Кэд
Шрифт:
— Несколько дней я буду свободен, — перед уходом сообщил девушке Кэд. — Не могли бы мы снова увидеться, например завтра? Можно было бы съездить куда-нибудь.
Она виновато посмотрела на Кэда.
— Я бы очень хотела, но это, увы, невозможно. Почему бы нам не пообедать завтра вместе?
— С удовольствием, — сказал он. — Разрешите мне пригласить вас. Я знаю один ресторанчик, где…
— Вы считаете меня плохой кухаркой? — с улыбкой сказала она.
Кэд невольно нахмурился — эта фраза напомнила ему о Хуане.
Викки, заметив, как
— Согласна. Приглашайте меня, это будет замечательно.
— Нет, — сказал Кэд, — сделаем, как хотите вы. Я с удовольствием приду сюда.
Они встречались все десять дней. На четвертый день Кэд рассказал Викки о Хуане и о неделях кошмара, которые прожил после ее ухода, о пьянстве и выздоровлении. В тот вечер он понял, что любит Викки Маршалл и что она тоже любит его, но ничего не стал говорить ей об этом. Призрак Хуаны был еще слишком реален, и, честно говоря, Кэд боялся быть втянутым в подобную авантюру.
Он даже обрадовался, когда Бурдик сказал, что им нужно ехать в Париж, чтобы сделать репортаж о наводнении его американскими туристами.
Был май. Кэд хотел получше разобраться в своих чувствах к Викки. Он очень много думал об этом и, наконец, решил, что разведется, а потом, когда будет свободен, сделает Викки предложение.
Не обсуждая этого с Бурдиком, Кэд посоветовался с опытным адвокатом, и тот сказал ему, что не видит никаких трудностей. В Мексике можно легко и быстро получить развод. Ему достаточно будет около двух недель пробыть в Мехико, чтобы договориться с хорошим адвокатом.
Кэд сказал Матиссону, что ему необходим отпуск на пятнадцать дней, чтобы утрясти свои личные дела. От Бурдика он не стал ничего скрывать и объяснил, что дело идет о разводе, и тот пожелал ему удачи.
Последний вечер он провел с Викки, но не стал посвящать ее в свои планы, считая, что это только его проблемы. Он только сказал ей, что отправляется в Мехико, чтобы закончить там одно срочное дело.
На следующее утро Кэд вылетел в Мехико.
Глава 6
Кэд пересек большой холл отеля «Эль Прадо», где разношерстная группа американских туристов любовалась фресками Риверы. Он только что пообедал в ресторане и не знал, куда девать свободное время.
Было воскресенье. Предыдущие три дня Кэд провел в спорах со своими мексиканскими адвокатами, которые, заверяя, что дело закончится очень быстро, заставляли его подписывать бесчисленные бумаги и засыпали вопросами о Хуане до такой степени, что он уже чувствовал легкую тошноту.
Кэд уже решил, что возьмет книгу и отправится в парк, чтобы отдохнуть там до темноты, как вдруг чей-то голос назвал его фамилию:
— Сеньор Кэд?
Он обернулся и увидел Крила, который, казалось, был страшно рад этой встрече. Кэд почувствовал легкий стыд: ведь он не предупредил о своем приезде. Он не сделал этого потому, что Крил слишком живо напоминал бы Кэду о его прошлом, что было совсем некстати. Но, неожиданно
— Как приятно снова видеть вас, сеньор Кэд, — сказал Крил, и его глаза увлажнились. — Вы замечательно выглядите, и я счастлив.
— Я тоже рад вам, Крил. Пойдемте, выпьем по стаканчику. У вас есть время?
— Конечно, — еще больше обрадовался Крил, увлекая его к бару. — Мне не нужно спрашивать о ваших делах: я знаю, что все хорошо. Я видел ваши репортажи в «Сан». Простите, что я говорю так, я бедный и необразованный человек, но наши фотографии потрясли меня.
Кэд был рад, что полумрак бара помогал ему скрывать волнение. Он только похлопал этого славного человека и заказал кофе для Крила и кока-колу для себя. Только после этого он сказал чуть дрожащим голосом:
— Ради бога, Адольфо, перестаньте называть меня сеньор Кэд. Вы слишком много сделали для меня и можете считать Вала Кэда своим другом. Называйте меня по имени. И вы совсем не кажетесь необразованным человеком, не нужно наговаривать на себя.
Крил поежился от радости.
— Скажите мне, Вал, почему вы здесь?
Кэд, не задумываясь, тут же рассказал ему о Викки.
— Я приехал сюда, чтобы развестись. Вы должны познакомиться с этой девушкой, она — полная противоположность Хуане, на которой мог жениться лишь сумасшедший. Но теперь я пришел в себя.
Крил положил в кофе три кусочка сахара и сказал:
— Хуана была не для вас. Она думала только о деньгах и сексе. Это было вроде болезни…
— А что с ней сейчас?
— Она здесь.
Кэд почувствовал, как сжалось горло.
— По-прежнему с Диасом?
— Нет, конечно. Разве вы ее не знаете? Когда она вернулась из Испании, Диас был уже в прошлом. Его дела очень плохи. Сегодня днем я пойду на корриду, и мне кажется, что это будет последний бой Педро.
— Почему последний?
— Диас — конченый человек. Я знаю, что из-за него вас тогда сильно избили. Это был злой и опасный человек, он слишком любил, когда его хвалят, но у него была одна очень важная черта — храбрость. Эта женщина отняла у него все мужество. У него осталось лишь умение, вот и все. А храбрости больше нет. Вы бы пожалели его, если бы увидели снова. В позапрошлое воскресенье его освистали, неделю назад публика кидала в него пустые бутылки, а сегодня…
Крил вздохнул.
— Но почему это, Адольфо?
Крил отвел глаза.
— Почему? А вы забыли лачугу, в которой жили?
Кэд опустил голову.
— Какие же все мы мужчины — идиоты.
— Дело не в этом. Просто у нее — смертельная хватка.
— Но как она? Что с ней сейчас?
— Она живет в доме, который вы раньше снимали. Пока одна. Диас засыпал ее подарками. Он проводил ночи в клубе «Сан Пабло», где бывают самые богатые американцы. Она отлично справляется…
Кэд постарался прогнать воспоминание о ее самом желанном на свете теле, о ее смуглой коже, о ее длинных черных волосах…