Клиенты
Шрифт:
По-моему, это глупо. Я встаю на колени на кровати и распускаю волосы по плечам. Это очень красивая поза в стиле девушки с картинки, и я надеюсь, что им это понравится.
Или, может быть, всё это неправильно. Может быть, я всё делаю неправильно, и я быстро снова поправляю волосы.
Но прежде чем я успеваю найти позу получше, чтобы успокоить своих будущих любовников, раздаётся резкий стук, за которым следует открытие двери в мою спальню.
Том и Габриель Костас стоят там, возвышаясь в дверном проёме, как боги. Они одеты в тёмно-синие одежды, которые
Двое мужчин пока не двигаются с места, чтобы войти в мою спальню, просто с ненасытным желанием смотрят на моё едва прикрытое тело.
Похоть, мерцающая в этих двух парах пронзительных голубых глаз, говорит мне, что это будет ночь, которую я никогда не забуду, и правда в том, что я не могу дождаться.
Глава 9
Габриель
«Ни хрена себе», — это всё, о чём я могу думать, любуясь красотой Мишель.
Кружевной чёрный наряд почти не оставляет простора воображению, и я чувствую, как возбуждаюсь при виде её соблазнительных изгибов и пышной груди, вздымающейся под тонкой тканью. Мне хочется немедленно подойти к ней, но я сдерживаюсь, вместо этого улучаю момент, чтобы вникнуть в каждую деталь.
Буйные каштановые кудри Мишель придают ей вид соблазнительницы, в то время как её тёмно-карие глаза горят желанием. Её грудь идеальной кремово-белой формы, а соски напрягаются под крошечным кружевным лифчиком, дерзкие и нетерпеливые. Мой взгляд опускается ниже, к её пышному заду, что вызывает у меня желание схватить её за соблазнительную попку и полные бёдра и входить в неё, пока она не начнёт умолять меня позволить ей кончить.
Наблюдая за красивой женщиной передо мной, я понимаю, что больше не могу этого выносить. Я хочу, нет, мне нужно прикоснуться к грудастой брюнетке, которая выглядит как чистый грех, несмотря на свою невинность.
Мы с Томом вместе заходим в комнату, и я закрываю за нами дверь. Медленно мы приближаемся к Мишель, каждый из нас осознаёт её неопытность, когда дело доходит до секса, и полон решимости сделать этот первый раз идеальным.
Сначала я прикасаюсь к Мишель, осторожно, как будто она сделана из тончайшего фарфора. Я позволяю своим пальцам коснуться её шеи, затем медленно прокладываю путь к вершинкам её вздымающихся грудей. Её дыхание учащается, когда я продолжаю свои нежные ласки.
Рядом со мной Том начал собственное исследование прекрасного тела Мишель. Медленно он целует её в шею, сначала за ухом, а затем спускается ниже, к вершинкам её грудей. Мишель стонет в знак признательности, звук глубокий и горловой.
Вместе мы исследуем тело Мишель своими ртами — целуем, облизываем и покусываем — от шеи до декольте. Это нежная, нарочитая медлительность, показывающая Мишель, насколько она может возбудиться от одного прикосновения.
Когда я провожу языком по её соблазнительной груди, я больше не могу этого выносить — я должен взять её сосок в рот. Используя язык, я отодвигаю едва заметную ткань и обнажаю упругий бугорок. Сначала я просто целую вокруг него, что заставляет Мишель выгибаться
— Пожалуйста, пожалуйста, — хнычет она тонким от желания голосом.
— Чего ты хочешь? — спрашиваю я её, моё собственное удовольствие растёт из-за её желания.
— Я хочу… — Мишель снова стонет.
— Скажи мне, чего ты хочешь, — шепчу я ей на ухо.
— Я хочу, чтобы ты взял мой сосок в рот, — тон Мишель нетерпеливый и отчаянный.
Я подчиняюсь. Медленно я целую вокруг напряжённого соска, дразня его края языком. Наконец, я больше не могу этого выносить и втягиваю розовый бугорок между губами, проводя по нему языком снова и снова. Сидящий рядом со мной Том следует моему примеру, захватывая другой сосок Мишель своими губами и мучая её своим ртом.
Продолжая дразнить её соски, мы с Томом обхватываем руками пышное тело Мишель и приподнимаем её, помогая ей устроиться поудобнее на мягкой кровати. Лёжа перед нами, с обнажённой грудью и извивающимся от желания телом, я знаю, что мне нужно почувствовать внутреннюю сторону упругой женственности Мишель.
Мы с братом садимся на кровать по обе стороны от неё и снова начинаем наше нежное исследование её тела. Я зажимаю губами её твёрдый сосок и слегка тяну, в то время как пальцы Тома медленно прокладывают путь вниз, к девственной женственности Мишель. Она слегка извивается, задыхаясь и переполненная ощущениями. Но мы заставляем её чувствовать, любя её раскованные реакции.
— Это слишком, — стонет она, но снова выгибается дугой, желая большего.
— Расслабься, детка, — напевает Том, скользя ниже по телу Мишель. Осторожно, медленно он раздвигает её ноги одной рукой и проводит губами по тонкой ткани кружевного белья. Мишель стонет, и этот звук заставляет мой и без того твёрдый член отчаянно желать оказаться внутри неё. Я контролирую свою потребность и продолжаю лизать и теребить сначала один, затем другой сосок, в то время как Том начинает водить языком по краю трусиков Мишель.
— Ты хочешь, чтобы я засунул в тебя свой язык? — спрашивает он извивающуюся женщину, которая может только стонать в знак согласия. Для Тома этого достаточно. Ловко он отводит тонкую ткань в сторону, обнажая её набухшую влагу.
— О, чёрт возьми, детка, ты прекрасна, — хрипит он, прежде чем скользнуть языком внутрь неё. Мишель громко ахает. Я больше не могу этого выносить и стягиваю халат с плеч. Том делает то же самое, и вскоре на нас перед красивой девушкой остаются только трусы-боксеры. Однако ткань не подходит для наших членов, а огромные выпуклости заставляют её задыхаться.
— О боже, — слегка скулит она, пока Том продолжает ласкать языком её маленькую дырочку. — Вот чёрт!
— Блядь, — ворчит мой брат, глотая её сливки глоток за глотком. — Она такая вкусная.
Ухмыляясь, я беру одну из рук Мишель и просовываю её под резинку своих трусов. Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, дотрагиваясь до моего твёрдого как камень члена. Но она не сопротивляется и даже слегка сжимает меня своими маленькими пальчиками. Моя голова откидывается назад, и я издаю горловой стон.