая над ней, благоговейно возопил аватар.
***
Пожарище
Когда всё встало на свои места, пришёл Алессин черёд подбирать челюсть. Путаясь в словах и запинаясь, она худо-бедно описала встречу с призраками, и теперь Вилль заливал потрясение кофейным напитком, нашедшимся в мешке хозяйственной, предусмотрительной Триш. Мысли толклись в голове, как отара перед новыми воротами, и ничего путного из этого не выходило. Вилль решил подумать обо всём позже…
Леська подошла со спины, обняла за плечи. Вилль накрыл ладонями её руки. С самого начала их отношения строились как-то не так: ссорились-мирились, ругались-обнимались, плевались-целовались. Как… люди. В семье Винтерфелл было иначе. Никаких выяснений отношений, скандалов, ни, упаси Пресветлая, драк, а Алесса иной раз посмотрит так, что непонятно становится: то ли обнимет, то ли отвесит затрещину.
Говорят, природа отдыхает на детях гениев.
Так что за здравомыслие собственных можно будет не переживать.
— Мда. Ничто в этом мире больше меня не удивит… — резюмировал аватар.
Но через пять минут он уже думал иначе.
— Кто-то попался! — встрепенулась Триш и, прикрыв глаза, уточнила. — Трое и одно земноводное… И ещё один… идёт сюда? Что за…
Без единого звука клинки покинули ножны. Меж ладоней Триш ощетинилась ледяными иглами серебристая сфера. Избегая окон, они приникли к стене, стараясь отыскать хоть маломальскую щель. Кицунэ сунул под дверь острый нос.
— Человек! Чего это он босиком, закаляется, что ли?
— Арвиэль? — послышался из-за двери мужской голос.
Все как по команде, уставились на Вилля. Тот недоумённо мотнул головой, мол, не знаю таких, и перевёл взгляд на Триш. Девушка озадаченно пожала плечами. По её заверениям, круг, сотканный из грунтовых ручьёв, способен распознать только маг воды, но и «сторож», в свою очередь, почует заклинателя стихии. Однако сигнала не было.
Тем временем мужчина вежливо постучал.
— Арвиэль, если вы здесь, пусть ваши друзья расколдуют моих! Со мной Дан!
— Как вы меня нашли? — решил подать голос Вилль, остальным сделав знак молчать.
— Вера чувствует чужое настроение. Она узнала вас через реку, и мы сразу пошли сюда. Здесь мост неподалёку.
Вера… Вера… Акцент искажал имя, но невозможно было не вспомнить его.
Вилль распахнул дверь настежь. Острие ринг" ари замерло у горла человека.
— Э-эй! Ребят, не надо поножовщины!
Мужчина медленно развёл руки, демонстрируя самые мирные намерения. Далеко не юноша, но сохранился неплохо. По виду — типичный житель средних областей Неверры. Высокого роста, сухопарый. Немного вытянутое скуластое лицо, волевой подбородок. Тёмные волосы зачёсаны назад, а глаза — светлые, иронично поблёскивают за прямоугольными стёклами очков. Женщинам такие нравятся, а мужчины охотно принимают в компанию.