Калгари 88. Том 7
Шрифт:
Но ладно подарки, а ведь были ещё ценные призы — медали, компьютеры, кубки, статуэтки… Куда это девать? А ведь они отсюда сразу же поедут в Югославию, и наверняка, больше в эту общагу возвращаться не будут!
Оставить в федерации? Проложить в камеру хранения? Это всё денег стоит, да и ненадёжно… Проблему решила Соколовская.
— А я уже вчера позвонила папе, он сказал, что всё заберёт и отвезёт куда надо, — заявила Марина, лукаво подмигнув подружкам.
Арина тут же вспомнила, как Соколовская вчера о чём-то негромко говорила с отцом, и, похоже, разговором этим осталась довольна.
— Как, и мне, в Свердловск отвезёте? — недоумённо
— И тебе! — пожала плечами Соколовская. — Пиши адрес и телефон.
Арина с Татьяной недоумённо переглянулись. Соколовская говорила так уверенно, словно с отправкой подарков и призов вопрос уже был полностью решённый… А ведь это было достаточно сложное дело — везти такой груз из Москвы в Свердловск и Екатинск…
… Пока фигуристки занимались увлекательным рассматриванием подарков, в Федерации фигурного катания СССР в здании на Лужнецкой набережной 8, проходило крайне важное событие — заседание тренерского совета. На повестке дня было четыре главных вопроса.
Собрались все члены тренерского совета, в который входили заслуженные тренеры СССР: Станислав Алексеевич Жук, Алексей Никанорович Гришин, Виктор Николаевич Кудрин, Эдуард Андреевич Виннер, Анна Андреевна Чайкина. Кроме того, присутствовали члены центрального комитета федерации: председатель судейской коллегии Алла Ивановна Писеева и секретарь технического комитета Татьяна Петровна Тарасова. Приглашённым специалистом выступал председатель Комитета по физкультуре и спорту СССР Марат Владимирович Грамов.
Грамов слегка задержался, когда собравшиеся члены тренерского совета ознакамливались с протоколом заседания и в списке приглашённых увидели Марата Владимировича. На их памяти это было что-то новенькое. Никогда руководитель, по статусу равный министру, не жаловал их своим присутствием. А ещё новыми и удивительными были текущие вопросы повестки дня, предлагаемые к рассмотрению.
1. Утвердить состав сборной команды на чемпионат мира среди юниоров сезона 1985–1986 годов, проводимый в Любляне, СФРЮ.
2. Утвердить предложение Федерации фигурного катания по оптимизации тренировочного процесса при подготовке сборной команды девушек.
3. На период пребывания девушек-юниорок в городе Москва, назначить им командировочные в сумме, соответствующей командировочной ставке тренера третьей квалификационной категории.
4. Обеспечить девушек-юниорок необходимым инвентарём и спортивной одеждой для тренировок и выступлений, как членов взрослой сборной СССР по фигурному катанию.
И если с первым вопросом никаких нареканий не возникло — в сборную команду на чемпионат мира единогласно утвердили тех спортсменов, спортсменок и дуэты, которые заняли на Первенстве СССР первые три места, то второй и третий вопрос вызвали вопросы и возражения, которые тренеры не постеснялись высказать, невзирая на присутствие Грамова.
— Позвольте, Валентин Игоревич, что это значит: «Утвердить предложение Федерации фигурного катания по оптимизации тренировочного процесса при подготовке сборной команды девушек»? — спросил Алексей Гришин. — Первый раз слышу такую формулировку. Почему только им? А остальным?
— Почему только девушек обеспечить? А юношам куда деваться? Парам? Танцорам? — недовольно спросил Жук. — И, как правильно сказал коллега, что такое «оптимизация тренировочного процесса»?
— Это значит, что есть дельное предложение товарищей из центрального комитета федерации… — Шеховцов указал на Писееву и Тарасову,
— Давайте к конкретике, — кивнул головой Грамов. — Про каток ЦСКА вы уже говорили. И этот вопрос решён. В общем, так, товарищи тренеры. ЦСКА нам даёт свою ледовую арену для тренировки спортсменок и зал для ОФП. Каток будет доступен с 7 до 9 утра каждый день. Тренажёрный зал хоть весь день — у взрослой хоккейной команды сейчас состоится серия выездных матчей, так что времени много. С 9 часов на ледовой арене будут заниматься детские и юниорские команды спортивной школы ЦСКА. Это уже вопрос решённый, и от вас требуется только принять его с оформлением в протокол. Проживать девушки по прежнему будут в общежитии ЦСКА, с питанием.
Этот вопрос повестки тренеры приняли без возражений. То, что он будет распространяться только на девушек, для них было понятно. Провинциальных спортсменов, кроме свердловчанок, в составе сборной не было. Все фигуристы, завоевавшие медали на первенстве в отдельных видах фигурного катания, представляли либо Москву с Ленинградом, либо Московскую и Ленинградскую области.
Третий вопрос повестки дня, о командировочных, тоже не вызвал никаких споров — очевидно, что если девушки задержатся в Москве на время сборов, то им нужно что-то есть и как-то содержать себя. Решение о командировочных для Хмельницкой, Соколовской и Малининой в размере трёх рублей в сутки, приняли единогласно. Уже в понедельник ведомость должна быть готова и деньги можно будет получить в кассе Федерации.
Наибольшие споры вызвал четвёртый, самый последний вопрос в поиске дня, так как он был ещё более щекотливый.
— Обеспечить девушек-юниорок необходимым инвентарём и спортивной одеждой для тренировок и выступлений… — прочитал бумагу Виннер. — Не пойму, у них что, даже тренировочных костюмов нет? И что за инвентарь? Коньки у девчонок есть. О чём ещё идёт речь?
— Речь идёт о качественной тренировочной форме и кроссовках импортного производства, — сказал Шеховцов. — Наши спортсменки едут за границу и не должны выглядеть там нищими. Они впервые попали в сборную, и этот вопрос очень важен. Также нужно обеспечить их всем необходимым инвентарём. Бутылки для воды, салфетки и тому подобное. Список фигуристки мне написали сами. Вот, товарищ Грамов. Это нам нужно и это мы просим выделить.
Шеховцов протянул начальнику лист из блокнота, на котором вчера писал пожелания Хмельницкой и других фигуристок. Грамов внимательно изучил листок, согласно кивнул головой и положил к себе в карман пиджака, как бы показывая, что рассуждать тут не о чем. Но уважаемые тренеры думали иначе…
— А вам не кажется, уважаемый Валентин Игоревич, что и наши фигуристы тоже советские спортсмены? — возразил Гришин. — Почему одним всё, другим ничего? У меня мальчик Лёша Гурманов тоже из небогатой семьи. И чемпион СССР, на минуточку! А мы ничего не просим! А хотели бы, раз такая игра пошла!