Испытательный срок

Ревва Игорь Юрьевич

— Ты слишком долго находилась в Срединном Мире, Мархаэоль Игнт! И сущность твоя претерпела изменения!

— Сущность моя прежняя, Симмаархаал Нэг! И в Багнадофе я могу поступать так, как мне заблагорассудится!

— Ты не принадлежишь этому миру, Мархаэоль Игнт!

— Зато этот мир может принадлежать мне! Или ты забыл законы, Симмаархаал Нэг?

— Законы устанавливаются не нами, — пророкотал голос. — Ты знаешь законы. И знаешь, что тебя ждет за нарушение их. Я не стану тебе препятствовать, Мархаэоль Игнт. Иди...

Черты

лица расползлись полосами тумана, растаяли в прозрачном воздухе.

Эллина застонала, подтянула руки, оперлась на локти и попыталась сесть. Одежда на ее груди была прожжена и испачкана кровью, в прорехе виднелась почти черная рана. Катя с Юрой обалдело крутили головами, сидя на плитах набережной. На Катиной груди была точно такая же рана, как и у Эллины, — прожженная ткань, кровь. Гнусь и Колобок стояли рядом, растерянно глядя по сторонам.

— Живы? — прохрипела Эллина. То ли спрашивала, то ли удивлялась — не понять. Она прикоснулась к ране на груди и сморщилась от боли.

Женщина в красном равнодушно посмотрела на Эллину и ничего не ответила. Она повернулась и пошла к Прыжку. Босые ноги ее неслышно ступали по цветным плитам, и слабое шуршание невесомого платья было сейчас единственным звуком.

Женщина остановилась, присела возле Прыжка и протянула руку. Прохладные пальцы коснулись его щеки, тихий и мягкий голос ласково произнес:

— Здравствуй, Толик...

17. САМАТ

— Как, говоришь, зовут?

— Мархаэоль Игнт...

Ответила, и звук голоса ее повис в воздухе. Словно бы эхо собиралось его отразить, договорить, но передумало.

— Красивое имя, — говорю. А про себя думаю, что красивое-то оно красивое, но больно уж заковыристое. И не выговоришь, наверное. И само собой как-то произносится у меня:

— Мархаэоль...

— Так и зови, — улыбается. Лица не вижу, но по голосу понятно, что улыбается.

Оглядываюсь. Наши все следом плывут. Непонятно мне все. Вот с первой минуты, как здесь оказался, — все непонятно!

Во-первых, куда Макс подевался. Наши все здесь, а Макса нету. Эллина говорит, что и не появлялся он тут. Она ведь первой в Багнадоф пришла, а потом, когда ее уже речи того лорда-демона скрутили, я заявился. Она думала, что это Макс. Удивилась лаже, хотя ей в тот момент не до удивлений было. Понимаю, на своей шкуре испытал.

Мне-то еще повезло, ничё так, не сильно прижало. А вот Катю с Эллиной — Эллину особенно — по-настоящему скрючило. А все потому, что у них крестики были. Мархаэоль, правда, раны им залечила — прикоснулась рукой, и все! А у Макса неизвестно, чего с собой было. Может быть, его так спрессовало, что и дыма не осталось.

Когда я с Мархаэоль насчет Макса разговор начал, она странно так посмотрела на меня, плечиками пожала и заявила, что, кроме нас шестерых, никто из жителей Срединного Мира сюда не приходил.

В смысле, сейчас вот. Может быть, Макса нашего куда-то не туда занесло? Если типа он в заклинании чего напутал, очень даже возможно. И тогда — крындец уже нашему Максу полный. Потому как не выживет и секунды.

Ну, о Максе я не шибко-то и переживал. Хрен с ним, с Максом этим. Сгинул — туда ему и дорога. Спокойнее будет.

С лодками этими непонятно мне тоже. Там, на набережной, ступеньки были, прямо в воду уходили. Мархаэоль по ним спустилась, к самой воде подошла, и вдруг к ее ногам лодки сплываться начали со всех сторон. Шесть лодок. Ровно столько же, сколько и нас. Если, конечно, саму Мархаэоль не считать. То есть на каждого по лодке. А мы с Мархаэоль в одну сели.

И не звала она лодки те, ничего не делала. Просто к воде подошла — и все!

Лодками управляют такие зверюги — жуть просто. Хотя не зверюги они, конечно. Это Мархаэоль мне сразу же объяснила. Демоны это, сущности типа. Ну, не знаю, какие они там сущности, но выглядят страшнее, чем вся моя жизнь. И опасные, наверное. Будь мы одни, неизвестно, чем бы закончилось. А так ничего. Сели, плывем...

Вода прозрачная. Я пить хотел, Мархаэоль улыбнулась: так пей, говорит. Ну, зачерпнул пригоршню, хлебнул. Нормальная вода. Вкусная. Давно такой не пил, с Твери еще с самой.

Оглядываюсь еще раз. Только теперь понимаю, насколько этот маяк высоченный. Ну, это ясно — из любой точки города он виден должен быть. К тому же на самом верху находится какая-то Истинная Обсерватория, как Мархаэоль ее называет. Типа оттуда можно много чего интересного увидеть. Не всем, правда, а только тем, кого пустят. Нас, наверное, не пустили бы — рожей не вышли. Ну, мне эта Обсерватория фиолетово, как и маяк весь вообще. Ну, может быть, кроме библиотеки.

Мархаэоль упоминала, что библиотека тут клевая. Большая очень, в подвалах маяка расположена. У меня аж глаза разгорелись, как услышал. Но Мархаэоль живо мой пыл остудила. Сказала, что книги там не совсем книги типа. Чего она имела в виду — не понял. Я вообще не очень-то много в этом маяке понимаю.

Мархаэоль сказала, что этот маяк Хааргадом называется. Маяк Хааргад. Типа специально для гостей предназначен вроде нас. То есть не вроде нас, а для нормальных гостей. Которые через Портал Чужих Снов приходят.

Тот дом серый — на куб похожий, — он как раз и называется Порталом Чужих Снов. Потому что все другие гости (то есть не такие на голову больные, как мы) являются в Багнадоф именно через него. А нас заклинание рядом вынесло. Макса вообще — фиг знает куда. То есть нам повезло еще. Хорошо хоть, в канал не плюхнулись. Кстати, Мархаэоль говорит, что называется он Каналом Юной Воды. Типа адреса, чтобы найти можно было. Хотя, в случае чего, его-то как раз особенно долго разыскивать не придется. Потому как маяк Хааргад отовсюду виден.