Игра слов
Шрифт:
Типовая производственная драма набирающего силу дикого капитализма, отягощенная малоросской семейственностью.
Выходи куда-нибудь на Тверскую – любая что-то подобное рассказать может.
Вот и пил себе свое виски потихонечку…
А тут она возьми и неожиданно спроси:
– А ты сам-то как, женат?
– Да даже и не знаю, – жму плечами. – Вроде и женат. А вроде – и нет…
– Это как это? – удивляется.
– А вот так, – выпиваю залпом двойную порцию «Джемисона». – Бывает.
– Другого себе нашла? – накрывает мою ладонь своей участливо. – Я понимаю…
– Да никого она себе не нашла, – вздыхаю и показываю бармену, чтоб еще виски тащил. – Просто ушла. И все…
– А почему тогда? – недоумевает.
– Долгая, – говорю, – история. Понимаешь, люди разные бывают. Как книги. Одни – толстые тома, другие – тоненькие брошюрки…
…В общем, – нажрался я в тот вечер.
В полную зюзю.
Даже не помню, в какой момент «свет выключили».
А когда пришел в себя, то вокруг была совершенно незнакомая обстановка. Даже не просто чужая, а чуждая.
По природе своей чуждая, вы, наверное, понимаете, о чем я говорю.
Я лежал в чужой кровати, а рядом тихо посапывала чужая женщина.
За окном серел осенний московский рассвет.
Вот ведь, блин, думаю, попал…
Потянулся к прикроватной тумбочке, нащупал пачку сигарет, пепельницу.
Закурил.
Так, соображаю.
Ситуация…
Как-то надо выбираться…
Растолкал красавицу.
– С добрым, – говорю, – утром…
– Привет, – зевает и садится, ничуть не стесняясь своей наготы.
И правильно.
Раньше надо было стесняться.
У нее, в принципе, неплохое, в меру ухоженное тело только-только начинающей увядать женщины.
И даже отсутствующие напрочь выпуклости там, где, по идее, должна быть грудь, ее не очень портят.
Вот только – настолько это все не мое…
От длинных стройных ног, твердой круглой попы и темных вялых больших сосков на плоской мальчишеской груди до влажных темных глаз, полных какой-то удивительной нежной благодарности.
Я с такой скоростью, наверное, с армейских времен не одевался…
– Где мы, кстати? – интересуюсь.
– У меня дома, конечно, – удивляется. – У меня же сын растет, как я его одного оставлю?
Да, думаю.
Сын.
Дела.
– Пойдем, – снова зевает. – Я тебе завтрак приготовлю…
Я сглатываю неожиданно становящуюся сухой слюну.
– Да не надо, – бормочу. – Мне пора, я опаздываю…
– На работу? – спрашивает участливо.
Ага, думаю.
На работу.
В полвосьмого утра.
Если я в такую рань в контору заявлюсь – у половины офиса инфаркт случится. Решат, что в стране снова дефолт правительство объявило.
Я
– Мне в аэропорт надо, – снисходит на меня вдохновение. – В командировку улетаю. Срочно. А до этого надо еще домой за вещами заскочить…
– А-а-а, – тянет понимающе. – Понятно. А надолго?
– Да на недельку, – импровизирую, – заказчик там больно серьезный…
– Хорошо, – потягивается. – Я тебе звонить буду…
Вот этого только, думаю, блин, мне и не хватало…
…Выскочил на улицу, гляжу – машина моя под окнами стоит, ждет. Водитель кресло откинул, спит.
Подошел, постучал в окошко, он открыл.
Залез на переднее сиденье.
– Так, – говорю, – Володь. Давай рассказывай, как меня в это дерьмо вляпаться угораздило…
Он только плечами пожал.
– А что тут, – спрашивает, – рассказывать-то? Водка…
– Понятно, – закуриваю, – блин. И коты дома не кормлены…
Он ржет и кидает мне ключи от квартиры.
– Да съездил я, – смеется. – Покормил твоих зверей. Не переживай…
– Понятно, – вздыхаю.
Сидим, курим.
– Машки, – спрашиваю, – дома не было?
– Нет, – жмет плечами. – У родителей она. Как и раньше. Звонила, кстати, тебя спрашивала…
– И что сказал? – волнуюсь.
Снова жмет плечами.
– Сказал, что пьешь. По-черному. Переживаешь ее уход, типа. Вроде как – поняла…
Снова сидим, молчим.
– Ладно, – говорю. – Поедем куда-нибудь в кабак круглосуточный, позавтракаем. В ту же «Бочку», к примеру. Я пива попью, а то башка раскалывается по полной программе. Там и сообразим, как жить дальше…
Приехали, уселись, заказали по яичнице с помидорами и по порции чебуреков.
Официант у меня сразу спросил, какой сорт пива предпочитаю в данное время суток.
В восемь с небольшим часов утра, так сказать.
В подобного рода заведениях – народ понимающий.
Только сделал первые несколько глотков – звонок.
Поднимаю трубку.
– Привет, – говорит. – Это Джейн. А ты точно сегодня в командировку улетаешь? А то Леша говорит, что ничего об этом не слышал…
Так, думаю.
Кажется, я сегодня кого-то убью.
И – не просто сегодня.
А прямо сейчас.
Вот только чебуреки доем.
– А я, – злюсь, – пока еще перед своими сотрудниками не отчитываюсь.
– Да нет, я ничего, – смущается. – Просто, вот, решила позвонить…
– Извини, – вздыхаю, – я сейчас занят.
И даю отбой вызову.
После чего тут же набираю отдел маркетинга.
– Здорово, – говорю, – старый. Я тут, кажется, одну очень серьезную жизненную ошибку совершил…