Искатель, 2003 № 04
Шрифт:
Чадович хотел расспросить, что было дальше, но высокие кусты заслонили будку и все прилегающее пространство. Они свернули на другую аллею, больше похожую на просеку, прорубленную в толстых светлоствольных тополях, где Оладько уже начал другую историю на ту же тему:
— Или вот эпизодик… Осматриваем труп в квартире. Вдруг входит мужик. Что надо? Замешкался, закашлялся… Короче, убийца. Вернулся за оброненной кепкой. Вспомнил, что могут найти по одной волосинке, поскольку ДНК…
— Ну, а не пришел, то и не нашли бы?
— Еще бабушка надвое сказала.
День перевалил
Чадович вернулся к прерванной теме:
— Совпадения да случайности, а вот так, чтобы убийца пришел с целью глянуть на убитого…
— Было. Нашли в лесу труп с ножевым ранением. В яме завален хворостом. Труп увезли в морг. По рекомендации следователя прокуратуры Рябинина устроили засаду. Начальство матерится. Людей на дело не хватает, а тут пятеро суток кто-то дежурит. На шестые сутки к яме подошел грибник с корзиночкой, осмотрелся и начал разгребать сучья. Тут его и взяли.
— Но почему он пришел, почему?
— У Рябинина есть какая-то теория. Я думаю, что убийца не выдержал пытки неизвестностью. Он совершил убийство. По его понятиям, чуть ли не подвиг. А по телеку не показывают, в газетах не пишут, его вроде бы никто не ищет… Молчанка. В голову лезут всякие мысли, в том числе и глюки. А может, и не убил? Вот нервы и не выдерживают…
— У нашего артиста нервы выдержат.
— А вдруг пошлет того, маленького, которого ты упустил?
Их скамейка со временем оказалась в тени, и они сразу почувствовали осень. Ветерок побежал не летний, сквозняковый. Он, ветерок, решил потрепать клен — да ведь не лето: с него сразу тяжело упало несколько испуганных покрасневших листьев.
Оладько потирал руки. Чадович изредка шевелил плечами, словно они чесались. Оперативники не замерзли — переживали вынужденное безделье. Свои дела стояли, ребята в отделе зашивались… Оладько вздохнул:
— Совчатый увольняется.
— Он же работает без году неделя?
— Явился к полковнику, сообщил, что потерял табельное оружие, и принес готовенький рапорт об уходе из органов.
— Совесть заела.
— Наивный ты, как и твои локоны, — усмехнулся Оладько. — Полковник мне приказал ехать с Совчатым и без пистолета не возвращаться. Если не найдет, то, говорит, сверни ему голову.
— Где же возьмет, если потерял?
— Через час оружие мы привезли — пистолет лежал у него дома под подушкой.
— Перед увольнением задумал присвоить?
— Уже не первый эпизод. Специально идут в милицию, чтобы получить оружие, удостоверение, обмундирование и смыться в охранную структуру
Они поговорили о кадрах, которые набирают даже по объявлениям на заборах; о непрофессионалах, которых назначают на руководящие должности; о литерных оперативных мероприятиях, дающих хороший результат; о себе, о дураках, рискующих жизнью за мизерную зарплату; об американской полиции, имеющей на вооружении двенадцатизарядный «Смит-и-Вессон» и автомобиль «Мустанг, не идущий в открытую продажу…
Разговор оборвался разом, на полуслове, словно они были приборами, которые обесточили. Оба смотрели на женщину с распущенными волосами цвета жидкого кофе: она прошла мимо томно-ленивой походкой и как-то сияя загорелым лицом в упавшем на него солнце. Оладько выдернул из пиджака карандашный портрет женщины, хорошо нарисованной Дашей, супругой потерпевшего. На секунду оперативники впились в него взглядами…
Не сговариваясь, вскочили и пошли за ней. Конец аллеи был густо затенен кустами жимолости. Здесь расходились в стороны две загогулистые и уже сумеречные дорожки, на которых женщины уже не было видно. Оладько приказал:
— Я по этой, ты по той.
Оперативники разошлись, Чадович побежал по своей. Уже после второго поворота он ее догнал. Девушка обернулась:
— Ну?
— Мадам, хочу познакомиться…
— А ты кто?
— Я — клон.
— Из пробирки? — усмехнулась она вроде бы одними карими глазами, блеснувшими полированным деревом.
— Я из бутыли, — пошутил и он.
— И много там вас, клонов?
— Где?
— В милиции…
Удара он не видел: острая, прямо-таки костяная боль посадила его на землю. По хрусту веток лейтенант понял, что она ушла напрямик, через кусты. Хруст веток с противоположной стороны привел Оладько. Капитан спросил, сдерживая не то крик, не то рев:
— Убежала!
— Да.
— А чего ты сидишь?
— Изучаю ее следы, — буркнул Чадович, потирая ногу.
41
Что такое «ближний пригород»? Это когда из леса виден микрорайон. Пансионат походил на желтый деревянный торт: столько на нем было наверчено верандочек, башенок и балкончиков. Утонуть в зелени он не мог, потому что сосняк был прорежен, как и все пригородные леса. Не то мелкое озерцо, не то водянистое болото расположилось рядом с пансионатом. На том берегу стоял домик частника, тоже желтый, видимо, крашенный остатками пансионатской краски.
Начальник хозяйственной — или какой там части? — водил Голливуда по пансионатскому дому, пустому и гулковатому.
— На улице тепло, могли бы функционировать, — заметил Голливуд.
— Нерентабельно, путевки дорогие, никто не едет. Консервируем до мая. Доживете?
— Договор дороже денег.
Администратор смотрел на нового работника с сомнением. И хотя Голливуд был в кирзачах, в потертой теплой куртке и в кепке, на сторожа он не походил. Усики, бородка, шрам… Кепка на нем сидит как с чужой головы… Походка вразвалочку… Такой видный парень согласился сторожить всю зиму за деньги символические.