Каинова печать
Шрифт:
— У такой красотки должен быть кавалер, чтобы ходить за выпивкой! — Он указал пальцем на стаканы. — Давайте, я помогу.
— Все в порядке, не нужно, — ответила Карла, разыскивая мужа взглядом. Наконец она увидела его. Пернатая полуголая пиранья грудью навалилась на разделявший их столик. И Марк не делал попытки отодвинуться. — Хотя... Может быть, вас обслужат быстрее.
— Вот, держите, юная леди. — Через минут он передал ей полные стаканы. — Может, потанцуем?
Пиранья уже одолела стол и лежала почти на Уайтхеде. А он
— Не думайте, что я пьян. Я неплохо танцую. — Мужчина нахмурился, видя, что Карла опорожнила один стакан и припала к другому. — Это крепкая штука, — предупредил он.
— Какого черта! — Карла пожала плечами. — У меня медовый месяц, могу я развлечься?
— Медовый месяц? — Брови собеседника задрались так высоко, что ковбойская шляпа чуть не свалилась с головы на спину. — Ну... э-э... может... —
Но Карле хватило одного взгляда на распластавшуюся на столе дамочку и довольного мужа, чтобы принять решение.
— Вот что, идем танцевать. Сию же минуту! — Она схватила мужчину за руку, не оставляя ему выбора.
— Знаете... э-э... — занервничал потенциальный партнер. — А муж-то... — Он судорожно оглянулся. — Он у вас сильно здоровенный?
— Как лось! — Она захохотала. — Не волнуйтесь, в данный момент он чертовски занят!
— Тогда ладно. — Он притворялся, что успокоился, но не слишком успешно.
Затем «ковбой» с неожиданной силой увлек Карлу в сторону оркестра, по пути поинтересовавшись ее именем.
— Минутку, Карла... — Он оставил ее у эстрады, поднялся на сцену и что-то прошептал на ухо Грегу Гоуэру. Тот ответил кивком, поднял большой палец и подмигнул, не переставая дирижировать оркестром.
Когда Карла снова посмотрела на эстраду, ее спутника и след простыл.
— Ну, а теперь, леди и джентльмены, — объявил солист, — я только что узнал, что среди нас находятся новобрачные, которые проводят здесь свой медовый месяц! — Он широким жестом представил публике Карлу, которая широко раскрыла глаза и впала в легкий столбняк. — Как зовут вашего мужа, милочка?
— Кларк Уайтхед. — О нет! Не думает же он...
— Кларк Уайтхед! — на весь зал прогремел певец. — Не могли бы вы оказать нам любезность и подняться сюда?
Марк не верил своим ушам. Какой-то идиот на весь зал объявлял присвоенное им имя!
— Извини, Джулия. — Он надел темные очки. — Я должен свернуть шею своей жене.
— Подумаешь, дорогой... Здесь ты никого этим не удивишь. — Она грациозно поднялась на ноги и беспечно улыбнулась. — Это одна из старых добрых традиций Джанипер Фоллс. — На ее лице ясно читалось желание, чтобы он сделал это поскорее. Пока он шел через толпу, Джулия держалась рядом.
Карла не то с гримасой, не то с улыбкой смотрела на зловещее лицо
— Прошу сюда. — Певец явно получал удовольствие от пикантной ситуации.
— Что за дурацкие игры? — прорычал Марк, фальшиво улыбаясь, затем схватил Карлу за локоть и помог подняться на сцену.
Он мог бы догадаться обо всем еще до того, как прозвучал ответ:
— Мне показалось, что тебя пора спасать от пираньи.
Марк потряс головой.
— Ты в своем уме? — Они стояли в обнимку перед известным певцом.
— Карла и Кларк, правильно? — Солист поднес им микрофон.
— Да.
— Прекрасно, друзья. Давайте-ка все вместе поприветствуем молодую пару, проводящую медовый месяц в Джанипер Фоллс. Посмотрите, как они счастливы!
Толпа заорала, засвистела, захлопала, и Марк с Карлой обменялись натянутыми улыбками. Его ничем не проймешь, подумала Карла.
— Как насчет того, чтобы сделать столь любимую в Джанипер Фоллс арку? Специально для новобрачных.
Марк слегка поклонился, как бы в благодарность, и шепнул жене на ухо:
— Привлечь мое внимание можно было и более легким способом! — Именно так ему всегда представлялся ад: стоять на сцене под взглядами нескольких сотен людей. Кошмаром было уже то, что каждый мог задавать ему вопросы.
Карла развлекалась от всей души. Кларк, лидер по натуре, невозмутимо самоуверенный, сейчас явно чувствовал себя не в своей тарелке. Она захихикала, а Уайтхед свел брови и сузил глаза.
— Ты пьяна? — Краем глаза он уловил, как что-то упало к его ногам, но не обратил внимания. Во всяком случае, это не был кабель от микрофона.
— Ах, как весело! — Она прислонилась к его плечу, закрыла глаза и блаженно вздохнула.
— С вами все в порядке? — спросил певец, прикрыв ладонью микрофон.
— Да! — Карла крепко обняла мужа за талию. — Мне никогда не было так хорошо.
Целую минуту Марк и Карла, пригнувшись, шли под аркой сомкнутых рук. Люди притопывали в такт песне, которую играл оркестр. Позади них арка рассыпалась, и все хлопали в ладоши в том же ритме. Кто-то осыпал их лепестками цветов, они пожимали чьи-то руки...
Очевидно, в старые времена молодоженов проводили под каменной аркой, символизировавшей долгую и крепкую семейную жизнь. Марк знал об этой традиции, но теперь, когда дело коснулось его самого, думал только об одном: эти люди не знают, кто он.
Карла же как губка впитывала в себя добрые пожелания от совершенно незнакомых людей. Впервые после официальной церемонии она чувствовала себя замужем; ей было весело и легко. Приближался конец живой арки, а ей так хотелось, чтобы она продолжалась вечно! Хотелось навсегда запомнить ее до мельчайших деталей. Выйдя наружу, Карла инстинктивно взяла мужа за другую руку, поднялась на цыпочки и поцеловала. Поцелуй был коротким, но мучительно сладким. Вокруг опять раздались приветственные крики и аплодисменты.