Клиенты
Шрифт:
Прежде чем я успеваю вдуматься в этот вопрос, меня прерывает знакомое жужжание моего телефона. Я хихикаю и нетерпеливо хватаюсь за него — часто то один, то другой брат Костас звонит мне, чтобы проверить, как дела в течение дня.
Но затем мой желудок сжимается при виде имени, которое появляется на экране идентификации.
Дженсен Дрейпер.
О, чёрт. Чего он хочет?
Глава 11
Мишель
Я несколько мгновений смотрю на экран
Я почти забыла о нём.
Почти, но не совсем. Несмотря на то, как сильно я ненавижу Дженсена Дрейпера, сейчас я здесь, сижу у бассейна рядом с многомиллионным особняком в милом бикини из-за него.
Наверное, я должна ответить.
Моя верхняя губа непроизвольно приподнимается при этой мысли. Я натягиваю шелковистое кимоно и плотно оборачиваю его вокруг тела. Несмотря на то, что Дженсен не сможет меня видеть, от одной мысли о разговоре с ним, будучи одетой так вызывающе, у меня мурашки бегут по коже.
Я отвечаю.
— Алло? — к моему облегчению, мой голос звучит ровно, хотя и слегка мягко.
— А, Мишель, доброе утро, — даже по телефону голос Дженсена маслянистый и надоедливый.
— Мистер Дрейпер, — холодно отвечаю я, надеясь, что мой тон достаточно пресыщенный.
— Я звоню, чтобы проверить, как идут дела, — шипит он. — Довольны ли клиенты? — когда я слышу голос Дженсена, я не могу не думать о том, как ужасно всегда пахнет у него изо рта.
«Не блюй, не блюй», — повторяю я себе. Дженсену я просто отвечаю:
— Всё в порядке. Я ценю ваш звонок.
— Пожалуйста, мисс Саттон, — шипящий тон Дженсена напоминает голос ящерицы. — Подробнее. Вы им нравитесь? Они обращаются с вами… кх-м, как со своим домашним питомцем?
Что, чёрт возьми, не так с этим мужчиной?
Я вздрагиваю, внезапно ощущая холод, несмотря на тепло, исходящее от солнечного света над головой. Зачем ему говорить что-то подобное? Это почти унизительно, когда тебя называют «питомцем». Мне удаётся сохранять спокойствие в голосе.
— Я не думаю, что это ваше дело, — говорю я жуткому мужчине резким голосом.
— О, это моё дело, мисс, — теперь в тоне Дженсена отчётливо слышится угроза. — Помни: чего бы ни захотели братья Костас, ты это делаешь. Извращённое дерьмо, наркотики, кнуты и цепи, что угодно. Ты подчиняешься им и делаешь их счастливыми. Ты у меня в долгу, и тебе лучше не забывать об этом.
Прежде чем я успеваю ответить, Дженсен резко обрывает звонок. Я сижу неподвижно, ошеломлённо уставившись на свой телефон и пытаясь осознать, каким противным только что был мой бывший босс. Что, чёрт возьми, это было?
— Мисс? — голос дворецкого выводит меня из задумчивости. — С вами всё в порядке?
Я дотрагиваюсь до своих раскрасневшихся щёк и понимаю, что моё лицо, должно быть, выдает мои эмоции.
— Да, я в порядке, просто мне неожиданно позвонили, вот
— Могу ли я быть чем-нибудь полезен? — спрашивает меня добрый старик.
Я улыбаюсь ему с другой стороны бассейна и качаю головой.
— Нет, но спасибо.
— Очень хорошо. Ваш обед готов и накрывается на веранде, пока мы разговариваем.
— Спасибо.
Я встаю, мои ноги слегка дрожат подо мной.
«Ненавижу, что Дженсен может так на меня воздействовать», — думаю я, проглатывая остатки своего дайкири. Я хватаю телефон и книгу и иду на веранду, надеясь, что обед поможет успокоить мой желудок.
Поглощая вкуснейшее блюдо, я не могу избавиться от чувства разочарования из-за Дженсена.
«Он всё неправильно понял», — сердито думаю я. «Он полностью исказил факты, но он мерзавец, так что этого следовало ожидать».
Я кладу вилку и опускаю голову на руки, чувствуя себя обезумевшей от слов моего бывшего босса.
Я знаю, что я ничего не должна этому засранцу, но, тем не менее, его слова испортили мне день. Зачем ему нужно было звонить? Зачем ему нужно было ругаться на меня и намекать, что я всего лишь игрушка для братьев-миллиардеров? Дженсен продажен и склонен к манипуляциям, это точно.
«И всё же, — думаю я, когда поднимаю голову от своих рук и осматриваю окружающую меня сцену, — мне нравится быть праздной дамой». Блюда подаются быстро, я ни в чём не нуждаюсь, а братья Костас ужасно балуют меня каждый день.
И всё же я не уверена, что мне этого достаточно.
«Смогу ли я продолжать заниматься этим надолго?» — спрашиваю я себя, ковыряясь в тарелке с обедом, внезапно перестав чувствовать голод. «Я влюбляюсь в Тома и Габриеля, но достаточно ли этого для меня? Кроме того, что произойдёт, когда они закончат? Мне просто вернуться в свою старую квартиру?»
Мысль о возвращении в мою унылую квартирку наводит тоску. Моя маленькая студия с двухконфорочной плитой и разводами от воды на потолке кажется жалкой и ужасной после того, как я наслаждалась жизнью в особняке. Более того, что бы я сделала ради работы? Была бы я действительно счастлива, вернувшись в корпоративный мир, где я каждый день часами просиживаю в крошечной серой кабинке? При ярком солнечном свете это звучит особенно удручающе.
«Я чувствую себя мухой, попавшей в паутину», — думаю я с жалостью к себе.
Не знаю, чего я хочу, и у меня такое чувство, что братья Костас не слишком хорошо отнесутся к моим сомнениям. В конце концов, они купили женщину ради её тела, и теперь мне напомнили об этом факте.
Я набрасываюсь на свой ланч, представляя, что это голова Дженсена, и жду, пока пройдут часы, пока Том и Габриель не вернутся домой. Я знаю, что мне нужно поговорить с ними; я просто понятия не имею, что сказать и как это сделать.