Измена. Ты пожалеешь...
Шрифт:
Была уверена в этом до тех пор, пока он не сорвал повязку с моих глаз и не показал правду о том, как он хочет на самом деле — грязно и жестко, чтобы было побольше откровения и никакой романтической чуши. Оказывается, ему давно надоело проводить время в постели с хорошей девочкой Лизой, Влад жаждал раскрепощенную Еву, готовую подставиться под мужской прибор всем, чем наградила ее природа.
Они вдвоем довели меня едва ли не до выкидыша, а теперь…
Я отшатываюсь от Влада.
— Ты болен? Может быть,
— Лиза. На пару слов. Тет-а-тет! — скрипит зубами Влад.
— Тет-а-тет? О, надо же, как ты заговорил. Ева не стеснялась выливать на меня помои при большом скоплении людей, а ты… решил извиниться, шепчась так тихо, чтобы никто-никто не услышал, как ты просишь прощения? Так, что ли? Извини, это не для меня.
— Ради нашего ребенка! Третий ребенок, Лиза. Мы всегда хотели…
— Нет. Я хотела семью с тобой раньше.
— И она у нас есть.
— Уже нет. Есть руины. Есть взрослые девочки, есть ты и есть я…
— С моим ребенком.
— Неважно. Я…
— Не говори, что вырастишь его сама. Я этого не позволю. Ребенку нужно мужское воспитание.
— Лучше никакого мужского воспитания, чем воспитание мужчины, который способен довести до нервного срыва и выкидыша мать малыша. Пусть лучше у ребенка будет один адекватный родитель, чем два, но… в состоянии войны друг с другом.
— Ты все еще намерена воевать со мной?!
— Нет. Но если ты не оставишь меня в покое.
— Я уже. Оставил. Не мозолю тебе глаза, хотя выяснил, где ты живешь…
Смотрю на него возмущенно.
Ах, подлец… Выяснил он!
— Следишь за мной?
— Я дал тебе время… остыть.
— Остыть и забыть?
— Мне и целой жизни будет мало, чтобы забыть подобное гнусное предательство со стороны мужа и старшей сестры.
— Лиза…
— Нет. Развод. Влад, я больше тебя не люблю. Ты убил во мне светлые чувства. Я благодарна за дочерей.
— У нас было много хорошего.
— Это были миражи. Ты не любил меня.
— Нет. Любил. Всегда любил. Ева — это лишь морок. Приступ, вызванный… — Влад мечет сердитый взгляд в сторону Степана. — Ева подпаивала меня и хорошо сыграла на банальном…
— Да, она хорошо сыграла, но ты повелся… И ты мечтал о ней!
— Не мечтал. Мои мечты не имеют ничего общего с ней, с ее именем. Она — не та. Мне нужна только ты. Одна. Без тебя все не то. Мне эти богатства на хрен не нужны. Я живу лишь по инерции. Как робот без сердца. Ты — и есть мое сердце. Всегда была им…
У меня подступили слезы к горлу, но я сжимаю эмоции внутри себя.
Потому что больше не хочу лить слезы по этому мужчине.
Он похитил мое сердце дважды.
Первый раз в молодости, когда я безответно влюбилась в него.
Второй раз он вырвал мое сердце из груди с особой жестокостью
Третьего раза… не будет.
— Дай пройти, Влад. Я не хочу опоздать на заседание суда.
— Ты беременна, и я буду давить на этот факт.
— Влад… Я консультировалась с юристом. Этот факт мог бы сыграть на моей стороне, если бы я была против развода. Но я не против. Я жажду его.
— Что?! — мрачнеет Влад.
— Жажду больше всего на свете. Теперь дай пройти! — сжимаю сумочку крепче. — Не препятствуй.
— Лиза, ты совершаешь большую ошибку! — хмурится Влад. — Дай нам, нам двоим немного больше времени.
— Для чего? Еще не всеми способами втоптал меня в грязь? Желаю тебе долго и счастливо. С той, которую ты так долго хотел. Больше я не хочу ничего слышать.
***
Он
Была крошечная надежда, что Лиза остынет.
Может быть, она и остыла. Да так, что совсем заледенела и смотрит на меня сердито.
Не стоило оставлять ее в покое.
Я давно выяснил, где она сейчас живет, и не следовало позволять ей становиться слишком уж самостоятельной.
Обидно ли мне?
Еще бы…
Здесь, как нельзя иначе, подходит выражение: не жили богато, нечего и начинать. С той разницей лишь, что в моем случае речь идет об изменах.
Сколько соблазнов было, сколько девушек, женщин — скромных или не очень, раскованных и опытных, крутилось вокруг меня за эти годы? Сотни… Я уже молчу про девчонок из эскорта, которых иногда приглашают на вечеринки отметить удачное завершение сделки… Я всегда от соблазнов отказывался, хранил верность жене, и только в последнее время меня переклинило.
***
Позднее
Выходим из зала суда.
Не верится, что нас развели.
— Теперь ты довольна?
Я чувствую себя поверженным и прижатым к полу на обе лопатки. И кто меня сделал? Она? Вот эта хрупкая женщина? Мать наших детей…
— Я буду довольна, когда ты оставишь нас в покое, — говорит Лиза.
Судя по ее выражению лица, она тоже еще не может поверить в наш развод и избегает смотреть мне в глаз.
— Теперь, что… Отмечать? С хахалем этим?
— Уймись, — отвечает беззлобно. — Может быть, для разнообразия у тебя изо рта иногда может вылететь что-нибудь путное? Или нет? Если нет, то очень жаль.
— Поужинаем?
Лиза смотрит на меня, как на сумасшедшего, и отходит на пару шагов в сторону.
— Нет, конечно же. Нас ничто не связывает!
— Ничто, кроме двоих дочерей. У одной из них свадьба на носу, а у второй…
— Я помню, Влад. И мы… общаемся.
— С младшей. А со старшей?
— Варе не так выгодно со мной общаться, видишь ли. Ведь у папочки кошелек потолще…