Император
Шрифт:
Немаловажным фактором для принятия именно этого решения было и то, что Олег не стремился сделать размер имперского налога обременительным. Чистая формальность, по-сути. Главными источниками своих доходов император видел государственные производства и таможенные сборы.
Олег многое себе мог сейчас в финансовом плане позволить — его казна наполнялась намного быстрее, чем он успевал тратить. Из-за этого он даже отложил на время создание единой денежной единицы, решив, что придёт к этому решению в следующем году.
— Олег, твои слова ведь не означают, что однажды ты оставишь нас? —
В редкие моменты, когда у Олега было плохое настроение, он несколько раз в сердцах, что называется, бросал фразы о желании снять с себя взваленную им на плечи ношу ответственности, чем приводил свою кровную сестру и друзей в состояние близкое к панике.
— Не, всё нормально, Уль. Забудь. Но жизнь ведь такая штука, что никогда не знаешь, какие сюрпризы ждут тебя за поворотом. Кстати, насчёт сюрпризов. Завтра премьера нового спектакля «Имперский советник», автор — сама понимаешь, кто, — Олег шутливо кивнул, — Тебе, да и, думаю, остальным понравится. «Над кем смеётесь? Над собой смеётесь!» — процитировал он Николая Васильевича.
Гоголевского «Ревизора» Олег переиначил в имперского советника и приспособил сюжет под здешние реалии. Ему самому очень понравился результат, а уж племянница Гортензии, его министр культуры и образования Кара, вместе со всеми актёрами и прочими причастными к постановке людьми, были в полном восторге. Пожалуй, не меньшим, чем при демонстрации Шекспировских творений.
Процитированную им фразу, насколько он помнил, цензура пыталась запретить, но там вмешался лично император Николай. А в Псковской империи цензуры пока не было и будет ли — ещё не известно, так что императору Олегу заступаться за «Имперского советника» нужды не было.
— Обязательно схожу! — обрадовалась Уля, — А потом ещё и с Гортензией, когда она наконец приедет.
— Только не рассказывай ей по-ходу спектакля, что будет в сюжете дальше.
От этой дурной привычки Уля уже давно избавилась, но на Олега нисколько не обиделась.
Чек и Гортензия, король и королева Тарка, приехали через три дня.
Встреча со старыми друзьями заставила Олега расчувствоваться. Он даже сам от себя такого не ожидал.
— Ничего против Торма не имею, но в войне с Растином хочу поучаствовать. Хоть командиром полка. А скажешь ротным — пойду ротным.
Чек был единственным из друзей и соратников Олега, кто распробовав классическую русскую баню, смог её оценить по-достоинству, пусть и не с первого раза.
Сейчас они вдвоём, если не считать тройки прислужиаающих банщиц, сидели распаренные в небольшой, но весьма уютной комнатке-предбаннике. Поскольку пиво Олег не очень жаловал, то сидел и потягивал клюквенный квас, Чек же не побрезговал и водочкой под лёгкую закуску.
— Рано ты в бой рвёшься, — Олег скинул промокшую простынь и укутался в поданную девушкой сухую, — Нам ещё надо, считай, по-новой сформировать полки и корпуса. Ещё необходимо будет провести их тренировки и боевое слаживание. А у нас даже с офицерским и унтер-офицерским составом большие проблемы. Так что, до войны ещё далеко — не раньше осени. Включайся в работу, я буду только искренне рад. Честно. Не сомневаюсь, что
— Да мы там и так уже более-менее наладили всё. Правда, до того момента, когда, как ты говоришь, можно будет просто сидеть и щёки надувать, ещё далеко, — Чек выпил с удовольствием вторую рюмку и закусил мочёным яблочком, — А с офицерами-то какие проблемы? В расформированных полках королевств было достаточно толковых вояк и не всем из них место нашлось в ландверах. Можно подобрать вполне достойных. Да ещё и множество дворян-новиков потянулось в империю к нам. Через Тарк, мне докладывали, почти сотня только из Лесных княжеств проехала.
— Да видел я, кто к нам едет, — поморщился Олег, вспомнив недавний урок, который он преподал четвёрке нахалов, — Надо крайне жёсткий отбор делать. Слишком много среди них личностей с гонором не подкреплённым реальными достоинствами. Вот и займись кадровым вопросом, помоги Торму. Но, я думаю, что в этот раз война пойдёт по-другому, и основная работа выпадет мне и Уле. Армии, похоже, достанется только вспомогательная роль, если судить по тем, пока кратким, донесениям Агрия. Наш разведчик сейчас в республике лично присутствует, — пояснил он, — Пока я не выясню точно, что представляют из себя парсанские маги и их непонятные артефакты, соваться туда не стану. Стар я стал для авантюр.
— Ты не старый, государь, а мудрый, — поправил его Чек.
Немного отсмеявшись, они стали одеваться.
— Там ещё на горизонте появилась одна проблема, — сказал Олег, просовывая голову в ворот рубахи, — Проблема далёкая, но очень серьёзная. Только об этом поговорим, когда Гортензия с концерта вернётся. Не хочу об одно и то же несколько раз обсуждать. Это в иных краях есть город Баден-Баден, он два раза повторяется. Но мы не там, а тут.
— Неужели в нашем Майенском герцогстве могли до такой глупости додуматься? — пошутил Чек.
Когда-то в Сольте он выдавал Олега за своего племянника, приехавшего с запада континента. И сейчас вот вспомнил.
— Ага, примерно там, — кивнул Олег, — Оттуда же и идеи некоторые. Да, ознакомься с огненными трубами. У меня появился сухопутный вариант пушек. Гораздо более мощный, чем их морские предшественники. Полагаю, что в скором времени они должны сказать своё веское слово.
Чтобы не затуманивать радость встречи, Олег и Гортензия, не сговариваясь, какие-либо дела в день приезда не обсуждали совсем. Но посовещаться им было о чём. К тому же, Олег давно привык во многом полагаться на мнение этой удивительной женщины.
Уединиться с Чеком и Гортензией сразу же, как четвёрка королев вернулась во дворец, у императора не получилось. Пришлось долго отбиваться от наседавших на него женщин, требовавших показать им воздушный шар, а ещё лучше — их на нём покатать.
Проболтавшаяся о начале в этом мире эпохи воздухоплавания Уля под укоризненным взглядом брата сильно смутилась. Хотя особой-то вины её тут не было — он не говорил ей держать очередное изобретение в тайне от ближайших вассалов императора.
Пришлось пообещать королевам и показать, и покатать по воздуху. Только после этого он смог остаться с королевской четой Тарков и с Улей.