Избранница
Шрифт:
– Я не врач, но полагаю, что да. По статистике, выживает восемьдесят три процента людей, перенесших остановку сердца.
– Невероятно.
– В медицине за последнее время произошел большой прорыв. Появилось много умных приборов. Многих людей начали обучать правилам оказания первой помощи. Я тоже прослушал такой курс. И еще трое человек из Ишбери. Все они добровольцы из пожарной дружины. – Он улыбнулся и пошел к телефону звонить жене Ларри.
– Почему ты этим занимаешься? – Она никогда не встречала человека, так много делающего для других. Причем абсолютно бескорыстно.
– Я
Джессика улыбнулась.
– С ним и случилось. Когда он сломал ногу, вызов тоже принял ты?
– Просто я был ближе всех.
Просто он какой-то рыцарь в сверкающих доспехах, только и всего.
Небольшая толпа, собравшаяся у магазина, медленно расходилась. Джессика помогла Берни убирать дефибриллятор.
– Удивительный прибор, – проговорила она.
– Мы получили его всего несколько месяцев назад. Сегодня я включал его впервые.
– А мне показалось, что для тебя это привычное дело.
– Он очень надежен и прост в обращении. Им могут пользоваться не только медики.
Пора было запирать магазин. Он поднял с пола ее пальто и отряхнул.
– Оденься, ты вся дрожишь. – Он помог ей надеть пальто и развернул к себе, чтобы застегнуть пуговицы. Поймав ее взгляд, Берни заметил мягкий свет, струящийся из ее заблестевших глаз. Он понял, что Джессика дрожала не от холода, а от нервного перенапряжения.
Ничего не говоря, Прайд развел руки в стороны, и она шагнула в его объятия, уткнувшись лицом в грудь. Он обнимал ее, пока она тихо плакала, гладил по волосам и шептал на ухо нежные утешения. Боже! Как он дорожил этим моментом, как ждал его. Чтобы она сама захотела прислониться к нему, ища защиты, утешения, которые он так жаждал дать ей. Он обнял ее сильнее. Как он будет жить без нее, если она действительно уедет? Если отвергнет его мир и вернется к своей привычной жизни?
Он приподнял ладонями ее лицо.
– Все в порядке?
Она кивнула.
– Извини. Меня ошеломило все это.
– Такое испытание не для неженок, – сказал он с улыбкой.
– Но больше всего меня поразил ты, Берни. – Она опять всхлипнула. – Ты так много делаешь для других, ничего не требуя взамен. Ты можешь так жить и считаешь это правильным. Какой-то Санта-Клаус на круглый год. – Берни, улыбаясь, погладил ее по волосам. – Мне иногда кажется, что ты слишком идеален, чтобы быть правдой, – прошептала девушка.
Он взял ее лицо в свои ладони и медленно приблизил свои губы к ее губам. Его поцелуй был мягким и страстным одновременно, словно он смаковал ее губы, впитывая каждый оттенок вкуса и наслаждаясь им. И она отвечала ему нежно.
Она чувствовала к этому мужчине нечто особенное. Джессика была достаточно умна, чтобы понять это. Чувство было таким острым, что вызывало одновременно и боль, и наслаждение. Это было нечто чудесное, в существование чего она никогда не верила.
Джессика была неопытна в делах любви. Но когда Берни усилил свой поцелуй, вкладывая в него все свое сердце, она точно поняла, что он ей предлагал. И была польщена тем, что он считал ее достойной
И как бы трудно это ни было, она знала наверняка, что лучше сразу отказаться от его сердца, чем потом разбить его.
***
Приближался День святого Валентина, и Джессике пришла идея оформлять места для рекламы в газете в виде сердечек. Незамысловатая уловка безумно повысила спрос на рекламные объявления.
Джессика, весьма далекая от романтики, и не подозревала, какое огромное количество сентиментальных, томящихся от любви душ выстроится в очередь. И все они будут жаждать выразить свои сокровенные чувства. Да к тому же охотно согласятся платить за это.
Лилиан, в свою очередь, придумала поставить отдельный ящик для анонимных корреспондентов. Страдающий от безнадежной любви человек просто заполнял анкету и опускал ее внутрь ящика вместе с пятифунтовым взносом. Имевшие более серьезный бюджет покупали рекламные строки по обычным расценкам. Удачный маркетинговый ход значительно увеличил казну газеты, потому что движение по подаче объявлений о любви оставалось стабильным в течение двух недель до праздника. Первыми покупателями рекламы были в основном школьники. Но после того, как новость разлетелась по всему городу, толпа посетителей стала более разнообразной.
К тому времени, как номер пошел в печать, Джессика расширила отдел рекламы на целых две страницы и приняла решение выпустить двести пятьдесят дополнительных экземпляров праздничного номера газеты. К вечеру четверга весь тираж газеты был распродан подчистую.
Жители города не могли остаться безучастными к чтению любовных посланий, а расшифровка инициалов отправителей превратилась в своеобразное соревнование.
Лилиан не переставала улыбаться, когда подсчитывала выручку в конце недели. Реклама валентинок оказалась не только прибыльным делом. К нескончаемому удивлению пожилой женщины, кто-то прислал пожелания и для Лилиан Г. с весьма недвусмысленным содержанием: «Обожаю издалека, но надеюсь, что когда-нибудь ты станешь моей». Лилиан и понятия не имела о своем тайном воздыхателе, но отнеслась к идее его существования весьма оптимистично.
– Ну, миссис Грей, признавайтесь, кто положил на вас глаз? – На самом деле Джессика отлично знала этого анонимного незнакомца. Она не раз замечала, как вожделенно смотрел на секретаря Марк, думая, что в этот момент его никто не видит.
Лицо пожилой женщины залилось краской.
– Пощади меня. Я бы не стала для этого выбирать такое выражение, – с улыбкой отмахнулась она. – Но мысль, конечно, интересная, да? Даже возбуждающая.
– Не знаю, что и ответить… – Она начала приводить в порядок свой стол. Ей никогда особо не нравился День Святого Валентина. Разве он был настоящим праздником? Просто какие-то ловкачи-торговцы выдумали его для очередного повода раскошелить потребителей. И еще ей не нравился тот факт, что она, такая практичная и скептически относящаяся к существованию настоящей любви женщина, родилась как раз в день всех влюбленных.