In the Deep
Шрифт:
— У меня был прием, а тут вы прибыли. Невежливо вышло: и вас не встретила, и пациента по чести не проводила, — бодро щебетала докторша на ходу. — Плотный график, понимаете ли.
«Лихо, — подумала я. — И извинилась, и намекнула, что мы некстати, и цену себе повысила. Ай да милочка. Теперь главное, чтобы Синдзи думал чем надо, а не чем придется».
Девочка-докторша была слишком мила, и я сходу прикинула, какой шанс, что это подстава. Учитывая, что на лице в наше время возраст не пишется, лет ей может быть сколько угодно, а вот что делать с поведением? «Мало
В гостиной оказалось светло и уютно, никакого пафоса и двусмысленности для впечатлительных деляг из здешней клиентуры. За одним декоративным панно явно была скрыта дверь на случай казусов, а больше ничем эта комната не выделялась. Все мило и в тон госпоже хозяйке.
— …И вот поиски ответов п-привели нас к вам, — банально раскланялся Синдзи. Пошленько, но как для легенды писателя вроде сойдет. Зря, конечно, ляпнул «нас»: наниматели охрану в расчет не берут, — а в целом молодец, да, очень даже убедительно наврал.
— У вас странный предмет для интересов, — с задумчивой улыбкой сказала доктор Ибуки. — При живой-то Его Тени.
Шутка была так себе, учитывая практическое бессмертие канцлера Империи.
Синдзи вежливо улыбался в ответ. Ни дать ни взять — молодой аристократ из столичных салонов. Сынок какого-нибудь флотского друнгария, войд-коммандора или из этих, из судейских. Пока отцы дают погулять, они все так и выглядят, это потом уже сыновья стекленеют взглядом и становятся похожи на своих папочек, потому что служба Первому Гражданину — это служба Первому Гражданину.
— В любом случае, разгласить что-либо уже сложно, Ибуки-сан. Б-бессмертные ушли в прошлое, и наш канцлер полагается на оружие совсем другого п-порядка.
— Некоторые секреты все равно остались, и гриф там более чем серьезен.
Да и сама милочка тоже убийственно серьезна, а я уж боялась, что она сейчас примется этому обормоту глазки строить.
— И вы, даже уйдя из проекта, не можете н-ничего сказать?
— Ну почему же — ничего? — улыбнулась Ибуки. — Совершенно секретную информацию я продать не могу, а вот ту, у которой истек срок давности — отчего бы не обсудить?
Так, здесь главное осторожно. Надеюсь, обормот запомнил, что я ему не советовала сразу задирать ставки. И я бы на его месте еще чуть-чуть раззадорила докторшу беспредметными наивными вопросами.
— А те, что «совершенно секретны», не п-продаются? — задумчиво спросил Синдзи.
«А ты, подлец, мысли читать не умеешь?»
— Увы, нет. Могу бесплатно рассказать вам, как уходят от Его Тени.
Я внимательно рассматривала Майю Ибуки. Странное выражение лица, не слишком похожее на наигранное, хотя подобные истории с подобной подачей можно сделать неплохой фишкой при поднятии ставок. Я вслушалась в ритм ее дыхания, оценила микровыражения и сделала простой вывод: это сработало мягкое обаяние обормота, сдобренное его легендой блуждающего космического беллетриста.
— Расскажите, — попросил Синдзи, слегка подаваясь вперед. Он сейчас вел себя как мальчишка, и если этой дамочке
— Собственно, нечего рассказывать, — махнула рукой Ибуки. — Моя же наставница вживила мне в гиппокамп мнемоблокаторы. Так что, в некотором смысле, я больше не знаю секретной информации.
«Врет». Первая часть — про драму с наставницей — вроде правдива, а вот продолжение — нет. И не верю я, что врач за долгие годы практики не нашла ключика к закрытым областям своей памяти. Да и вообще странный случай, откуда не глянь: даже после ухода из Инквизиции применяют полную мнемодеструкцию, а уж в ее ведомстве… Ощущение опасности уже бесновалось на цепи, и пистолет в поясном захвате буквально просился в руку. Очень хотелось поступить как в детском интернате: подергать Синдзи за рукав и сказать: «Син-тян, пойдем отсюда, а?»
— Сожалею…
— Да не беспокойтесь, Валкиин-сан, — Ибуки снова улыбалась мило и непосредственно, и даже обормоту стало ясно, что сеанс откровения свернулся. — Что за «ограниченное бессмертие», о котором вы хотели поговорить?
— Э, гм. Видите ли, я н-наткнулся на косвенные упоминания, которые хотел бы развить в целую главу…
Вот умничка, вот молодец. Синдзи сделался мечтательным и восторженным, как и положено увлеченному писаке, который шляется по галактике, тратя деньги на свою будущую книгу. Сразу видно, что такой будет копить материалы, причесывать их и складывать на полочку, но так до конца жизни ничего не издаст. Если он отвлечется на продление рода, то его, быть может, прославят потомки.
Как-то так я это себе представила. Главное, чтобы у Ибуки получилось то же впечатление.
— … и третья Аянами тоже показала, что действовать в условиях облучения — это п-проблема. Так что скажете?
Ибуки задумчиво гладила переносицу двумя пальцами, глядя мимо Синдзи. Что-то она такое обдумывала, и мне очень хотелось, чтобы это была цена. Хотелось получить нужное и смыться поскорее. Доктор тем временем приняла решение.
— Любопытно. Вам повезло, дорогой гость. На тему «Аянами и радиация» я могу говорить сколько угодно. Есть пробелы, но, думаю, мы можем договориться.
— Сколько?
— Пятьсот.
Ого. За пятьсот тысяч можно залить полпакета сверхтоплива. С другой стороны, это проверка энтузиазма писателя. Синдзи рядом со мной поерзал, вздохнул и открыл рот.
Я слушала их торговую дуэль через слово, меня больше интересовала достоверность беседы. Обормот дважды погорел на интонациях, а вот Ибуки держалась ровно, цену сбрасывала жестко и уверенно, и чем дальше, тем больше крепла моя уверенность, что ее видимый возраст надо увеличивать не прибавлением, а умножением.
— Четыреста пятьдесят три, — подвел итог Синдзи.
Ибуки звонко рассмеялась и подняла свой точеный бокал с настойкой:
— Это было совсем не плохо. Подрабатываете извозом и перевозками, Валкиин-сан?
— П-приходится, — улыбнулся Синдзи. — Хобби — дорогое развлечение.
Еще одно милая улыбка.
— Я могу п-посмотреть хотя бы начало данных?
И еще одна улыбка. Бодро свистя, подкатился кибер с подносом, на котором лежал маленький приборчик — вроде, терминал доступа к домашним ресурсам. Докторша потанцевала пальцами на голографической панели и, все так же приятно улыбаясь, протянула устройство Синдзи.