Искатель, 2005 №5

Калмыков Виталий Сергеевич

— Не сильнее, чем ошибся бы человек в такой ситуации, — из последних сил парировал аспирант.

— Постойте-ка, очеловечивание роботов — моя работа, и ИИ Стрельцова с ней справляется, — улыбнулся доктор. — Вы же заявили, что ТБ превосходит человека, так ли это?

— Да, — ответил аспирант.

— Ладно, — качнул головой Стрельцов. — Ладно.

— Еще вопросы, — аспирант с трудом взял себя в руки.

На следующий день многие электронные издания пестрели яркими заголовками с

«фотогеничной» головой профессора Громова, склонившейся над шахматной доской.

Тем временем в исследовательской лаборатории, где днем ранее имела место презентация ТБ-1, не было ни души, кроме вернувшегося из командировки Громова и доцента Габояни. Остальные же получили заслуженный выходной.

— Это плохо, — проговорил профессор Громов, глядя в окно на скребущие небо высотки и протянувшиеся ниточки-дороги для флаеров. То там, то здесь проскакивали лихачи, не пользующиеся канатными дорогами.

— Что они сказали? — Таккер догадывался, что мог сказать премьер по поводу их несанкционированного собрания вчера вечером.

— Они закрыли проект, — ответил Громов. Как-то слишком холодно и спокойно, как человек, уже знающий, что делать в такой ситуации.

Таккер не спрашивал почему, но профессор сам ответил, скорее, зачитал по памяти те слова:

— «Проект «Точка бифуркации» закрыть по причине социальной опасности последнего для населения. Всю информацию, касающуюся проекта, передать нам в течение недели, после уведомления».

Таккер, совершенно не стесняясь, выругался.

— Вот-вот, — подтвердил Громов, — так нам еще неустойку платить, опровергать информацию в прессе, ребят «обрадовать», самим только вешаться осталось.

— И бесплатно подарить правительству сильнейшее оружие в мире, — закончил Таккер.

Неожиданно Громов засмеялся. Нехорошо засмеялся. Зло так и сквозило в его смехе.

— А этот ТБ-1 мне сказал, что все будет в порядке, — Громов ударил кулаком в бронированное стекло.

— С ним или с нами?

— Не знаю…

— Новая техника всегда не работает с первого раза, — попытался утешить Таккер.

— Это ты к чему? — удивился Громов.

— Да так, из личного опыта… — Таккер немного жалел о сказанном — теперь объяснять. — Просто всегда, купив новенький приборчик, я сталкиваюсь с тем, что он с первого запуска не работает.

— Как это? — Громов любил бестолковые разговоры и сейчас стремился его продолжить.

— Всегда нужно настраивать, подбирать драйвера, обновления, — разъяснил Таккер.

Громов задумался. Задумался серьезно, и в то же время это не могло не вызвать улыбку у молодого доцента — профессор чуть ли не впервые заинтересовался его словами. И какими! Ерундой про новую технику!

— Знаешь, Таккер, я все же думаю, ТБ — не техника. Он жизнь! У жизни не будет второго раза. Динозаврам его и не хватило. Нас уже никто

не остановит, кроме нас самих.

— Но ТБ не похож ни на динозавров, ни на людей. Он другой, — сказал Таккер.

— Верно, но отличается он желанием жить, чего лишены многие люди, в частности, стоящий перед тобой экземпляр, — Громов слабо улыбнулся. — Он хочет и может жить. Мы не вправе отбирать у него жизнь. Разве Бог убил Адама с Евой, когда они стали другими? Он изгнал их… — Громов решительно встал. — Найди подходящего робота на улице и подготовь его для ТБ-1 — он самый развитый на сегодня.

— Взять робота с улицы? — удивился Таккер.

— Именно! — закричал Громов. — Взять, украсть, стащить, конфисковать… Можешь спросить у ТБ-1, как это лучше сделать. Ему нужно тело. А мне деньги, — закончил Громов, опускаясь в потрепанное кресло. Собственно, и кабинет не отличался новизной и изяществом.

Таккер закончил писать отчет о копировании нейромозга ТБ-1 на модуль А, отвечающий за мозговую активность неплохой функциональной модели класса ТС-10, которую в народе называли «силач», в связи с модернизированной механикой конечностей.

Сейчас новоявленный суперагент находился в специально оборудованной комнате под наблюдением техников, которые до сих пор настраивали драйверы, программки и прочую ерунду.

Вскоре Тебетиса (производное от букв ТБТС) оставят одного.

А потом… Потом эксперимент, который либо убьет робота, либо… все равно убьет его для человечества. Для науки. Или нет? Или профессор хочет громко и открыто заявить о своем величии? Вряд ли. Если это произойдет — Громова просто расстреляют. Скорее, он хочет взять причитающиеся за работу деньги и не важно у кого.

«Надо только дождаться Громова, — заходил Таккер по комнате. — Кто же будет целью, кто?»

Он взял сигарету. Закурил. Но нервно отбросил ее со словами: «Какого черта, я же бросил!» Зажженная сигарета так и осталась валяться на полу. Таккер некоторое время смотрел на нее, потом, хмыкнув, подобрал и выкинул в окно.

«Прогрессивнейшая лаборатория, мать вашу, и уборщики толпами летают!» Он с улыбкой вспомнил, как сам же позавчера уговаривал друга пригнать фуру с роботами-менеджерами для презентации. И как друга потом чуть не уволили за то, что «жестянки» дружно «стуканули» на своего координатора.

Сев в кресло, Таккер включил скринсейвер и попытался расслабиться.

«Лес, тишина, только невидимые птицы переговариваются вдали. Сквозь листву улыбается яркое полуденное солнце…» Таккер вздохнул и выключил голограмму. Прога не действовала — либо слишком много эмоций, либо лес уже осточертел. Скорее второе.

«Ну же, Громов, давай в Кремль его пошлем, а? Ну что нам стоит? И деньжат заработаем и народ спасибо скажет!»

Таккер выругался и пошел проверить, как там техникам работается.