Инвиктум
Шрифт:
я не собираюсь. Еще не настало то время, когда нужно будет нападать.
Джед обходит местность, устраняет охрану, а я стою и смотрю на прекрасный белый
маяк, виднеющийся издалека. Отсюда до него мили пути, но я чувствую невероятную тягу
оказаться там прямо сейчас. Почему?
– Джед, - говорю я, оборачиваясь к нему. Он вытирает нож о форму солдата и смотрит на
меня, выгнув бровь. – Что там, на маяке?
– Не знаю, но это можно исправить, если
нужен господин сенатор.
Отстраненно киваю и снова обращаю взгляд на белую башню. Сигнал на ней не мигает, значит, там никто не работает. Невидимые нити буквально тянут меня туда. Словно там есть
что-то, чего мне не хватает. Но чего мне может не хватать? – думаю я. Я на свободе, Джед
рядом со мной, у меня есть цель и средства к ее исполнению.
Воспоминания совершают резкий прыжок в давно забытое прошлое. Мои вены отлично
помнят ощущение бурлящей жидкости в них, кожа помнит уколы. Их было великое
множество за эти десять лет. Рот искривляется в гримасе ярости, как только я вспоминаю о
том, что она делала со мной.
«Увеличивайте дозу каждые три часа, посмотрим, что с ней будет»
Тогда мне хотелось заплакать от жестокости и несправедливости. Сейчас – мне хочется
убивать. Сидя в камере, я поняла, что быть хорошим человеком в наше суровое время совсем
не выгодно. Убивай или будешь убит. Страдай или причиняй страдания.
62
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
Я выбираю путь боли и буду идти по нему до тех пор, пока вся земля не покроется
кровью моих врагов. Я буду сжигать их дома, уничтожать их семьи, разрушать жизни. Они
познают, что такое страдания, они узреют настоящую боль.
– Ты готова познакомиться с сенатором Роу? – шепчет Джед, подходя ко мне сзади. Его
руки слегка касаются моей талии, а губы – шеи. Он делает это едва ощутимо, чтобы не
задействовать мою силу, но я все чувствую более чем явственно. Это затрагивает все мои
нервные окончания, и даже само сердце. Теперь оно уже не так спокойно, как во время
убийства того парня-невидимки. Теперь оно несется, словно ветер, унося меня далеко, дальше, чем я могу себе представить. Прикрываю глаза и чувствую, как губы тянутся в
улыбке.
Джед отпускает меня и испускает тяжелый вздох.
– Когда-нибудь я найду лекарство, которое позволит мне касаться тебя, - произносит он, обходя меня и заглядывая в глаза. Я смотрю на него и вижу перед собой решительность. Он
действительно хочет этого больше всего на свете. Прикоснуться
меня.
Я знаю, что любовь ко мне причиняет ему страдания. Любовь ко мне когда-нибудь его
уничтожит. Но Джед никогда не отступится от меня. В нем я уверена больше, чем в самой
себе. Он - мое сердце и душа. Он - моя единственная семья. За него я убью. Как и он за меня.
– Я спалю всю планету дотла ради тебя, - говорит он словно в подтверждение моих
мыслей, и я верю. – Лично оторву этой суке голову за то, что она сделала с тобой.
Нежно улыбаюсь ему и провожу ладонью по его щеке.
Наши пальцы сплетаются, и вместе мы шагаем вперед, к трассе, по которой сенатор
Акрополя сегодня будет возвращаться с обзорного рейда. Эту информацию Джед выудил у
одного из постовых, а затем отрезал ему язык, чтобы тот не проболтался, что видел нас.
Теперь мы идем вдоль большого зеленеющего поля, растянувшегося на сотни акров
вперед. Кроме этого отрезка земли вокруг ничего нет: ни домов, ни бывших
административных зданий. Все уничтожено по приказу президента, чтобы беглые
преступники не смогли прятаться в них, когда станут нападать на Акрополь. Только чистое
поле для предельной видимости.
«Ты будешь гнить здесь, пока я не придумаю, что из тебя можно сделать»– слышу в
голове слова подлой суки и усмехаюсь, вспомнив, что я больше не там. Пытаюсь представить
себе выражение ее лица, когда она поймет, что вскоре ее ожидает. Хочу слышать стук ее
холодного сердца о стенки ребер, когда сожму его в руках и сотру в пыль. И видеть ее глаза, полные ужаса и окрашенные в алый, когда она испустит дух.
– А вот и мистер «большой босс», - издевательски говорит Джедидайя, останавливаясь и
глядя вперед. По дороге едет кортеж из нескольких автомобилей, похожих на черные
Кадиллаки, только бронированные и с усовершенствованной системой безопасности. В
одном из них находится сенатор Роу. Джед оставляет меня стоять на месте, а сам идет по
дороге решительным шагом навстречу кортежу. Первая машина притормаживает метров за
сто от нас, остальные останавливаются по инерции. А затем Джед просто поднимает их вверх
одним движением руки. Все до единой. Они замирают в воздухе, будто парящие самолеты, а
потом разлетаются в стороны, взрываясь в полете. На землю они падают по частям. Как и
люди, находящиеся в них.
63