Картак
Шрифт:
Дальше я уже не слушал. Рабы… Тут есть рабы!!! Твою мать, надо быть очень осторожным, чтобы не провести остаток дней в кандалах или ошейнике… Стоп! Я же видел на людях ошейники… Неужели это были рабы? Похоже, что так, иначе почему никто не вмешался, когда их избивали бродяги у всех на виду…
Теперь идея своровать камни мне нравилась еще меньше, но отступать не хотелось. Торчать в этом городе, чтобы найти другой способ пополнить кошелек, я не собирался. Достаточно, уже неплохо распробовал местный менталитет и нравы. Лучше в лесу жить, чем здесь.
Глашатаи попадались и дальше, а на рынке
В одном из закоулков на рынке среди нескольких бродяг я заметил Фора. Денег у меня не было, чтобы отсыпать бомжу, но я предусмотрительно взял с собой жареного мяса, приготовленного сегодня утром.
Фор с великим удовольствием сожрал еду под завистливые взгляды своих товарищей, после чего благосклонно поделился своей мудростью. Посмеиваясь над моим незнанием, он немного просветил меня про рабов и другие расы.
Сам Фор нелюдей не видел почти, только вейга как-то на невольничьем рынке. Это такой свиноголовый «минотавр». Всего представителей других рас было известно около десятка (Ахренеть!!!). Людей «другие» не любили. Очень. Люди оказались одной из четырех рас в этой части континента, которые привечали у себя рабство. Вейги, ак'хи и хроносы тоже его не чурались, но люди выделились и среди них. Свинорылые, как называли вейгов, никогда не порабощали своих соплеменников, как и ак'хи с хроносами. Зато люди такое делали вовсю, им было без разницы, кто будет приносить тебе тапочки, стирать одежду, работать в шахтах и каменоломнях.
Но самое поганое, что делали люди, заключалось в другом. Человек, попавший в рабство, мог лишиться нескольких частей тела, как считалось, ненужных для его работы, например языка, пары пальцев или гениталий. Остальные расы могло ждать и что-то похуже, например они могли поплатиться не только телом, но и достоинством. Порабощённым вейгам, помимо того, что проделывали с людьми, могли спилить бивни, отрезать хвост или снять скальп, что считалось серьезнейшим оскорблением для них и было дико унизительно. С остальными тоже творили довольно много отвратных вещей. Конечно, эдакие зверства являлись редким явлением, но имели место быть. Именно за такое неуважение люди вызывала к себе презрение и ненависть. Но войска у «голокожих», как называли людей, были не хуже, чем у других, а маги даже универсальней. И нелюдям приходилось считаться с таким «гадким» народом. Тем более нас было не так уж и мало.
Когда он закончил рассказ, то выдал мне не очень приятную новость:
— Зря ты пришёл сюда, парень. — Прошептал он, чуть наклонившись ко мне. — Местная банда тебя давно приметила, твое счастье, что сейчас у них другой кипишь. Вишь, нашего государя желтый жук в зад укусил, что он такие указы сделал. Братва сейчас готовится залечь, ходят слухи, что на эту ночь собирается облава стражи, так что им не до тебя. Хотя крыса весточку о тебе понесла.
Сказав это, бомж посмотрел на своих «товарищей». Честно, я их как-то не считал, когда
— Уходить тебе надо. Эта крыса даже своих иногда закладывает, правда по мелочи… Наверно поэтому еще жива. — Задумчиво протянул он. Потом встрепенулся и продолжил. — Иди, паря, жалко будет, если помрешь… Мало сейчас таких людей. — Первый раз на моей памяти улыбнулся он.
— Спасибо. — Печально произнес я. — Я у тебя в долгу…
М-да, надо поскорее заканчивать все и уходить. Самое время сделать то, что я задумал. Бандиты заняты, в городе суета, возможно у меня получится сделать все тихо и незаметно.
Добравшись до нужного места, я стал шататься недалеко от цели и делать вид, что присматриваюсь к другим товарам. Передвигаться в такой толчее было еще то удовольствие, но это помогало скрываться из виду. Подходящий момент настал, когда к старику лоточнику подошел какой-то мутный тип в сером балахоне. Он приоткрыл полу своего одеяния и начал что-то показывать старику, при этом активно жестикулируя. Старик через какое-то время тоже включился в беседу.
Мутный тип удачно прикрыл меня собой от старика. Я поравнялся с лотком, сделал вид, будто меня оттеснили к нему ближе, и попытался незаметно стянуть один из камней. Неважно какой, они все были не особо дешевыми.
Мне практически удалось. Под руку попался черный камень, напоминавший запыленный уголь и оказавшийся на удивление тяжелым. В тот же момент перед глазами выскочила надпись интерфейса: «Обнаружен подходящий материал. Анализ. Синтез начат…»
Я был в таком напряжении, проворачивая все это, что выскочившая надпись меня здорово напугала. От неожиданности даже замер на месте. Камень в руке немного нагрелся, а потом стал таять, растворяясь в моей ладони. Только мелкая черная пыль полетела на землю сквозь пальцы.
— Ты что сделал? — Все происходящее не остались незамеченным лоточником. — Ты куда дел оджу ирод?
Смысл слов быстро достиг нужного участка мозга, а жопа сразу же выдала вердикт — «Крути педали пока не дали!»
— Сто-о-ой! — Кричал мне в след старик, когда я шмыгнул в толпу. — Держите вора! Держите вора!..
Так быстро с рынка я никогда еще не выбирался. За мной гналась, по меньшей мере, пятёрка стражников. У меня перед ними было небольшое преимущество — я налегке, а они в броне, пусть и легкой. Это помогло мне быстрее пробраться через толпу и нырнуть в одну из узких улочек, которая по идее должна вывести на улицу, идущую к западным воротам. Стражники, расталкивая народ, наступали на пятки. Я даже пару раз заметил, как нерасторопным зевакам перепало эфесом меча по кумполу.
Нырнуть в улочку оказалось отличной идеей. Тут тоже было много народа, только в основном бандитской наружности. Эти ребятки вмиг просекли ситуацию и помогли оторваться от стражи, открывая проход мне и «случайно» загораживая его преследователям. Не успел я обрадоваться, выбежав на улицу, как, пробегая мимо уже знакомого закутка, споткнулся и со всего размаха шлепнулся на землю. А потом почувствовал, что меня тянут за ногу.
— Ну что урод, добегался? — Прозвучал знакомый голос, когда меня втащили в закуток и прижали к стене.