Изнанка мести
Шрифт:
Они плакали и смеялись, молчали и перебивали друг друга, тараторили и обнимались, пока вопросы и эмоции не истощились. Наконец, успокоились и долго лежали, уставившись в потолок и мечтая. У Вики забурчало в животе. Тогда Ольга вскочила:
– Пойдем. Обуй что-нибудь поудобнее. Мы должны потратить уйму денег. Я покажу тебе самые красивые детские вещи, которые встречала в магазинах. Но сначала мы поедем в тот чешский ресторан, помнишь? Я хочу уху в хлебе и жареное мороженное, а тебя, так и быть, угощу пивом, – она похлопала Вику по животу, – всё-равно твоё брюхо уже
Вика ухмыльнулась и встала.
– Раз ты угощаешь, я буду фетучини с ветчиной. Уже третий месяц о нем мечтаю, а позволить себе не могу. Давай быстрее, а то проголодаюсь как волк и тебя слопаю.
– Фетучини с ветчиной? Мы ж не в итальянский пойдём.
– Ничего, его и в чешских подают. Прямо слюнки потекли, – Вика пригладила волосы щеткой и взяла сумочку. Её беленькие брючки и полосатая футболка отлично подходили для шопинга, – Оль, только никому не говори пока, ладно?
– Ты же знаешь, я – кремень. Если ты до свадьбы дочери решила приберечь эту новость, – большущие глаза выражали неодобрение, – я твой надежный союзник. Вперед! – она подтолкнула её к двери, и они вышли на улицу, где лицом к лицу столкнулись с Ярославом и Андреем.
Парни с подозрением посмотрели на радостные лица и красные носы. Вика перевела взгляд на подругу. У Ольги в огромных глазах блестели живые искорки. Вика опустила ресницы – боялась, что самая сущность её тайны теперь налицо.
– Куда это вы собрались? – первым очнулся Андрей.
Ольга повелительным жестом отогнала мужчин с дорожки.
– Прочь, холопы, – она вытянулась на носочках и покрутила бедрами, отчего её животик сделал танцевальные движения, – мы едем тратить деньги! Давайте, раскошеливайтесь! – она требовательно подставила ладонь, куда Андрей с довольным видом положил бумажник.
– Мы можем поучаствовать? – поинтересовался он.
– Нет, – покачала Оля каштановой головой, – ты знаешь, я бы очень хотела, но моя подруга – жуткая зануда. Похоже у неё аллергия на мужчин. Она протянула открытую ладонь Ярославу, – и ты тоже!
Он с надеждой посмотрел на Вику, вытащил банковскую карту и назвал пин-код.
– Не переживайте, – Ольга изящно вытянула её двумя пальцами, – мы потратим всё, чтобы у вас было ещё больше причин работать!
Она, похоже, была в прекрасном настроении. Взяла ключи и села за руль внедорожника Андрея.
– Давайте мы вас подкинем куда нужно, – Ярослав открыл Вике дверь.
– Нет, сегодня только девочки и Петька! – пропела Ольга, – если будет тяжело сумки таскать – мы позвоним.
Вика молчала. Было приятно ничего не говорить, и томно оттого, что Ольга так легко, походя, всё решала.
– Будь осторожна, – Ярослав нагнулся к Ольгиному окну, – помни, в машине вас четверо.
– И вы нам очень дороги, – добавил Андрей, отталкивая приятеля. Засунул голову в окно и поцеловал жену. Ольга заговорщически посмотрела на Вику:
– Да, сегодня мы будем для вас о-о-о-очень дороги!
Они рассмеялись, и Ольга вдавила газ.
Несмотря на прекрасное настроение, Вика сохранила щепетильность в вопросе траты денег и не взяла ни копейки с банковской карты
Многие штучки Вике нравилось, но некоторые пеленки в «Ольгиных» магазинах стоили дороже коляски, которую она присмотрела. Она тщательно отбирала вещи, щупая, разглаживая, всматриваясь в ценники.
И всё равно, по её представлениям, они потратили уйму денег. А устали так, что были не в состоянии вернуться домой. Сидели в маленьком кафе на втором этаже торгового центра, не в силах пошевелиться. Ели мороженное из высоких синих креманок. Ноги у обеих гудели. Это был прекрасный день, Вика чувствовала облегчение: впервые за много месяцев она полностью доверилась Ольге. Наконец-то, закончилось мудрствование, тайны и придумки! Подруга вновь превратилась в подругу. Вика выплывала из тумана раздумий, время от времени сосредотачиваясь на нескончаемой болтовне Ольги:
– Мне Андрей говорит: повлияй на свою подругу. Мол, Ярослав забросил все дела – надоело нести убытки. Я ему: повлияй на своего друга. У моей подруги скоро ребёнок родится, а она всё ещё не замужем! Он мне: так она сама виновата! Вот козел! А я ему: так и есть! И что? Мне самой ей предложение сделать? Что, твой друг не в силах девушку завоевать?
– С каких это пор ты такая болтливая стала? – вздохнула Вика.
Ольга не обиделась:
– С тех самых.
– Да ты, кажется, счастлива?
Ольга качнула головой, отставляя стаканчик.
– Регулярный секс творит чудеса? – поддела Вика.
– Ах, ты…, – Ольга бросила в неё салфетку,… – язва!
Вечер сгущался, в кафешке теснилась уйма народу, жужжали разговоры, мерцали на столах и стенах огоньки ламп, сновали официанты в длинных фартуках. Тихая музыка просачивалась из динамиков и неспешно кружилась над головами.
– Вик,
– У?
– Ты собираешься ему говорить?
– Не знаю…
– Страшно?
– Угу.
– Можно я скажу? – Оля сделала ударение на слове «я». Вика улыбнулась одними губами. – Ну, пожалуйста! Это так приятно: приносить добрую весть. Или сама скажи, только при мне. Хочу посмотреть на его лицо.
Они негромко рассмеялись.
– Я когда Андрею про ребенка сказала, думала, его удар хватит, – продолжала рассуждать Ольга, – он, знаешь, так вальяжно сидел. А я ведь очень нервничала. Про Дениса он знал, мог подумать, что ребёнок его. Мог вообще всё что угодно подумать. Я поэтому равнодушное лицо сделала. Помнишь, я даже про аборт говорила, – судорожный вздох вырвался у неё, – короче, когда я ему сказала, что беременна, от его спокойствия и следа не осталось. Нагнулся ко мне, глаза как у волкодава, – Ольга засмеялась, – я недавно его спросила, не подумал ли он тогда, что ребёнок не от него. Говорит: «Нет». Я его, мол, тогда не любила, чтобы с чужим ребёнком к нему прийти. Вик, как же он все понимает? – голубые глаза, в который раз, наполнились слезами, – принимает меня такой, какая я есть. Я его люблю безумно. Я его никому не отдам.