Кавказский след
Шрифт:
Нет, Машкин не против дальнейшего «сближения», мало того, он не раз окидывал горячим взглядом женские прелести соседки. Страшило возмездие со стороны обманутого ревнивого мужа. А уж средств покарать «соперника» у того предостаточно. Начиная с чисто экономических рычагов и кончая рычагами «силовыми». У банкира наверняка имеются тесные связи с мафией и с обслуживающими ее киллерами.
Стоит ли рисковать? Слишком велика опасность получить выстрел в упор или «случайно» свалиться с моста в реку. Самое меньшее, что ему угрожает — снова превратиться в безработного.
И еще
Как же заниматься плотской любовью с женщиной, судьба которой вызывает чувство жалости? Одно исключает другое: либо секс, либо жалость.
И Машкин подавил в себе саму мысль о возможной близости с красоткой «без комплексов»…
В конце концов, мучения с выбором проекта дома завершились удачей. Малоизвестный архитектор за солидное вознаграждение разработал проект, удовлетворивший непомерные требования заказчицы, опирающиеся на инженерные познания помогающего ей инженера.
— Все, Феденька, мы свое отработали. Бугай будет доволен, — помолчала и вдруг тихо проговорила. — Знаешь, иногда мне жалко мужа. Какой-то он… пришибленный жизнью, что ли. Ни литературы, ни телевизора, ни театров, ни концертов. Сидит за своими бумагами и калькуляторами. Даже любовью толком не занимается — всегда с оглядкой и спешкой…
Помолчала и — снова ожесточилась.
— А вообще — бугай… Нет, не бугай — вонючий козел, импотент, гладиатор. Только и знает — поглаживать! Будто с ним в постели — не живая женшина — вексель!
Странная все же она, хозяйка! То — вызывающе дерзкая, на грани самого черного мата, то — озлобленная до ненависти, то — жалкая… Вот и сейчас пожалела супруга и тут же окатила помоями. А вчера одаривала такими мутными словообразованиями — у Машкина кружилась голова…
На следующий день аккуратно переплетенный проект был торжественно положен на рабочий стол банкира. Для одобрения и утверждения. Равнодушно перелистав плотные листы с фасадами, планами, расчетами и деталями конструкций, Басов откровенно зевнул.
— Молодцы, поработали знатно… Честно говоря, не разбираюсь в чертежах, предпочитаю осмотреть здание в натуре. Начинайте, Федор Иванович, дело за вами… Курировать стройку будет жена… Не обижайтесь на Любоньку — бывает она резковата, может и нагрубить. Но — не злопамятна, гадостей не сделает… Так я говорю, любимая?
— Так, медвежонок, — погладила мужа по щеке «грубиянка», посылая Федору Ивановичу пренебрежительную улыбочку. Дескать, сам видишь, каково мне достается, что терпеть приходится. — Настоящие мужики на хорошеньких женщин не обижаются. А твой Феденька, похоже, мужик без подделки. Несмотря на лысину и худобу.
— Ну-ну, ты не очень, — шутливо погрозил жене скрюченным пальцем банкир, но за шуткой угадывалась серьезная угроза. — Я — ревнив…
Глава 4
В
— Все. Полдела сделано, — прокомментировал вылет самолета Хвостов.
— Скорей — четверть дела, — беззаботно рассмеялся Федосов. — Сядет транспортник на кавказском аэродроме — еще четверть. Встретят там его — еще. А уж когда посылочка дойдет до адресата — конец, можно подсчитывать барыши…
— Или — убытки, — хмуро продолжил Басов. — Не нравится мне эта операция, как бы всем нам не сгореть на ней. Засекут — посадят…
— Сижу за решеткой в темнице сырой, — фальшиво запел толстяк, но тощий жестом остановил его.
— Ну, нет, уважаемый коллега, силенок маловато у нынешнего правления посадить нас. Мы всю страну держим в кулаке, тронут — после сами пожалеют, на четвереньках приползут с извинениями в зубах… Мы уж расстараемся — такой организуем финансовый кризис, вверх ногами полетят и правительство и президент!
«Волга» остановилась возле выездного КПП. Здесь ее поджидал полный мужчина в камуфляже без погон. Тощий пассажир переглянулся с собеседниками, вышел из мащины.
— Все нормально? — твердым голосом человека, привыкшего командовать, спросил камуфляжник. — Довольны?
— Спасибо. Пока — по плану. Дальше — неизвестно.
— И там встретят, не сомневайтесь… Получили соответствующую команду.
Кажется, тема короткого диалога исчерпана, можно расходиться. «Камуфляжнику» — в свой штаб, командовать и думать над реформированием армии. Финансистам — в уютные офисы, под защиту натренированных телохранителей и миловидных секретарш. Но ни один из двух собеседников не спешил расставаться. Нерешенным остался немаловажный для обоих вопрос.
— С вами рассчитались? — не церемонясь, осведомился Хвостов, привычно протирая замшей запотевшие очки.
— Да, спасибо…
— Примите в качестве премии за отлично выполненную работу.
Конверт исчез в нагрудном кармане куртки. Ее обладатель полупоклонился, пожал поданную ему руку и пошел в сторону штабного здания.
Тощий мужчина занял свое место рядом с водителем.
— В порядке? Скушал? — поинтересовался весельчак.
— И не поперхнулся. Думаю, летун еще пригодится. Если придется организовывать еще одну посылку… Возможно — не одну.
«Волга» беспрепятственно покинула территорию военного аэродрома. Правда, на КПП ее остановили перед закрытым шлагбаумом. К машине подошел старший прапорщик, внимательно оглядел водителя и пассажиров, но пропусков не потребовал, не спросил кто такие и по какой надобности посетили охраняемый им об"ект. Видимо, получивший солидную взятку «камуфляжник» заранее проинстрктировал начальника КПП.