Игра навылет
Шрифт:
– Светлая у тебя голова, ефрейтор, – сказал он не без иронии. – Такая башка отлично смотрелась бы в генеральской фуражке. Жалко, что ты с ней расстался.
– У него, братаны, сейчас свидание, – ухмыляясь беззубым ртом, подначил его Тимофей. – Наш ротный женщину ждёт. Потому и заведённый такой.
– У меня в самом деле свидание. – Он посмотрел на часы. – Должен прийти серьёзный клиент, и речь пойдёт о бабках. Вы уж не мешайте мне, ладно?
К витрине подошёл доктор и тоже стал глазеть на винтовку.
– Нравится
– Неплохая вещица, – согласился он. – Очень лёгкая и удобная в обращении, и я с удовольствием бы из неё пострелял.
– С такой винтовкой на любого зверя можно пойти, – стал развивать охотничью тему Солодов. – Сидишь себе тихонько в засаде, в километре от хищника, и целишься ему в лоб. А он и не подозревает ни о чём.
– Цель можно выбрать и другую. – Однорукий нарисовал пальцем на груди у доктора воображаемую мишень. – Есть люди, которые заслуживают смерти гораздо больше, чем самый опасный хищник.
– Я вижу, что имею дело с профессионалом. – Солодов посмотрел по сторонам и, убедившись, что их никто не подслушивает, назвал имя. – Гнусное животное зовут Вадимом, и оно заслуживает смерти.
– Хочешь, чтобы я убрал его? – уточнил Стрелок. – Сколько ты мне за это заплатишь?
Доктор задумался, и его взгляд остановился на висевшей как плеть руке.
– Тебе ведь нужна операция, да? Я могу сделать так, что ты окажешься в списке первым.
– Нет, док, так не пойдёт, – сказал он решительно. – Про операцию мы поговорим отдельно, а за свою работу я должен получить конкретные бабки.
– Ну и во сколько это выльется? – поинтересовался Солодов.
– Десять штук баксов, из них половина аванс. А ещё винтовка с оптическим прицелом. Я укажу тебе место – и ты её там спрячешь.
– Много, – почесал лысину доктор. – Я должен подумать.
– Думай быстрее, док, – посоветовал он. – Времени у нас с тобой осталось очень мало.
Утром они встретились в кафе, за завтраком, и, подсев к его столику, Солодов спросил, как он относится к перепёлкам.
– Нормальная дичь, – сказал тот одобрительно. – Тут неподалёку есть небольшой лесок, и в нём пернатых выше головы. Если тебе удастся раздобыть какое-то ружьишко, можем сходить пострелять.
– Я уже обо всём позаботился. – Доктор раскрыл ладонь и показал позеленевший от старости патрон. – Поговорил с нашим водителем, и он притащил свою винтовку. Она досталась ему ещё от отца, но находится в приличном состоянии. Густав меня заверил, что осечек не будет.
– Это мы скоро узнаем. – Рядом со стулом лежал маленький рюкзачок, приспособленный для одной руки. Стрелок достал термос и, сходив к стойке, налил в него горячего кофе. – Я лично, док, готов.
У Солодова тоже всё было приготовлено к походу.
Опоясав себя патронташем,
Дошли до леса и, остановившись на прогретой солнцем опушке, устроили учебные стрельбы.
Стрелок с удовольствием прижался щекой к тёплому деревянному прикладу.
Нажав на курок, отметил, что спуск исключительно мягкий и отдача почти не чувствуется.
Пуля срезала толстую ветку у дерева, стоявшего на высоком пригорке, и он понял, что патрон обладает достаточной убойной силой.
Старое оружие вполне ещё годилось для дела.
Солодов сидел на пенёчке, в тени, и, посасывая пиво, смотрел, как инвалид управляется с винтовкой. Получалось это у однорукого довольно ловко.
– Теперь ты, док. – Стрелок протянул ему винтовку. – Ты ведь охотник, да? Ну-ка, покажи класс.
Солодов поставил на пень пустую бутылку и, отсчитав сто шагов, начал в неё пулять – ему удалось разбить посудину только с шестой попытки.
– Прицел немного смещён, – возвращая винтовку, пожаловался доктор. – Я целился точно в этикетку, а нужно брать ниже.
У них над головами пролетала ворона, и, проводив её взглядом, Стрелок вскинул винтовку, когда она уже была над трассой.
Грянул выстрел, и птица упала камнем на дорогу.
Прикинув расстояние, доктор присвистнул. От лужайки, на которой они находились, до вороны было метров триста.
Солодов молча отдал ему конверт, и, запустив в него пятерню, Стрелок вытащил купюры и пересчитал.
– Всё правильно, – кивнул он, пряча деньги в карман. – Будем считать, что договор мы с тобой заключили.
Погуляли ещё немного по лесной дороге, и несколько раз у них из-под ног взлетали перепёлки. Но они не сделали в этот день больше ни одного выстрела, потому что не хотели превращать охоту в бессмысленное убийство. Мяса в такой маленькой птичке нет почти никакого, и боевая пуля превратила бы её в комок окровавленных перьев.
Добрели до заброшенной конюшни, от которой остались только стены, уже почти наполовину разобранные, и дырявая крыша.
Вошли внутрь, и Стрелок показал на чердак:
– Винтовку, док, спрячешь там.
– Когда я должен это сделать? – спросил доктор.
– Завтра или послезавтра, – ответил он. – Я тебе сообщу.
– Опасное дело, – тяжело вздохнул доктор. – Чую, загремим мы с тобой оба.
Святая троица была уже здесь, и, спрятавшись за углом, бойцы горячо обсуждали ситуацию.
– Мужик уже наложил от страха в штаны, – втянув ноздрями воздух, определил Николай. – Вон как от него смердит, и я бы с таким типом связываться не стал.
– Да уж, хуже трусости на войне нет ничего, – высказал авторитетное мнение Фёдор. – Трус ведь не только себя губит, но и других.