Иномиры

Казанцев Александр Петрович

— Нам неизвестны ландшафты параллельных миров. Но о них осведомлены найны, переходя туда в наиболее удобных местах. Мне уже приходилось направлять в наш мир одного из них залечивать раны.

— Мохнатика! — радостно догадалась Оля.

— Не сомневаюсь, что ему удалось добраться до дома моей матери, и она позаботилась о нем.

— Так ведь он там, а не здесь, — печально сказала Оля.

— Можно убедить какого-нибудь найна показать дорогу. Поэтому я отправлюсь к ним в стойбище.

— Вам

надо сначала как следует отдохнуть, Альсино. Я тоже пойду с вами. Меня они знают в лицо и не откажут в помощи. Они добрые. Зачатки их разума не отбрасывают злых теней. Не правда ли? — Оля с надеждой посмотрела в лицо Альсино.

Он отрицательно покачал головой:

— Кочетков не позволит. Кроме того, я буду передвигаться по воздуху, и на такое расстояние я не смогу захватить вас с собой.

— Я здесь умру, думая о вас.

— Так надо, Оля. Вас поддержат все члены нашей экспедиции. Не сомневаюсь, что за нами сюда пришлют НЛО.

Оля захлопала в ладоши. Это было так неожиданно, что все, ощутив перелом в настроении, улыбнулись.

— Вам надо поспать, Альсино. Может быть, подкрепитесь тем, что я приготовила? Я не все пролила!

— Я зарядился солнечной энергией еще на платформе перед проникновением сюда. Так что спасибо!

Оля уложила Альсино и заботливо прикрыла пледом, как малого ребенка, нежно глядя на него.

Альсино уснул крепким сном. Но сон продлился недолго.

Проснувшись, он встретился глазами с Олей, которая не отходила от него.

— Вы сразу отправитесь? — спросила она.

Альсино кивнул.

— Дождитесь хотя бы, пока жара спадет.

— Надо вернуться засветло.

Остальные участники экспедиции молча стояли поодаль.

— Я уже знаю ваши обычаи, — сказал Альсино. — Предлагаю присесть на дорожку.

— Один джентльмен утверждал, что суеверия хуже религии. Религия основана на моральных принципах, суеверия — на невежестве.

— Могу согласиться с вашим джентльменом. Но я имею в виду народные обычаи, основанные на вековой мудрости. Посидеть перед дорогой — это подумать последний раз отъезжающим, что их ждет в пути, другим же — каково будет остаться.

— Вот мы все и подумаем друг о друге, — сказала Оля.

— И это верно, — согласился Альсино.

Все сели, храня молчание.

Первым поднялся Кочетков.

— Альсино, я прикрою вас с земли.

— Вам, Юра, не поспеть за мной. К тому же я подвергнусь здесь меньшей опасности, чем возвращаясь сюда из сушильной печи кирпичного завода.

— Тогда наденьте бронежилет. Дикари могут стрелять влет, — настаивал Кочетков.

Вслед за Альсино все вышли из аппарата.

С выжженной степи пахнуло жаром, как из печи, с привкусом горьковатого запаха дыма.

Альсино отошел на некоторое расстояние, и, как обычно,

вокруг него возник сияющий ореол. Он поднялся над землей и стал быстро удаляться по направлению к лесу зеленых великанов.

Оля заметила, что Кочетков вынес с собой вместо автомата винтовку с оптическим прицелом.

Он вскинул ее, как будто целясь в улетающую фигуру.

— Что ты делаешь! — вне себя воскликнула ошеломленная Оля. — Юра!..

— Наблюдаю за полетом. К сожалению, у нас нет другой оптики.

— Ты меня испугал!

Не только Кочетков в свой своеобразно использованный оптический прицел, но и все остальные простым глазом увидели, что в небе над летящим Альсино появилась, лениво взмахивая крыльями, гигантская птица.

— Юра, Юра! Смотри! — в ужасе закричала Оля.

Один только Кочетков видел в увеличении зубастый оскал летящего следом за птицей ящера: тот высматривал в степи движущуюся добычу. И то, что птица летела невысоко над землей, не меняло его намерений. Птеродактиль стал камнем падать, чтобы с лету сбить ее.

Кочетков действовал быстро и уверенно. Летящее чудовище попало на скрещенные нити прицела, и Кочетков спустил курок.

Нужно было обладать его меткостью, отмеченной не одной медалью на соревнованиях стрелков, чтобы не промахнуться.

Но даже точный выстрел, достигший цели, не мог изменить направления падения ящера. Настигнутый парализующей пулей, он камнем ударился в спину Альсино. И только бронежилет спас его от острых когтей. Непомерная тяжесть навалилась на него, человек и ящер вместе упали на землю, как с крыши высокого дома.

— Ты предвидел это? Предвидел? — крикнула Оля.

Кочетков кивнул и, оставив винтовку, бегом ринулся к Альсино.

Оля летела следом, от ее легкой быстрой ходьбы вздымался пепел.

Лорд на своих длинных ногах тоже не отставал, чего нельзя было сказать о старательно семенившем позади Иецуке и задыхающемся дяде Джо.

Один за другим подбежали они к беспомощно лежавшему на земле Альсино, придавленному темной тушей птеродактиля.

— Это надо же! — с горечью воскликнул Кочетков. — Ведь почти на том же самом месте, а может, и та же самая зверюга!

Прежде всего постарались стащить с Альсино придавившего его ящера.

Пока мужчины разглядывали перепончатые крылья и зубастую пасть чудовища, Оля вытирала платком мокрое лицо Альсино. Он старался улыбаться. Подошел дядя Джо:

— Ничего, ничего! Четыре джентльмена донесут вас, как египетскую царицу, до нашего дворца… Все будет о'кей!

— Я вам помогу. Сейчас будет совсем легко, — пообещал Альсино, когда его поднимали. Он сделал попытку вызвать у себя обнуление масс и потерю веса. И, к своему ужасу, понял, что это ему не удается.