Клэй из Виргинии
Шрифт:
– Хм-м… Придется присмотреть за ней. – Бью достал флакончик-раковину и вдохнул столько порций кокаина, сколько уместилось на ногте мизинца. – Скажи мне одну вещь. У тебя что-то было с моей сводной сестрой?
Уилл глотнул еще виски.
– Это давняя история, – ответил он. – Когда-то Клэй втюрилась в меня… знаешь, как это бывает, – умудренный опытом взрослый мужчина и все такое. Но очарование новизны скоро прошло.
Бью разразился хохотом.
– Отлично тебя понимаю. И теперь ты решил возобновить старую дружбу, – с деланным
Уилл покачал головой:
– Нет. Между нами все кончено.
– Я не об этом, Уилл.
– Да нет же, черт побери! И вообще… Мы деловые партнеры, Бью, но моя личная жизнь тебя не касается, понял?
Йейтс допил бокал и поднялся на ноги, собираясь уходить.
– Да, Уилл, я тебя отлично понял.
Глава 26
Крыльцо старого тайского дома украшали висячие корзины с розами, орхидеями, темно-пурпурными тюльпанами «Мадам Помпадур» и лазурными гиацинтами; огромные, ярко расцвеченные бабочки порхали над мандаринами, бананами, кремовыми яблоками, белоснежными плодами мангустина и мохнатыми кокосами, аккуратно разложенными щедрой рукой на соломенной циновке.
Наталия Феррари, лежа в своем белом шелковом гамаке, медленно развернула письмо, и по мере того, как прочитанное достигало ее сознания, большие печальные глаза ее наполнялись слезами. Тряхнув головой, отчего слезы растеклись по ее высоким скулам, она откинулась на спину; письмо упало ей на колени. Легкий ветер подхватил листок, и тот унесся прочь, пролетел над тиковой оградой и зацепился за тамаринд, в ветвях которого щебетали дикие попугайчики.
– Стоп! Снятое на проявку! – Джош Льюис, подбежав к Наталии, крепко поцеловал ее в полные губы.
– Ты была великолепна, – шепнул он.
– Спасибо, Джош. Ты самый замечательный режиссер, с каким мне только приходилось работать.
Теперь, когда мир между Наталией и Ником был восстановлен, съемки шли полным ходом, несмотря даже на то, что их недолгий роман подошел к концу.
– На сегодня все свободны, – объявил Джош группе. – Линда, найди Дона и Зэка, – это были ведущие каскадеры фильма, – а ты, Ларс, задержись на секунду – обсудим сцену с погоней на лодках. Фред! Как дела со складом? Нам разрешат снимать там завтра?
Фред Жюстен поморщился.
– Делаю все, что могу. Проклятые бюрократы; такое впечатление, что в этой стране никто не имеет права принимать окончательное решение. Того и гляди, придется вечером лететь в Бангкок и до утра сидеть у порога конторы, дожидаясь, пока ее откроют.
– Джош… Джош! – К Льюису подошла Марсия Симс, его бывшая любовница и главная героиня «Викторианской пасторали», а ныне супруга Харви Шафнера. Рыжеволосая красавица англичанка была одета в белые брюки и футболку с глубоким вырезом, плотно облегавшую ее пышную грудь.
– Где Харви? – спросил Джош.
– Он пошел в отель звонить по телефону. Послушай, Джош…
– Извините, что прерываю, –
– Как скажешь, Ларс. – Джош вновь повернулся к Марсии. – Прости, но я очень занят…
Марсия провела пальцами по руке Джоша и крепко стиснула его ладонь.
– Мне очень нужно поговорить с тобой, я не могу ждать. – В ее зеленых глазах застыла мольба.
Кивнув, Джош отвел ее в сторону.
– Мне кажется, я схожу с ума, Джош. Я совершила страшную ошибку, когда бросила тебя и вышла за Харви, – он типичный трудоголик и к тому же самый ревнивый мужчина из всех, кого я знала. С ним я просто задыхаюсь. – Марсия положила руки на грудь Джоша и впилась в его кожу пальцами. – Я хочу тебя, Джош, – чуть слышно произнесла она. – Я хочу тебя вернуть. – Марсия подняла лицо, готовое для поцелуя, но в это время из дома вышел техник-осветитель.
Джош вытащил сигареты.
– Хочешь? – спросил он.
– Давай… – Марсия взяла сигарету, и Джош поднес ей зажигалку. Потом закурил сам и неторопливо затянулся, подбирая нужные слова.
– Марсия, ты очень красивая женщина и ты очень талантлива. Я был бы рад вновь работать с тобой, и я сочувствую тебе… но ты знала, что делала.
– Ах, Джош, не надо читать мне нотации. Любой может ошибиться. – Она бросила взгляд в сторону моря.
– Помнишь, тогда я долго ухаживал за тобой и был взбешен, когда ты ушла. Но с тех пор многое изменилось. – Марсия стояла к нему спиной, и по ее вздрагивающим плечам Джош понял, что она плачет. – Мне очень жаль, что ты несчастлива, Марси. Может быть, тебе стоит поговорить с Харви, наладить с ним отношения…
Марсия вытерла слезы.
– Иди ты… знаешь куда! – Она резко повернулась и стремительно направилась к выходу с площадки.
Полчаса спустя Джош Льюис вернулся в отель. Он не успел пообедать и теперь раздумывал, не заскочить ли ему в кафе на террасе, чтобы отведать тайского супа.
– Джош, дорогуша! А я уже собиралась отправляться на поиски. – Одри Йейтс торопливо шагала к нему через вестибюль; длинная коса, в которую были заплетены ее светлые волосы, моталась из стороны в сторону.
– Какая неожиданность! Ты, случаем, не голодна?
– Но ведь ужинать еще рано…
– Давай назовем это поздним обедом – я так хочу есть, просто помираю.
Одри заулыбалась.
– Я пойду с тобой и буду смотреть, как ты ешь. Мне было так скучно без тебя в Гонконге; я бы ни за что не приехала туда, если бы не старые друзья матери. В «Ориенте» мне сказали, что ты в Паттайе, и я решила, что маленький отдых на морском берегу – именно то, что мне нужно. – Одри умолкла и перевела дыхание. – У меня идея; может быть, поднимемся ко мне и закажем закуски в номер? Ты выглядишь усталым, да и я порядком измучилась во время переезда.