Из тьмы

Кусков Евгений Сергеевич

Он повёл бровями и продолжил движение, старательно прислушиваясь.

Поначалу он даже решил, что в первый раз просто обознался, однако не успело успокоение воцариться в его сознании, как он отчётливо расслышал шарканье, явно ему не принадлежащее. Вновь остановившись, Джон вскинул голову и посмотрел вверх, ведь именно оттуда раздавались непонятные звуки. Вернее, непонятно было, кто или что их издаёт. Скорее всего, сверху имелся такой же коридор, как и здесь, и некто там "прогуливался". Пока это не представляло угрозы — кто бы ни имитировал шаги Стивенса, их разделяла каменная преграда, служащая одному потолком, а другому полом.

А что в дальнейшем?

На всякий случай Джон извлёк револьвер из кармана куртки — лучше перестраховаться — и медленно побрёл вперёд. Разумеется, неизвестный последовал за ним, но теперь он уже не старался попадать в такт шагов человека, что могло означать одно — противник ("Может, конечно, и друг… нет, исключено") понял, что его обнаружили и, видимо, не сильно огорчился по данному поводу, раз не попытался скрыться, предпочтя открытую игру.

Гадая, что за чертовщина творится, Стивенс осторожно продвигался вперёд по коридору, большую часть внимания уделяя слуху, и в то же время не забывая вглядываться в расплывчатый полумрак перед собой. Нет никаких гарантий, что неведомый пришелец здесь один.

Минуты две-три Джон двигался в таком темпе, сопровождаемый неведомым спутником, а потом не выдержал и побежал. Звук его шагов гулким эхом отзывался от стен, приглушая все иные шумы, так что пока он не слышал ничего подозрительного. Нестись сломя голову сквозь мутную пелену, не позволяющую толком видеть — занятие довольно рискованное, особенно в столь неприятном месте, поэтому довольно скоро Стивенс остановился и прислонился к стене, переводя дыхание. Воздух, поначалу показавшийся более-менее свежим, теперь обволакивал его едва выносимым смрадом. Спасительный ветерок уже почти не ощущался, и Джон почувствовал укол страха — что, если он в спешке пропустил нужный поворот? Оглянувшись, он не увидел ничего, кроме плавно растворяющегося в синем тумане коридора. Аналогичная картина представала и в противоположном направлении.

"Лабиринт, — подумал он. — Нет, скорее, замкнутый круг. Отсюда нет выхода!"

Стивенс с трудом затаил сбившееся дыхание и прислушался. Стояла почти полная тишина, нарушаемая лишь стуком капель по камню и далёкими завываниями ветра, которых он прежде не замечал. Вполне возможно, поверхность не так далеко, и там продолжалась ночная буря. Ему так захотелось покинуть этот вонючий каменный мешок, что Джон сжал кулаки. А через секунду усмехнулся. Если он и мог кому-нибудь врезать, так только себе — по своей ведь глупости попал сюда.

"Хватит молоть чепуху!" — приказал он себе и, продолжая прислушиваться, сделал один шаг.

Ничего. Никто не попытался вторить ему.

Ещё один.

Опять ничего.

Ещё.

И снова никаких посторонних шумов.

"Неужели оторвался?" — с чувством зарождающегося облегчения подумал Джон.

Дабы проверить эту теорию, он двинулся вперёд, нарочно стараясь ступать как можно громче, провоцируя неведомого спутника. Пройдя с десяток ярдов, он остановился.

Всё по-прежнему, как, собственно, и должно быть.

— Наверное, повезло, — решил он и невзначай поднял глаза.

Прямо над ним потолок отсутствовал. Вместо него была огромная дыра, фактически объединившая два "этажа" в один. Проследив глазами немного назад, Стивенс увидел резко обрывающуюся каменную плиту. То же самое имелось и впереди — создавалось впечатление, что некая сила извлекла "лишний" фрагмент.

И тут

Джон услышал громкие шаги, которые очень быстро приближались. От страха он потерял способность здраво мыслить, и потому действовал на уровне инстинктов. Развернувшись, он побежал обратно — в ту сторону, откуда прибыл. Побежал так, как будто за ним гнался сам дьявол (кто его знает?), не чувствуя прежней усталости. Позади него неизвестный добрался до отверстия и спрыгнул вниз — это Стивенс отчётливо услышал, несмотря на разделявшее их расстояние и собственный топот.

Слева мелькнуло ответвление. Мгновенно среагировав, Джон устремился туда, не задумываясь.

Это было ошибкой. Не пробежав и десяти ярдов, он наткнулся на стену. От удара и неожиданности он упал на пол, на некоторое время потеряв способность ориентироваться. Боль в ушибленных местах несколько прояснила сознание, и он рванулся назад, полагая, что противник не мог успеть догнать его столь быстро. Однако тот уже стоял в проёме. Не раздумывая, Стивенс потянулся к револьверу и выстрелил в расплывчатую фигуру. Дважды. Та покачнулась, сделала шаг назад и упала. Не опуская оружия, Джон осторожно приблизился к неизвестному преследователю и замер.

Это была Эмили Стэттон.

Она выглядела точно так же, как и в момент смерти. Правда, на этот раз он убил её иначе — голова не пострадала, а обе выпущенные им пули попали в округлый живот. Из отверстий в лёгком пёстром платье медленно текла густая кровь.

— Этого не может быть. Она же умерла. Это призрак! — прошептал Стивенс, опустив револьвер и прислонившись к стене.

В воздухе отчётливо витал запах гари, к которому примешивался тошнотворный аромат свежей крови. Реальный, как и всё остальное.

— Нет, невозможно, — продолжал убежать себя Джон. — Я сошёл с ума. Она мертва, МЕРТВА!

Кровь всё сильнее пропитывала платье. Кровь, принадлежащая сразу двоим.

— Боже. Почему я снова должен проходить через это? — застонал Стивенс, опускаясь на колени перед распростёртым телом Эмили. Протянув руку, он проверил пульс у неё, заранее зная, что ничего не ощутит.

Она была мертва. Он убил её во второй раз. Нелепая дерьмовая случайность, как и прежде.

Он вздохнул, и в этот момент живот погибшей взорвался изнутри, выбросив наружу фонтан крови. Джон так резко отпрянул, что ударился головой о стену и, выронив оружие, соскользнул вниз, теряя сознание.

* * *

Джейсон Харпер — точнее, его тело — продвигался сквозь неутомимую бурю по Стар-Сити. Поскольку данная оболочка уже утратила все чувства и разум, способные замедлить её, она являлась почти идеальным средством для достижения поставленной цели. "Почти" — из-за неизбежных повреждений организма, не предназначенного для существования в создавшихся условиях. Внедрение инородного элемента серьёзно повысило сопротивляемость к холоду и порывистому ветру, и всё же не могло полностью защитить уязвимую человеческую структуру от стихии. Впрочем, даже полное фиаско текущего субъекта ровным счётом ничего не означало. Всего лишь одно звено в бесконечной цепи, никак не связанное с остальными. Стопроцентная независимость каждого элемента системы — залог её неуязвимости. Поэтому тело Джейсона Харпера выполняло свою задачу без какой-либо внешней поддержки. Минимум необходимой информации оно получило — вкупе с оставшимися в мозгу сведениями этого было более чем достаточно.