Испытание киллера (Часть 2)
Шрифт:
– Думай. Проявляй солдатскую смекалку. И помни - на все про все у тебя неделя. За день до того, как будет вылетать правительственная комиссия и следственная группа МВД, я позвоню...
Вот такой разговор получился у нас с врио областного прокурора после скоропостижной кончины Чужестранцева. А еще позже мы со Стасом присоединились к девятерым бомжам, обитающим в подвале предназначенного для сноса дома...
Эти пять дней мне запомнились надолго - и не из-за вездесущих блох, которые прочно поселились в моем роскошном парике уже в первую ночь пребывания в подвале. Побыв в шкуре бомжа, я понял, как уязвим любой человек, не имеющий крепких зубов и хорошей поддержки в стане сильных мира сего, и как легко можно оказаться в положении парии, вышвырнутого
За пять дней совместной жизни эти несчастные люди стали нам ближе теперь программа "Подснежник" стала интересовать нас не как отвлеченный факт. Нам хотелось спасти этих людей, уберечь от той участи, что постигла всех их предшественников. Да, спешу пояснить: Мирюк и прокурор сказали, что бомжей отлавливает какое-то специальное подразделение милиции, которого формально вроде бы нет. Отлавливает, куда-то вывозит и... и на этом информация обрывается. Известно, что заведует "Подснежником" младший брат начальника УВД - его зам по ООП. Мы уцепились за этот тайный геноцид районного масштаба, но ничего конкретного установить не удалось. Облавы на бомжей никто не делал - хватали по одиночке и тащили в спецприемник. Там след и обрывался. Для непрерывной слежки за спецприемником Бо выделил парный пост - два человека постоянно сидели в машине и наблюдали за всеми телодвижениями стражей правопорядка. Пятидневное наблюдение показало, что в широкие ворота спецприемника заезжают либо автозаки, либо "ПМГ" (патрульные "уазики") - в крайнем случае новая "шестерка" начальника объекта. Но однажды наблюдатели сообщили, что часов в шесть пополудни в ворота спецприемника заехал небольшой фургон-рефрижератор с надписью "Новотопчинский хладокомбинат". А через десять минут выехал и укатил прочь. Саша Шрам тут же позвонил Славе Завалееву, и через час Серега Айдашин забрался на этот самый хладокомбинат, чтобы полюбопытствовать насчет странного фургона. Машина оказалась на месте - на охраняемой стоянке. Сторожа автостоянки понятия не имели, кто куда ездит, и ни за какие деньги не могли ничего припомнить.
Параллельщики наши тоже не сидели сложа руки: помимо слежки за спецприемником моя команда готовила акцию "Аллергия" (это Оксана так обозвала вроде бы романтично и в то же время таинственно) и фиксировала все контакты начальника УВД и его замов. Слава Завалеев загрузил комплект спецаппаратуры в микроавтобус "Мицубиси" и вместе с Айдашиным занялся кропотливой оперативной работой. Несколько раз "Мицубиси" тормозили менты в разных частях города, но у Славы имелся документ, удостоверяющий, что они осуществляют полномасштабный дозиметрический контроль в рамках программы "Мирный атом - в каждый дом!!!" менты разевали рот и тащили свои "тормозки" с обедами - просили померить, не радиоактивные ли огурцы им подсунули злые жены.
Следить за первыми лицами области оказалось нетрудно - они чувствовали полную безнаказанность и отсутствие контроля.
За время фиксации контактов начальника УВД и его замов удалось записать:
– "совещание" начальника УВД с авторитетами азербайджанской общины, на котором обсуждался вопрос о переносе рыбного павильона с Центрального рынка в Кировский район. В этом павильоне азербайджанцы торговали осетриной и черной икрой без лицензий, а в последнее время Центральный рынок взяли под свою руку казаки, воспользовавшись распадом Центральной группировки, и стали наводить жесткий порядок. На сборище, кстати, присутствовал мой кореш Протас, который не забыл напомнить, что условие о сдаче моей головы за сто тысяч долларов остается в силе;
– встречу начальника УВД и начальника ГАИ с чеченским авторитетом Лемой, который ведает в нашей области угоном и переоформлением автомобилей: Лема за хорошие деньги договорился со стражами порядка об открытии филиала своего авторынка в Халтуринском районе, на выезде из города;
– планерку младшего брата начальника УВД - зама по ООП с бойцами полка ППС, которым вменялось в обязанность вести непрерывное наблюдение за членами следственной
...Утро пятницы ознаменовалось неожиданным ускорением событий. Мы со Стасом, как обычно, совместно с остальными обитателями подвала мирно ковырялись на рыночной помойке, озираясь по сторонам в поисках чего-нибудь съедобного.
Часов в одиннадцать к рыночной помойке подкатил знакомый "СААБ". Оксана вышла из машины и стала деловито возиться с левым зеркалом, делая вид, что именно это занятие в данный момент самое важное из всех земных дел. Я незаметно выскользнул за ограду - бочком-бочком, приставными шажками, имитируя непрекращающиеся поиски добычи.
Оксана была чрезвычайно лаконична:
– Сухов звонил Славе. Завтра вечером прилетают - в 22.30. Что делать?
Спустя полчаса в нашей штаб-квартире имело место бурное обсуждение сложившейся ситуации. Мы выработали план действий, обговорили детали и разбежались работать. Слава направился к стоянке своего микроавтобуса переориентировать оборудование на несколько иной характер работы. Саша Шрам с Коржиком помчались инструктировать бойцов, дежуривших у спецприемника. Серега Айдашин убыл к соседствующему с "бичевским" домом скверику - попугать скучающих там старушенций "зверствами", которые в последнее время творят в городах бомжи, примерно две трети которых являются кровожадными секс-маньяками, специализирующимися исключительно на расчленении грудных младенцев и изнасиловании беременных женщин. В том, что бывшему оперу удастся с успехом навешать старухам на уши продукцию итальянского производства, можно было не сомневаться. А мы с Оксаной убыли к месту расположения рыночной помойки на "СААБе".
Вечером, когда все наше бичевское братство улеглось почивать, ко мне подползла Леся и шепотом спросила:
– Что - наклеивается что-то интересное?– и успокоила меня: - Ты не думай - я никому не сказала... Ну, что ночами ты к коллегам выходишь и про сегодняшнее тоже... Ты только скажи - будете съемки делать, да? Сегодня?
Я скорбно вздохнул - так вот в чем дело... Бедная бомжиха считает меня и Стаса какими-то крутыми репортерами.
– Так что - будете снимать?– вновь поинтересовалась Леся и замерла затаив дыхание. "Эх, Леся - как же мне жаль тебя, несчастная дурочка..."
Они явились во втором часу ночи. В подвал ворвались несколько человек, которые поливали нас ярким светом фонариков, не давая возможности рассмотреть, кто же это тут хозяйничает.
– Все на выход, - буднично скомандовал голос из темноты.– При попытке к бегству - расстрел на месте. Вперед1
Так-так... Серега Айдашин сработал как надо - бабки вняли "голосу гражданской совести" и стуканули куда следует насчет злых бомжей, безнаказанно резвящихся в подвале. Теперь осталось пожелать, чтобы все остальные мероприятия не подкачали...
У входа в подвал тихо урчал допотопный "воронок", возле которого находились какие-то люди, мерцавшие во тьме огоньками сигарет.
– Давай, пошли по одному, - распорядился кто-то у автовокзала где-то спереди раздался смачный шлепок и тоненький вскрик - направляющего нашей колонны попотчевали "дубинолом" для ускорения. Мы погрузились за пятнадцать секунд - злой дядька у подножки подгонял каждого сочным шлепком дубинки, и желающих медлить не было. Последним садился Женя-афганец - впопыхах никто не обратил внимание на то, что он отстал от общей кучи, и теперь ему некому было помочь забраться на подножку.