Империя
Шрифт:
– Думаю, ты справишься! Твой отец, по-моему, уже был в такой ситуации – я читал его донесения. А ты достоин своего отца!
При этих словах центурион стиснул зубы, но, совладав с собой, поклонился, сказал: «Все будет исполнено», – и вышел из шатра.
– О, боги! Да сколько же можно?! Он издевается?! Почему не убить нас сразу?! – заорал, как сумасшедший, Понтий, когда услышал о завтрашнем бое и узнал, какая задача им поставлена.
– Луций, а правда, что в германском войске больше двухсот
– Пустое! Брось, Ромул! Ты-то не веди себя как новобранец. Если бы это было так, они давно бы одновременно атаковали нас со всех сторон и раздавили, как букашек. Этого не произошло, а значит, у них недостаточно сил, чтобы создать численное превосходство сразу в нескольких местах. И все же положение наше незавидное: непонятно, где и когда они нанесут основной удар. Хотя я предполагаю, что атакуют они именно нас. Разведка у варваров очень хорошая, и Кассий не сможет незаметно вывести войско. Ну, довольно разговоров, ложитесь спать, завтра нам предстоит трудный день.
– Спать?! Просто спать?! Ты поражаешь меня своим спокойствием, Луций! Как можно спать, зная, что завтра нас всех перебьют?!
– От того, что ты орешь, Понтий, ничего не изменится, – пихнув его в сторону, сурово произнес Ратибор.
– Что?! Да как ты посмел, варвар?! – выхватив меч, взорвался Понтий и хотел было кинуться на Ратибора, но перед ним стеной встал Луций.
– Сначала убей меня, – невозмутимо, глядя другу прямо в глаза, проговорил Луций. – Успокойся. Ты мне нужен. Без тебя у нас ничего не получится. Кто будет командовать парнями, которых нам оставит Клементий? Мы все в одном положении. Чего ты кипятишься?
– Кипятишься? – сжимая меч в руках, прошипел Понтий, но видя, что к нему с разных сторон подступают Ромул и Мартин, вложил клинок обратно в ножны. – Тебе все лавры, а мне?! А нам?! Где обещанные Марком богатства?! Он, видимо, забыл про нас, и теперь мы прозябаем в этой долбаной Германии! Солдаты боготворят тебя, а мы всегда где-то сбоку – так, грязь, рабы твои! Надоело все это! Надоело! Да пошли вы все! – крикнул он, пренебрежительно сплюнул в сторону и, оттолкнув Ромула, пошел прочь.
– Я бы и сам с ним разобрался, – тихо сказал Ратибор.
– Не сомневаюсь. А что потом? Друг друга перебить – дело нехитрое. Тут бы многие хотели, чтобы мы именно так и поступили. Ладно, все, всем спать. Завтра тяжелый день.
Луций сидел в одиночестве у костра, изредка подкидывая в него поленья. Он ни о чем не думал, да и вряд ли хотел думать хоть о чем-то. Он просто наслаждался видом костра, его теплом и своим одиночеством. В этот самый момент к нему подбежал солдат.
– Центурион! Центурион! Вас разыскивают.
– Кто?
– Не знаю. Говорят, кто-то прибыл из Рима. Какие-то важные люди.
– Неужели Марк?! – обрадовался Луций.
– Что?
– Ничего! – поднимаясь, с улыбкой проговорил центурион.
Подходя к шатру
– Ну, вот он! Неужели вам нужен именно этот?! – повернувшись к Луцию и брезгливо махнув в его сторону рукой, произнес Клементий.
– Гай Луций Корнелий?
– Так точно, – неуверенно ответил Луций незнакомцу.
– Тогда получается, вы-то нам и нужны.
– Это мой солдат! – вскочив с места и злобно взглянув на Андриана и Келестина, проорал Клементий. – Я должен знать, для чего он вам нужен! Мне плевать, какое вы занимаете положение! Я сам знаю таких людей в Риме, с которыми лучше не шутить! Ради всех богов, что за маскарад вы тут устроили?! Что это за две когорты головорезов?! Где подкрепление, которое было обещано?!
– Прекратите истерику, Клементий! Я же объясняю: флот попал в шторм, много людей погибло. Подкрепления не будет. Всех, кто выжил, переформировывают в новые отряды. И раз вы подтверждаете, что это именно тот человек, которого мы ищем, то я попрошу вас удалиться и оставить нас с ним наедине.
– Что?! Что ты сказал?! Я здесь царь и бог! Это мой легион!
– Легион ваш, а этот человек уже нет. Больше он вам не подчиняется. Его непосредственным командиром становится император. Пожалуйста, можете ознакомиться с соответствующим приказом, – протянул ему бумагу Келестин.
– Я этого так не оставлю! – вырвав документ из рук императорского посланника, зверем проревел Клементий и со словами «Кассий, за мной!» направился к выходу.
Проходя мимо Луция, он остановился, посмотрел ему прямо в глаза и сквозь зубы прошипел:
– Молись, сучий сын! Теперь я с тебя живого не слезу!
Луций проводил взглядом вышедшего вон Клементия и недоуменно взглянул на странных гостей.
– Проходи, садись, – отодвинул стул для центуриона Келестин.
– Я постою, – подойдя к столу, ответил Луций.
– Ну, что же, право твое, как скажешь.
– С чего такая милость? И позвольте поинтересоваться, кто вы такие?
– Ах, да, конечно. В перепалке с вашим бывшим начальником мы забыли представиться. Я – сенатор Валерий Келестин Сулла, а это мой друг и единомышленник – сенатор Гай Андриан Марий. Мы прибыли к вам по поручению самого божественного императора Тиберия Юлия Цезаря Августа.
– Ко мне? По поручению самого Цезаря? Чем я заслужил такое внимание? Обычно он присылал только солдат! – злобно ухмыльнулся Луций.