Испытай меня
Шрифт:
Спустя пятнадцать минут я успела принять душ, нанести крем, и теперь оборачиваю свои влажные волосы полотенцем. Надеваю пару белых льняных шорт и полосатую футболку с длинным рукавом, идеально подходящую для позднего чикагского лета.
Наношу немного пудры на лицо, подвожу глаза и крашу ресницы тушью, а затем быстро подсушиваю волосы. Мои темные волосы спадают длинными волнами до середины спины. Очерчиваю контур губ и наношу немного помады, и вот я уже готова.
Дверь в ванную приоткрывается, и заглядывает Холт.
— Ты приятно пахнешь, — говорит он, касаясь губами моей шеи. — Мне нравятся твои духи.
Я тихо постанываю, когда его мягкие губы прижимаются к моей шее. Он отстраняется, и хватает мою зубную щетку и пасту со столика.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, следуя за ним из ванной.
— Собираю твою сумку, — как ни в чем не бывало отвечает он.
Я хмурюсь.
— Какую сумку?
— Ту, которую я нашел в твоем шкафу. Тебе нужны какие-то предметы первой необходимости, а так как я пока что не знаю твоих предпочтений…
— Холт! — прерываю его, когда вижу одежду, сложенную им на кровати. — Что это?
— Вещи. — Он кладет мою щетку на кровать рядом с аккуратно сложенной стопкой одежды. Я просматриваю, что он положил.
— Штаны для йоги, свитшот, конверсы, — перечисляю предметы и смотрю на него.
— Для того чтобы переодеться после парка, — улыбается он.
Я прищуриваю глаза.
— Лифчик и трусики.
Он ухмыляется.
— Никогда не помешает иметь запасную пару, если ты не предпочитаешь ходить без нижнего белья.
Я закатываю глаза и оставляю белье.
— Красное платье и черные туфли на шпильках. — Я приподнимаю бровь. — А это для чего?
— Для работы завтра. — Он говорит так, будто это совершенно очевидно, затем смотрит на меня с вожделением. — Умираю, как хочу увидеть тебя снова в этом красном платье.
Мои глаза широко распахиваются.
— Что, прости?
Для работы завтра? Он думает, что я снова останусь у него?
— Ты надевала его в первый рабочий день, помнишь? — Холт хватает меня за бедра и притягивает ближе к себе. — О, и не забудь положить косметичку. Не то чтобы она тебе нужна, просто хочу, чтобы у тебя все было. — Он оставляет нежный, но крепкий поцелуй на моем виске.
Я начинаю смеяться. На самом деле, я хохочу во весь голос.
— Холт, я не останусь с тобой еще на одну ночь. Я имею в виду, что мы еще даже не обсудили то, что произошло вчера! — шепчу я и поглядываю на дверь, не сомневаясь, что Эвелин подслушивает.
— А что тут обсуждать? — Холт подходит ближе, прерывая меня. — Мне понравилась прошлая ночь. Тебе тоже. Почему мы не можем сделать это снова? — Он тянет прядь моих волос, наматывая ее на палец. — Я пока не готов тебя отпустить, Сейдж, — говорит он нежно.
Холт просто ходячее противоречие.
Мое горло пересыхает, и мне трудно сглотнуть.
— Именно в этом и проблема. Я не занимаюсь
Он громко вздыхает.
— Это не то, что я имел в виду, Сейдж. Это прозвучало неправильно. — Он обхватывает меня за плечи и приподнимает мой подбородок. — Я хотел сказать, что хочу быть с тобой… сегодня днем и ночью, и, возможно, в остальные дни и ночи тоже.
— Давай начнем с одного дня, — предлагаю я.
Холт улыбается, удовлетворенный.
— Звучит отлично. Собирай вещи, которые тебе понадобятся сегодня. А позже мы обсудим, где собираемся ночевать до конца этой недели. — Он наклоняется и оставляет быстрый поцелуй на моем лбу. Он такой ненасытный. — Я подожду тебя в гостиной. Твоя соседка такая злюка.
Я трясу головой, когда он выходит в коридор. Это действительно только что произошло? Холт Гамильтон просто пригласил меня провести с ним неделю. Я качаю головой в неверии. Поворачиваюсь к стопке одежды на кровати и кладу руку на ее верхушку.
После минуты колебаний я расстегиваю сумку и начинаю складывать вещи. Я уступаю, но только на сегодня. Настойчивый Холт Гамильтон снова выигрывает.
— Черт бы тебя побрал, Холт Гамильтон, — бормочу себе под нос.
С сумкой в руке я на цыпочках пробираюсь по коридору и слышу оживленный разговор между Эв и Холтом в гостиной.
— Если ты обидишь ее, то я нахрен отрежу тебе яйца тупой бритвой. Не забыл, что я медсестра? Я видела повреждения, которые может причинить тупая бритва.
Я выглядываю из-за угла и вижу, как Эвелин наклонилась к сидящему на диване Холту, на ее лице очень серьезное выражение. Люблю ее. Я не могу представить себе подругу лучше, чем она.
Он скрещивает руки на груди и вскидывает брови.
— Отрезать яйца? Мило, Эвелин. У меня и в мыслях нет такого намерения. Кроме того, я точно уверен, что мне не нравится причинять кому-то боль, особенно тем, кто… — Он делает паузу.
— Тем, кто что? — спрашивает она, подталкивая его.
Мое сердце колотится, пока я жду его ответа.
— Тем, кто мне очень-очень нравится, — заканчивает он, отклоняется на спинку и устраивается на мягком диване, закинув ногу на ногу. Он так расслаблен, но в то же время самоуверен.
Я вешаю ремень сумки на плечо и поворачиваю за угол. Сейчас или никогда.
— Готов? — спрашиваю я, стараясь не смотреть на Эвелин. Могу только предполагать, что она думает обо мне сейчас. Я провела ночь со своим боссом, когда должна была просто выпить с ним. А теперь собрала сумку, чтобы снова остаться с ним на ночь. Это сумасшествие. «Я точно уверена, что потеряла рассудок», — думаю про себя, но отбрасываю эти мысли.