Искатель, 2004 № 12

Борисов Сергей Юрьевич

Мне не очень понравилось ее «соври что-нибудь».

— Нет, Карни, врать я не собираюсь, просто скажу, что я переводчица и по просьбе вдовы перевела доклад. И все.

— Ладно, пусть так, — она махнула рукой. — Теперь — что я буду продавать? Вот это проблема, так как я не знаю, что.

— Ты можешь посмотреть в секретере. Вдруг там лежит пакет, а на нем написано: «На продажу в Прагу».

— Тоже верно, — обрадовалась она. — Только вот я не знаю, где ключ, а Иосиф никогда мне его не показывал. Придется попросить Ашера взломать замок. Кстати, где он?

—

Понятия не имею.

— Сейчас я его позову, — Карни схватилась за сотовый телефон.

— Подожди, — остановила я ее, — мы не договорились о стоимости моих услуг.

— Хорошо, — согласилась она. — Тебя устроит…

И она назвала сумму в три раза больше моих самых смелых ожиданий. Но я умею держать себя в руках.

— Это, разумеется, оплата моих услуг, помимо самолета, гостиницы и пансиона. Я тебя верно поняла?

— Конечно.

— У меня будет отдельный номер.

— Хорошо. Так ты согласна? — нетерпеливо спросила она. — Думаю, что за три-четыре дня это хорошая цена.

— Согласна, — кивнула я. — Только ради тебя, дорогая Карни. Когда летим?

— Послезавтра. Бьеннале начинается через три дня. Официант, счет, пожалуйста!

По дороге домой я купила большую дорожную сумку — давно было пора, вот и представился случай.

Дашка лежала на диване, грызла фисташки и не отводила взгляда от телевизора.

— Мам, посмотри! — закричала она вместо приветствия. — Израиль на третьем месте в мире по ожирению детей!

— А кто на первом-втором? — спросила я.

— США и Греция.

— Странно, а почему Греция? — удивилась я.

— Мама, я, наверное, толстая… — Дашка вскочила с дивана и принялась крутиться передо мной.

— Ах, оставьте ваши глупости, — отмахнулась я. — Слушай, дочь, что я тебе скажу: я уезжаю в Прагу.

— Надолго?

— Дня на четыре. Это по работе. Меня наняли переводить.

— С чешского? А ты его знаешь?

— Немного.

— Молодец! Привези мне что-нибудь.

— Договорились. Но и ты чтобы суп ела. А то переместишь нашу страну на второе место…

Денису я рассказала за ужином о поездке. Он неторопливо пережевывал кусочек филе рыбки под вычурным названием «Принцесса Нила» в то время, пока я пересказывала ему историю Карни.

— Что-то меня тут настораживает, — сказал он мне. — Пока не пойму что.

— Может, ее биография? — спросила я.

— Нет, не только, хотя с кем не бывает.

— Деньги, которые она мне пообещала?

— Тоже нормально, хотя попроси аванс.

— Тогда что?

— Вся эта история с непонятным обществом потомков бен-Бецалеля. Какой-то доклад, пакет, сделка… Ты уверена, что хочешь в этом участвовать?

— Мне предложили переводить, — насупилась я. — Я и буду переводить, а не заниматься куплей-продажей. Это пусть Карни сама суетится.

— Вот и правильно, — одобрил Денис. — Кстати, ты знаешь, что в Иерусалиме живет одна сумасшедшая старуха, называющая себя праправнучкой славного раввина?

— Нет, не знаю, а почему она сумасшедшая? Тем, что приписывает себе родство?

— Как раз родство настоящее, у нее

и бумаги все есть — я в «Едиот Ахронот» читал. Просто она как-то наняла здесь бандитов, заплатила им деньги за то, чтобы они поехали в Прагу, выкопали прах бен-Бецалеля и перезахоронили его в Иерусалиме.

— И как?

— Никак. Бандиты деньги взяли и тут же заложили ее полиции. Ладно, пошли баиньки, утро вечера мудренее.

Но утро мудренее не стало.

Я еще спала, когда раздался телефонный звонок и незнакомый мужской голос сказал:

— Валерия, доброе утро, это Ашер. Будьте любезны, дайте мне номер вашего загранпаспорта, я заказываю билеты на самолет.

— Подождите, Ашер, к чему такая спешка? Я еще не получила аванс, не увидела доклад, который, буду переводить, так что я еще не дала согласие на поездку.

В трубке немного помолчали, потом мой собеседник ответил:

— Я сейчас за вами заеду. Адрес я знаю.

Карни жила в прибрежном районе, в двухэтажной вилле, отделанной белым песчаником. Мы прошли по гравийной дорожке, окаймленной бордюром из цветов, и остановились у двери. Ашер достал ключи и отпер дверь.

— Прошу, — сказал он.

Интересно, какую роль играет этот человек в ее жизни?

Заспанная Карни вышла нам навстречу. Полупрозрачный пеньюар не скрывал ее мощных прелестей, но она совершенно не придавала этому значения.

— Ашер, дай огня, — приказала она и, затянувшись, посмотрела на меня: — Ну что, Валерия, едешь?

— Я хочу посмотреть доклад, и еще… Мне нужен аванс, — выговорить последние слова мне было сложно.

Карни поднялась с кресла, подошла к низенькому комоду и достала оттуда несколько зеленых сотенных банкнот.

— Хватит?

— Более чем. Я выпишу квитанцию, — открыв сумочку, я полезла за расчетной книжкой.

— Оставь, это потом. Доклад в кабинете мужа, Ашер, проводи.

В кабинете было темно и прохладно, пахло старыми переплетами. Я отодвинула жалюзи, в комнату ворвались лучи, и в их свете заплясали пылинки. На столе лежала картонная папка. Открыв ее, я увидела несколько страничек, исписанных убористым почерком на иврите. Некоторые слова были обведены в рамку и подчеркнуты. На первой странице было написано: «Друзья мои! Я рад снова видеть вас, моих близких и дальних родственников. Ведь у всех нас общий великий предок — раввин Лёв бен-Бецалель, и главная наша задача — не забывать о той великой миссии, которая возложена на нас в силу нашего происхождения…»

Все понятно — это именно то, что я искала. Конечно, на английский, а тем более на чешский, времени переводить не было, но русский подстрочник я смогу сделать дома, а отредактировать в самолете, благо свой лэптоп я беру с собой.

В папке лежали еще какие-то исписанные листы, но я уже их не смотрела, полагая, что черновики рассмотрю дома, завязала тесемки и вышла из кабинета.

— Карни, это то, что я хотела видеть, — обратилась я к хозяйке дома. Она сидела в кресле и беседовала с Ашером. — Возьму это домой, буду переводить на русский, если ты не возражаешь. Так будет быстрее.