Калгари 88. Том 7
Шрифт:
— Здравствуйте! — весело улыбнулся капитан, подойдя к фигуристкам.
Был он сейчас в военной форме с сержантскими лычками и одет по зимнему. В шинели, сапогах и шапке-ушанке.
— Меня в командировку отправили на «Уралвагонзавод»! — заявил Федотов. — Сказали, параллельно у вас какой-то груз забрать, довезти до ваших родителей и отдать им лично.
Соколовская, чуть отвернувшись, слегка усмехнулась. Папаня не дремал! Вопросы с доставкой подарков и призов до дома решались очень быстро! На лету! Не отходя от кассы!
— Сейчас мы вынесем! — заявила Арина. — Дядь Саш, так вы прямо на машине на Урал поедете?
—
Арина посмотрела в машину. Странно, но никакого напарника она не увидела. Впрочем, это было не её дело. Естественно, она знала, что этот хороший человек дядя Саша, работает с ними по просьбе отца Соколовской. Во всяком случае, проблема с призами решилась положительно.
Себе оставили только сладости — вдруг опять случится затык с обедом или завтраком. Остальные мешки и пакеты отдали Федотову, который аккуратно поставил их в багажник и на заднее сидение машины.
— Ну… Мне пора, — подмигнул Федотов. — Давайте, девчонки, удачи вам. Передам привет вашим родственникам. Скажу что всё хорошо у вас.
— Спасибо! — радостно улыбнулась Арина и протянула Федотову небольшой пакет с конфетами и шоколадкой. — А это вам! В дороге покушаете!
Федотов поблагодарил всех фигуристок, сел в машину, и тронулся от стоянки. В дороге УАЗик посигналил и скрылся за зданием. Предстояло ему проехать 1800 километров в один конец и преодолеть за сутки два часовых пояса…
Время уже было позднее, близилось к 21 часу, поэтому, немного посидев в скверике и поболтав со знакомыми фигуристами, пошли спать — намотались сегодня порядочно, и очень устали. Сегодняшний день, первый день отдыха за последний месяц, получился великолепным и очень запоминающимся. А если учитывать, что ещё и послезавтра, в воскресенье, выходной, то эта была вообще сказка. Практически отпуск для фигуриста…
… В воскресенье пришёл в гости Серёга Николаев и показал целую стопку фотографий всех трёх подружек, сделанных во время проката. На каждую было потрачено примерно десять кадров в короткой программе и десять в произвольной
— Я только самые лучшие проявил… — смущённо сказал Николаев. — Освещение там не очень, и снимать на белом льду приходилось. Но вышло вроде бы нормально. На показательном я не стал фотографировать — освещения вообще нет, а вспышками сказали, нельзя пользоваться.
— Спасибо тебе, Сережа, огромное, — улыбнулась Арина. — очень хорошие фотографии.
Фотографии и в самом деле получились прекрасные. Николаев фотографировать умел! Сумел поймать и романтику Малининой, и драму Соколовской и страсть Хмельницкой, особенно когда фотографировал лица. Арина даже удивилась, как с трибун можно сделать такие чёткие снимки. Пусть и чёрно белые, но позволяющие рассмотреть каждую мельчайшую деталь одежды или макияжа.
— Это вам, в подарок, — хотел отмахнуться Николаев от фотографий, когда девчонки протянули ему пачку, посмотрев её всю.
— Серёж, а куда нам они сейчас… — грустно покачала головой Арина. — Мы отсюда поедем в Югославию, и возможно, сюда больше не приедем. Пусть лежат у тебя. Летом приедешь в Екатинск и лично отдашь нам. Это ведь возможно?
Арина внимательно посмотрела на парня, ожидания ответа. Другие девчонки тоже посмотрели
Глава 16
Первая тренировка в ЦСКА
В понедельник, 17 марта, мир проснулся другим! Началось всё с Владивостока, и постепенно докатилось до Екатинска. Газетные киоски работали с восьми часов. Когда люди шли на работу в 6–7 утра, купить свежую прессу не получалось, поэтому трудовые коллективы к 9 часам посылали гонца в киоск за свежими номерами «Советского спорта», «Знамени Свердловска» и «Екатинским рабочим». И считалось большой удачей, если удавалось их купить: тиражи местных газет были небольшими, и обычно спросом не пользовались, а сейчас их расхватывали, а «Советский спорт» завозили в Екатинск по остаточному принципу.
А сейчас ситуация была такой, что в «Советском спорте» на передовице была надпись крупными буквами «Наши идут!». И с большой фотографией Арины во всю верхнюю полосу. Однако и Соколовская с Малининой тоже не были обойдены вниманием — их фотографии, правда, в меньшем размере, в передовице тоже присутствовали. А в местной газете «Екатинском рабочем» так и вовсе все три фотографии медалисток были одного размера, чтобы не разозлить Соколовского: «Уралвагонзавод» был шефом редакции.
Фигурное катание смотрели многие, оно было популярно даже в уральской глубинке. Показательные выступления по телевизору поставили в эфир поздно вечером, в субботу, и после этого про ставших знаменитыми землячек была тишина. По городу всё воскресенье ходили будоражащие слухи и пересуды, посвящённые только этой новости. Но больше ничего узнать было невозможно. И вот с началом новой недели информационное затишье оказалось нарушено.
Настал понедельник… Люди иногда стояли и читали прямо у киосков, зная, что при попадании газеты в трудовой коллектив, очередь до них может и не дойти.
В «Советском спорте» передовица от Ирины Чен «Наши идут!» была целиком посвящена описанию первенства СССР по фигурному катанию. Много говорилось о Людмиле Хмельницкой как о юном самородке, сочетающем в себе высочайшую технику, артистизм и хореографические новинки. Очень много лестных слов было про Малинину и Соколовскую, но все же про Арину больше. Статья была по основной теме «Это наши, советские фигуристки».
В областной газете «Знамя Свердловска» писалось почти такими же словами (и в плагиате не заподозрить!). Но уже основная тема статьи была слегка изменена, и упор делался на то, что чемпионки «наши, свердловские», представительницы уральской спортивной традиции. Что спортсменки-свердловчанки приехали покорять столицу и покорили её.
В «Екатинском рабочем» подача материала была ещё более искажена. Практически до неузнаваемости. Основной посыл статьи был то, что фигуристки — яркие представительницы детско-юношеской спортивной школы Екатинска и наследницы богатых спортивных традиций её шефа, «Уралвагонзавода». И что именно эти организации внесли основной вклад в арсенал талантов юных уникумов. Напоследок было написано много лестных слов о Соколовском Владимире Степановиче, директоре «Уралвагонзавода», который является большим поклонником спорта и неустанно следит за местной спортивной школой олимпийского резерва, предвосхищая все её потребности. И что феномен Хмельницкой/Соколовской чуть ли не его штучный проект.