К-10 (сборник)

Дивов Олег Игоревич

– Она не человек, – веско рассудил Кучкин. – Она Железная Дева. Мы понятия не имеем о ее этике. А вы немец.

– И что? – насторожился Шульте.

– Вы не можете знать, что такое хотеть войны. У вас моральный запрет.

– Он пытается сказать, что немцы… – начал было Рожнов.

– Спасибо, я понял вашу мысль, – перебил Шульте с нескрываемым сарказмом. – Восхищен глубиной познаний особенностей германского менталитета! Может, в ответ рассказать вам про русских что-нибудь смешное?!

– Не сейчас. Командир, эта леди действительно

либо не знает, во что залезла, – тогда гнать ее надо отсюда пинками, – либо хочет, чтобы земляне развалили свой мир, а выжившие попали ей в руки беспомощными. А она будет работать богом. И получать удовольствие, направляя на путь… О-о, послушайте, может, боги как раз и есть такие?!

– Я чувствую абсолютное нежелание понимать и доверять, – сказала Дева. – Это очень прискорбно, что с вами придется обращаться так же, как со всеми остальными. Поверьте, я совсем не хочу причинять вам беспокойство!

– Побеспокой меня, детка! – попросил Рожнов елейным голосом.

Повисла короткая пауза.

– Ну да, противно, – сказал инженер. – Но как-то вяло, ты не находишь?

Шульте и Кучкин переглянулись.

– Ты сколько таблеток сожрал, пока на толчке сидел? – спросил Кучкин. – Думаешь, я не слышал, как упаковка хрустит?

– Ну, две. А ты будто меньше!

– Три. Сразу, как проснулся.

– Думаю, не в одних таблетках дело. Вон, командир ничего не ел.

– Между прочим, я бы позавтракал, – сказал Шульте. – Слушайте, вы! Госпожа. Нас действительно сейчас вызовут. Начнется работа, и дискутировать с вами не будет времени. Давайте сыграем в открытую. Или мы отказываемся сотрудничать.

– Я слушаю.

– Ответьте на простой вопрос. Чего вы хотите, черт побери?!

Дева замолчала надолго. В головном стало очень тихо, а храп Аллена совсем не мешал, напротив, успокаивал.

– Пока она тормозит, упакуем Чарли в спальный мешок? – предложил Кучкин.

– Головой вперед! Вот будет умора, когда проснется! Ха-ха, черный юмор.

Шульте смотрел на Деву и о чем-то думал.

– Я хочу, чтобы вы покинули станцию, – произнесла Дева очень медленно. – Если вы не сделаете это добровольно, я заставлю вас. Так понятно?

– А кто говорил, что мы должны узнать нечто и дальше решать?

– Вы выступили против.

– Ничего подобного, – сказал Шульте. – Я готов.

– О, сумрачный немецкий гений… – буркнул Рожнов.

Кучкин захлопал глазами, и опять, как вчера, это не выглядело комичным.

– Кто-то обязан узнать все до конца, – вздохнул Шульте. – Чтобы потом сказать: мы решали не слепо.

– Давайте я! – предложил Кучкин.

– Нет. Подумайте, с технической стороны я наименее ценный член экспедиции. Вы – лучший наш пилот, а господин Рожнов лучший инженер.

– Но вы командир!

– И это тоже важно. Ну, сударыня, так что мне делать?

– Вы должны расслабиться физически и ментально, – все так же медленно, будто не веря, сказала Дева. – С закрытыми глазами удастся легче, сам контакт займет несколько минут,

возможно, больше или меньше, это зависит от того, как глубоко будет погружение в знание – вы управляете самостоятельно проникновением в меня.

– Проникновением в вас? С самого начала трудно было объяснить по-человечески? – вклинился Рожнов.

– Не виделось необходимости, вы показались умнее и раскрепощеннее, чем есть, – очень по-человечески ответила Дева. – А что вы подразумеваете?

– Ну… Что это мы погружаемся, а не вы в нас кладете.

– Я не могу передать неофиту полное знание иным путем, так просто невозможно, мне приходится распахивать себя перед вами и давать путь. Мы слишком разные, в понятных вам категориях вы песчинка, я звезда, а если говорить о взаимодействии… Человек может войти в дом, но дом не может войти в человека, он в состоянии только обрушиться на него. Казалось естественным, что вы поймете это.

– Когда показываете нам страшилки, вы именно обрушиваетесь?

Дева второй раз слегка улыбнулась. Рожнов по старой памяти напрягся.

– Немного усиливаю давление на одну песчинку под собой. Если я обрушусь, то раздавлю Землю.

– Крутая тетя, – сказал Кучкин. – Командир, ваши приказания?

Шульте уже минуту висел в позе медитации, и у него, похоже, неплохо получалось.

– На время моего отсутствия принимайте руководство экспедицией. Начну странно вести себя – бейте по голове вашей кувалдой, – произнес он негромко, слегка приоткрыв глаза. – Пока наблюдайте.

– Но если вы… э-э… реально овладеете знанием? И начнете спасать мир? А я вас – хаммером?

– Слушайте, Кучкин, идите в… – попросил Шульте по-русски.

– Наш человек! – гордо сказал Кучкин. – Пойду, что ли, по такому случаю надену брюки. Раз я теперь командир.

– Ох и страшно мне… – пробормотал Рожнов, глядя, как Шульте медленно опускает веки.

– Опять тетя давит?

– Нет. Она ничего серьезного с нами сделать больше не может. Ни-хре-на. Ты понял, да?

– Я могу убить вас одним желанием, – сообщила Дева.

– Цыц, дура, тебя не спросили. Понимаешь, коллега, она серьезный противник, у нее все ходы посчитаны далеко вперед. Но если спросить – какого черта ты, зараза, сожгла два шаттла, – она тут же соврет, что так надо было. Хотя к шаттлам никакого отношения не имела. Я скорее поверю в атомную бомбардировку, Чернобыль и «Гринпис». Легко поверю – там человеческий фактор был определяющим. Но вот грохнуть платформу ей слабо. Только нашими руками. Она даже компьютер испортить не в силах. Больше скажу, мы с тобой ей уже не по зубам – потому что освоились, попривыкли и можем осознанно сопротивляться. Доставать нас она будет постоянно – тебе вот не страшно? – ага, мне тоже хреновато. Ничего, на таблетках выдержим. Конечно, недооценивать тетю нельзя. Если она с самого начала подозревала, что Чарли пуганется сильнее, чем следует, и заставила одного хорошего человека подсунуть мне секретку на всякий случай…