Инфекция

Дилуи Крэйг

ФЛЭШБЭК: Тодд Полсен

С началом эпидемии правительство закрыло все школы. Для Тодда Полсена это означало возможность пораньше уйти на летние каникулы.

Целых четыре месяца свободы. Больше не нужно бегать украдкой по школьным коридорам сквозь толпы учеников. Больше не нужно бояться, что кто-то займет твое место в школьном автобусе. Больше не нужно мечтать о том, чтобы прийти в школу с пулеметом и открыть охоту на мучавших его спортсменов-мудаков. Он молился, чтобы школа не открывалась до самого конца лета. Всех засранцев отсеяла эпидемия, большинство остальных учеников не доживут до окончания школы. А в следующем году он уже будет выпускником.

Единственное, что имело для него смысл за все

время учебы в средней школе, это Ликаны, клуб любителей походовых стратегий в «Ликан Хоббиз». Большинство его членов посещали местный колледж. Тодд считал их своими единственными друзьями. В основном, это были такие же компьютерные задроты, как и он. Однако они были более уверенными в себе и опытными. Для них определение «компьютерный задрот» не было чем-то оскорбительным и постыдным, а скорее простым, удачным и даже забавным названием. Они даже встречались с девочками и обсуждали их встречи, как нечто обыденное, без лишней шумихи. Они уверяли его, что средняя школа может и походит на тюрьму, но в колледже будет гораздо лучше, нужно лишь потерпеть. Эта дразнящая мысль не покидала его весь год.

А еще была Шина Экс, девчонка из школы, которая работала в магазине, и обычно сидела, закинув ноги на прилавок, жуя резинку и читая комиксы. Иногда она даже принимала участие в пятничных играх. Она появлялась в красных обтягивающих джинсах, кедах и черной футболке с символикой скримо или названием какой-нибудь группы. Часто на ней был шипованный пояс и браслет. Когда было холодно, она носила облегающий вязаный жилет. Крашенная черная челка спадала на один глаз. Каждую неделю у нее были новые увлечения. Одну неделю это были татуировки на запястьях с изображением бритвенных порезов. Другую неделю она снимала кино по мотивам песен «Айленд Деф Джэм», «Джой Дивижн» и «Гарбэйдж». Следующие три недели она бредила Джонни Деппом. Тодд обычно общался с ней через перевозбужденный, практически кричащий поток сознания. Но вместо того, чтобы округлить глаза и назвать его «уродом», Шинна Экс просто смотрела на него и глубокомысленно кивала.

Они принимали его таким, какой он есть. Они были своего рода портом в бесконечном шторме его юности.

В клубе играли в разные настольные мини-игры, но в основном в «Вархаммер 40.000», действие которых происходило в вымышленной вселенной, где находившаяся далеко за галактикой Млечного пути Империя Людей вела войну с могущественными инопланетными захватчиками. Для многих подростков отдушиной являлись музыка и мода, для Тодда же это был игровой процесс. Он тщательно собирал и раскрашивал армию из ста Космических Десантников, боевых машин и боссов, участвовал с ними в мелких и крупных играх, заработав на них уже свыше трех тысяч баллов. Ликаны только что получили новый кодекс для ведения боевых действий в городских условиях и испытывали его в войне между Космическими Десантниками и бесчисленными полчищами Тиранидов. В середине стола размещались «руины древнего города». Миссией Космических десантников было укрепить город в несколько шагов и одновременно выставить защиту от массированной контратаки Тиранидов. Тодд и Алан захватили город как раз накануне эпидемии, и теперь, когда школьные занятия отменили, ему не терпелось вернуться к игре. Алан заболел, но его противники не пострадали, так что игра могла продолжаться.

Однако три дня после начала эпидемии «Ликан Хоббиз» оставался закрытым. Наконец Тодд в панике позвонил Шине Экс домой. Она рассказала ему, что жена владельца клуба тоже заболела, а сам он занимается поисками пропавшего без вести брата.

— Ух, ты, — сказал Тодд. — Так ты не знаешь, когда он снова откроет лавочку?

— Не знаю, чувак. А что ты так рано делаешь? Ты же никогда не вставал так рано?

— Меня разбудили сирены. У нас тут они, похоже, никогда не смолкают. Пожар, что ли…

— Я у нас тоже слышала.

С начала эпидемии пожары были распространенным явлением. Множество нагревательных приборов — печи, утюги, и так далее —

остались без присмотра, когда их владельцы пали жертвами Инфекции. Системы природного газа не обслуживались должным образом. Линии электропередач продолжали выходить из строя.

— И все-таки, думаешь, он пустит нас в клуб, закончить игру?

— Тодд, какого хрена?

Он стал рассказывать ей краткое содержание первой игры. В тот вечер ее там не было. Если бы она знала, как было классно, то поняла бы его нетерпение продолжить состязание. У него была простая тактика, рассказывал он. Они с Аланом бросили на защиту города свои бронесилы — два Священных Дредноута с плазменными пушками и пулеметами, прикрываемых с флангов Лэнд Спидерами, вооруженными ракетницами и тяжелыми стрелометами. Когда подоспела пехота, он послал одну половину на подавление остатков сопротивления, а другую — на создание оборонительного периметра в виде подковы. Когда Тираниды внезапно пошли в контратаку, их армия состояла из Тираннофекса, Термагантов, Тервигонов и Стража Улья, под предводительством Владыки Роя и трех Стражей-Тиранов…

— Хватит, Тодд, — прервала его Шинна.

Он почувствовал, будто внутри у него что-то оборвалось. — Извини, — неуверенно сказал он. Он лихорадочно пытался понять, что сделал не так.

— Мне сейчас насрать на «Вархаммер». У меня папа заболел, Тодд.

— Зато сейчас он не будет тебя доставать, — сказал Тодд.

— Да, я не очень люблю своего папу, — сказала Шина напряженным голосом. — Знаю, что может быть натуральным мудаком, когда захочет. Но я не хотела, чтобы это с ним случилось. Не хотела, чтобы он впал в эту гребаную кому. Не хотела, чтобы ему пол ноги отрезало газонокосилкой, когда он стриг газон и упал под нее. — Ее голос сорвался на крик. — Понял?

— Да, Шинна, — сказал он, чувствуя себя виноватым. Его даже слегка шокировал ее тон. — Понимаю. Знаешь, у меня мама тоже заболела.

— Знаю, Тодд. Может, тебе нужно подумать о ней, а не об этой глупой игре?

Его словно ударило током. Лицо вспыхнуло от смущения, в груди все запылало от ярости. Она упрекнула его в ребячестве за то, что он любит «Вархаммер 40.000», хотя он всегда считал ее игрой для взрослых. Это не глупая игра. И с его мамой все в порядке. Папа поместил ее в спецучреждение, где за ней будет круглосуточный уход. Еще он пытался отправить Тодда к терапевту, но к счастью все терапевты были заняты жертвами эпидемии, и, похоже, надолго. Хотя зачем ему нужен терапевт? Когда началась эпидемия, он лежал дома на кушетке в гостиной и крепко спал. И только потом узнал обо всем из телевизора. Половина школьных хулиганов находилась в состоянии кататонии, а сама школа была закрыта. Его мама тоже заболела, но он знал, что с ней все будет в порядке. С ними все будет в порядке. Он непоколебимо верил в способность правительства решать подобные проблемы. Лекарство было на подходе.

Тодд ничего не ответил. Он напряг мозг, чтобы сказать что-то, может быть что-то смешное, чтобы разрядило обстановку.

Она вздохнула. — Мне нужно идти, Тодд. Мама зовет.

— Хорошо.

— О, боже, — радостно завопила Шинна. — Мама сказала, папа очнулся!

— Здорово, — рассмеялся Тодд.

— Мне нужно идти. Пока, Тодд!

Тодд с улыбкой повесил трубку. Если папа Шины очнулся, значит, его мама тоже.

Улыбка испарилась. Все остальные, значит, тоже очнулись. И Джон Уилер.

Школу опять откроют. Может даже начнут занятия с конца июня, чтобы наверстать упущенное. От этой мысли Тодд приуныл. У бога хреновое чувство юмора.

Зазвонил телефон. Наверное, папа с хорошими новостями. Он поднял трубку.

— Тодд, слушай…

Не могли они все поспать еще месяц?

— Привет, пап. Насчет мамы звонишь?

— Послушай. У меня мало времени. Баррикада долго не продержится. У нас нечем с ними сражаться…

— Ты на работе? — Его папа работал в офисе менеджером чего-то там. В одном из таких больших офисных загончиков как в комиксах про Дилберта.