Картак
Шрифт:
Кровь хлестала во все стороны, выбивалась из сочленений в доспехах бандитов, словно сок из раздавленного кувалдой помидора. В боевом угаре из наших глоток вырывался дикий крик, позволявший хотя бы на время заглушить свой собственный страх от первой серьёзной схватки. Какофония голосов пополнялась и бандитами, только они не кричали, а выли, словно загнанный зверь, и молили о пощаде. Наш дест как безумная мясорубка прокатился по строю бандитов и втоптал их в грязь.
Охрана обоза тоже не теряла времени даром. Пока мы были заняты основной группой бандитов, охранники отправили в кусты ещё несколько своих необычных гранат. Ближайшие
Калейдоскоп крови, перекошенных в ужасе лиц и мяса с торчащими из него обломками костей, живые факелы в перелеске - всё это смешалось в один дурной сон, заставляя адреналин в крови затмить разум и искать врага. Везде, вокруг, любого врага, лишь бы избавиться от этого чувства опасности, которое заставляет тебя рваться в бой, успеть убить первому, пока это не сделал твой противник.
Привели меня в чувство только увесистые оплеухи Даса, когда бой был закончен, а половина из нас всё ещё била лежащие на земле изломанные тела.
– Дим! Прекращай! Дим!!!
– После третьей пощечины я начал приходить в норму. Адреналиновый отходняк тут же дал о себе знать, меня мелко затрясло, зубы залязгали друг о друга, выбивая противную дробь.
– Всё кончено, мы победили...
Сражение, или бойня, смотря с какой стороны посмотреть, заняло не больше пяти минут. Почти все разбойники были убиты, и только несколько валялось где-то в стороне, подвывая и подволакивая то одну, то другую конечность. Дэй Коло, недолго раздумывая, разбил отряд на двойки и отправил шерстить кусты. Правда там кроме горящих деревьев и кустов никого не осталось. Те из нас, кто ворвался под сень редколесья, нашли лишь обугленные тела стрелков.
Дест отделался легко - несколько легкораненых и ни одного убитого. Занятый поисками сгоревших стрелков, я не сразу осознал ситуацию. Нас было всего двенадцать человек, а мы уничтожили отряд превосходящий нас в несколько раз. Значит правду говорили про Тысячу Бона - такое количество картаков с рунным оружием, это невероятная сила. Если так врываться во вражеский строй, то их должны были бояться пуще черта.
Когда наш дест подошел к обозу, там уже вовсю царила суета, перевязывали раненых, собирали стрелы и оружие, оттаскивали в сторону погибших. Из общей толпы отделилось пять вояк и направилось в нашу сторону.
– Анун, старший охраны обоза.
– Представился один из них.
– Спасибо, что пришли на помощь.
– Это наша обязанность. Я командир деста Коло Рукоблуд.
– Ответил дэй, на что все, в том числе и мы, вытаращились на него. Только Герих невозмутимо стоял и обозревал эту картину. Кому же как не ему знать настоящее прозвище командира.
– Каковы потери у вас?
– Э-э... - Приходя в себя, начал Анун.
– Из шестидесяти воинов живыми осталось восемнадцать, трое ранены серьезно, у остальных царапины. Убит хозяин каравана и почти все обозники, только пятеро сейчас впрягают оставшихся быков и собирают вещи. Еще один, скорее всего не жилец, ему две стрелы в живот попало...
Дальнейшие расспросы проходили без нас, так как дэй отправил весь состав в помощь обозникам. Все дела закончили уже к глубокому вечеру, поэтому лагерь разбили, отойдя метров двести от поля боя.
Из рассказа старшего обоза выходило, что сопровождали они торговца, который заключил контракт с военными
Первые нападения были не столь серьезными, так как группы бандитов были малочисленными. Никто из охранников не понимал, почему разбойники, в тридцать голов числом, нападают на хорошо охраняемый караван. Но это было так, они нападали, теряли до половины состава и отступали, теряясь в лесах и унося жизни охранников. Единственное объяснение, которое было наиболее подходящим - они хотели измотать и задержать обозников, правда, никто не понимал зачем. А вот когда случилось третье нападение, стало все ясно. За те три дня люди и животные сильно уставали, так как, помимо движения в постоянном напряжении, нужно было следить за ранеными, и это сказалось при столкновении с многочисленной бандой разбойников. Если бы не своевременная помощь нашего отряда, то охрана обоза могла не выстоять.
Все это выглядело очень хреново. Я прекрасно понимал, что идет полномасштабная диверсионная работа в тылу противника, чтобы остановить снабжение городов и крепостей, да еще и оборвать сообщение между ними. А ведь тут я ни разу не слышал о более действенном способе передачи сообщений, чем птичья почта или гонцы. Как общаются между собой маги, понятия не имею, но думаю, что если бы они изобрели быстрый и не особо энергозатратный способ общения, то это было бы применено в войсках.
Надеюсь там, в центре Агентии это тоже понимают так же хорошо. Иначе нам придется очень несладко.
***
Потянулись нудные дни переходов. Без обоза мы бы пришли в крепость за два дня, а с ним пришлось идти все четыре. За это время наши разведчики видели несколько небольших групп бандитов, поджидающих жертв на тракте, но завидев такую кавалькаду, они в бой не вступали и ретировались раньше, чем основные силы успевали дойти до места засады. Крупных групп разбойников нам не встречалось, а чем ближе мы подходили к Сухой крепости, и мелких не осталось в округе.
К концу четвертого дня мы достигли Сухаря. От крепости тут осталась только местами недостроенная стена и пара башен на ней. Внутри располагались обычные деревянные постройки, дома, трактиры, несколько казарм и высокая смотровая башня, построенная на том, что осталось от когда-то хорошего каменного донжона. В принципе это была уже не крепость, а небольшой городок с крепостными стенами и башнями, но все равно тут можно было неплохо обороняться и выдержать несколько дней осады.
Нас разместили в одной из казарм и дали целый день отдыха, за который мы должны были поправить свое снаряжение, ну и заняться тем, что кому надо. Основная толпа сразу ломанулась искать доступных женщин и вкусной еды с выпивкой. Сухарь был немного вытянут, примерно три километра в длину и один в ширину, так что наши ребята могли спокойно бродить практически по всему городку, не опасаясь получить удушение от ошейника.