Итоги № 36 (2013)
Шрифт:
— Да что же это! — возмущается Месхиев. — Третий дубль снимаем!
Но лишь после двенадцатого дубля, когда на роль парикмахера пробуется уже третий актер, раздается долгожданное: «Стоп, снято!» Первая фарфоровая тарелка разлетается на куски на рельсах — все разбирают разноцветные осколки и разбредаются по коридору на короткий перерыв. К этому времени церемония в университетском дворе благополучно завершилась и новоиспеченные студенты разошлись по аудиториям…
А отдых у съемочной бригады относительный: через несколько минут на площадке появляется гость — министр культуры Владимир Мединский. Гостя полагается встречать… Министру сразу предлагают разбить очередную тарелку «на счастье», а потом его окружают журналисты.
— Я благодарен
— Здесь все будет по-настоящему — и оружие, и бритые головы, и эмоции, — обещает Угольников.
— И пуля будет настоящей, — иронически продолжает Аронова.
— Вот мы с Машей даже вместе побрились, — Дмитрий Месхиев снимает свою красную кепку и демонстрирует обритую голову…
Сейчас съемочная группа продолжает работу в Псковской области, неподалеку от Пушкинских Гор, где пройдет большая часть натурных съемок боевых действий. Там уже выстроено почти полтора километра окопов: каждый окоп — точная копия реального, все воспроизведено по архивным фотографиям и фортификационным чертежам времен Первой мировой. Немецкие окопы сделаны отчасти из бетона, отчасти — из ивовых ветвей, перед ними натянуты рыболовные сети, чтобы враг не прошел. Кстати, немцы свои окопы изнутри оклеивали обоями, у них был даже водопровод. Есть архивные фотографии, на которых видно, что тропинки в окружающем лесу немцы украсили указателями с именами Ницше, Шиллера, Гете. Русские окопы сильно отличались от немецких, русские солдаты привыкли воевать без комфорта… Оружие у солдат с обеих сторон будет самым настоящим: к участию в фильме удалось привлечь коллекционеров, все винтовки — подлинные, 1914 года. В кадре появятся настоящие танки и броневики того времени. Один танк даже взорвут… Главный консультант-реконструктор фильма — Дмитрий Бушмаков, гендиректор компании «Лейбштандарт», которая занимается реставрацией военного антиквариата. Он подсказал художникам по костюмам очень важные детали обмундирования: например, после отречения Николая II от престола в марте 1917 года с погон и пуговиц было убрано изображение двуглавого орла. По архивным фотографиям удалось восстановить и точную копию батальонного знамени.
Но главный упор в фильме сделан не на документальные детали.
— Для нас очень важно показать тот психологический перелом, который пережили все наши героини, — говорит Евгений Айзикович, креативный продюсер. — У каждой из них — и у дворянок, и у крестьянок, солдатских жен, своя история и причины отправиться воевать. В фильме есть такой эпизод: одна женщина ждет ребенка, ее собираются удалить от службы, а она хочет остаться. Все говорят: ты что, с ума сошла, мы же идем воевать за тебя и твоего ребенка, за Россию, жить надо тебе и ребенку — уходи. И для нее это настоящая трагедия… В фильме есть и любовные сюжеты, и глубокие драматические переживания. Знаете, почему их называли батальоном смерти? Потому что каждая давала клятву в любой момент умереть за Родину. Но у нас не все они погибают… И в последних кадрах фильма мы увидим их живыми и веселыми.
Троих актеров — Марию Аронову на роль Бочкаревой, Марию Кожевникову на роль адъютанта Бочкаревой Веры Скрыдловой и Марата Башарова на роль Керенского — порекомендовал Игорь Угольников. Остальных выбирал режиссер, среди них есть и малоизвестные пока артисты. Николая Аузина (исполнитель роли поручика Селезнева) Месхиев нашел в Тюменском драматическом театре. «Вот увидите, — уверяет режиссер, — это точно будет новая звезда!» Много в фильме актеров из питерских театров — Евгений Дятлов,
— Внимание! Все вышли из коридора, а то попадаете в кадр! Девочки, вставайте поближе! Тишина! Начали!
До окончания съемочного дня оставалось разбить еще одну тарелку.
Штабная культура / Искусство и культура / Культура
Штабная культура
/ Искусство и культура / Культура
В Восточном крыле Главного штаба, переданном в 1993 году Государственному Эрмитажу, завершилась реставрация
Интерьерам Восточного крыла Здания на Дворцовой площади, в котором в XIX веке располагались министерства финансов и иностранных дел Российской империи, а в XX веке, после революции — наркомат иностранных дел, наконец-то возвращают исторический облик. За последние сто лет эти стены ни разу не видели качественного ремонта, а так называемая реставрация, которую в советское время проводили здесь, принесла, по мнению специалистов, больше вреда, чем пользы. Сейчас в 26 залах восстановлена та отделка, которая создавалась мастерами первой трети XIX века.
Интерьерам здания Главного штаба, одного из двух (наравне с Зимним дворцом) выдающихся шедевров архитектуры на Дворцовой площади, очень не повезло. До революции здесь проводились лишь косметические ремонты, а первая реставрация в 1936 году, как следует из архивных документов, не была согласована с отделом охраны памятников. Последующие попытки вернуть зданию первозданный вид, в 1940-м и в 60-х годах, художники выполняли уже с учетом рекомендаций специалистов. В 2005 году частично были удалены загрязнения, расшиты трещины и перекрашены фоновые участки живописи. Сделано это было, как признают теперь эксперты, не очень качественно, и поэтому бригаде художников-реставраторов ООО «Реставрационной компании «ИНТАРСИЯ» пришлось фактически все переделывать.
Главная проблема, с которой столкнулись реставраторы, — сильно пострадавшая старинная клеевая живопись. Эта технология росписи стен в последние десятилетия практически не используется — нежная по структуре, она великолепно смотрелась в залах эпохи классицизма, но очень легко разрушалась, если температурно-влажностный режим в помещении не был идеален. Многочисленные ремонты и реставрации создавали поверх этой воздушной живописи плотную желтоватую пленку, которая со временем темнела, становилась жесткой и осыпалась.
«Реставраторы предыдущих десятилетий, как правило, не щадили ее и попросту все перекрашивали, — рассказывает Ирина Денисова, научный руководитель реставрационных работ по живописи, почетный реставратор Петербурга первой степени. — Авторская живопись мастерской Джованни Батиста Скотти во многом сохранилась, но ушла под грубые записи последующих лет. В последние годы стали переходить на работу акриловыми красками, а это вообще катастрофа для клеевой живописи. Например, зал министра финансов Канкрина вобрал в себя все ошибки предыдущих реставраторов. Мы вернулись к историческим технологиям при работах во всем здании».