Иггинс и К°
Шрифт:
– Не мешайте мне работать!
– В таком случае я вызову подкрепление.
– Я буду работать до четырех часов. Если хотите – ждите, если нет вызывайте подкрепление. Вам как раз хватит работы до вечера.
Окно захлопнулось. Следователь был ошарашен.
– Что же делать? – спросил он. Иггинс пожал плечами.
– Ждать.
– А если он не откроет?
– Откроет. А если не откроет, делайте все, что считаете нужным. Во всяком случае, тогда вас не посмеют обвинить в том, что вы проявили неуважение к ученому.
– Верно.
– Я с друзьями тем временем прогуляюсь. В четыре мы будем здесь.
3. Тайна
Без десяти четыре мы были у дома. Понво в нетерпении прохаживался взад и вперед.
– Ничего нового? – обратился к нему Иггинс.
– Тишина.
– Никто не выходил?
– Никто.
– Значит, через десять минут мы увидим Эльмиру Бурдон. Время тянулось бесконечно. Наконец Иггинс, посмотрев на часы, сообщил:
– Четыре часа.
В то же мгновение в коридоре послышалось звяканье ключей. В проеме двери показался Данблез, обратившийся к нам исключительно вежливо:
– Господа, я к вашим услугам.
Коридор за решеткой был темен и узок. Из него на второй этаж вела каменная лестница. Но старик указал на обитую гвоздями дверь.
– Вот комната Эльмиры Бурдон.
В сводчатой комнате стояли кровать, столик, два стула, сундук. Стены были обтянуты ситцем.
– А где сама Эльмира Бурдон? – спросил следователь.
– Это не мое дело, – пожал плечами Данблез. – Вы потребовали, чтобы я вас впустил. Дом в вашем распоряжении, обыщите его. Наверное, вы найдете Эльмиру. Одна только просьба: поторопитесь. Вечером я должен поработать.
– Мы поторопимся, кивнул Понво. – Скажите, в котором часу ушла ваша служанка?
– Не знаю.
– Это неправда.
– Я мало ее вижу. В шесть утра Эльмира приносит мне завтрак: стакан чая и яйцо всмятку. До одиннадцати я работаю. В одиннадцать снова пью чай и съедаю немного зелени, и опять работаю до шести вечера. В шесть Эльмира приносит стакан молока и два яйца всмятку. Обычно она несколько минут возится у меня в лаборатории, пока я пишу. Вот и все, что я могу вам сказать о ней.
– Простите, что я отвлекаю от дел такого серьезного ученого, как вы, господин Данблез, но меня побуждают к этому важные причины. Разрешите осмотреть вашу лабораторию?
– Вот лестница. Первая дверь направо.
Следователь оставил полицейского у двери в комнату служанки, приказав никою не впускать, что вызвало у Иггинса улыбку, и двинулся к лестнице.
Лаборатория Данблеза представляла собой большую круглую комнату. У окна стоял стол. В углу я заметил нечто вроде горна. Всю обстановку составляли два кресла с квадратными спинками, несколько стульев, железная кровать, полки со склянками и вешалка.
Спрятаться можно было только под кроватью. Понво осмотрел ее, конечно же, никого не найдя, и обратился к Данблезу:
– Пожалуйста,
– Вход туда замурован.
– Вами?
– Да. Еще двадцать лет назад, когда я купил этот дом.
– Покажите.
– Пожалуйста.
Мы поднялись выше. Действительно, лестница упиралась в гладкую стену без малейших признаков дверного проема.
– Прошу вас показать остальные части дома, – потребовал Понво.
– Какие именно?
– Пристройку, например. Она, вероятно, соединяется с домом?
– Нет. Она совершенно изолирована. Этой ночью и утром Эльмира была в доме. Дверь заперта, ключи у меня. Значит, она где-то здесь, если не вылезла в окно.
– Полицейские увидели бы это.
– Значит, она в доме, – упрямо повторил Данблез.
– Где? Ее нет ни в лаборатории, ни в комнате. Погреб здесь есть?
Мы спустились в погреб. Он освещался маленьким окном под самым потолком. На грубо сколоченном столе стояли две тарелки и кастрюля с овощами.
– Невероятно, – пробормотал Понво. – Остается осмотреть комнату напротив вашей лаборатории.
– Это очень легко. Помнится, я просто приказал заложить дверь кирпичами.
– Вы по-прежнему утверждаете, что из дома нельзя попасть в пристройку?
– В этом легко убедиться. Посмотрите, нигде нет дверей.
– Я должен удостовериться.
Следователь не мог смириться с неудачей. Но все поиски были тщетны. Ни дверей, ни потайного хода.
Однако Понво не унимался. Он приказал полицейским разрушить кирпичную кладку, закрывавшую вход в комнату на втором этаже. Это и правда было легко. Кирпичи поддались чуть ли ни после третьего удара и нам открылась пустая комната, вся в пыли и паутине.
– Эльмира Бурдон, – позвал следователь, Эльмира Бурдон, вы здесь?
В ответ – тишина.
Итак, мы осмотрели все помещения в доме. Куда же делась служанка? Я терялся в догадках. Окна второго этажа находились в двадцати метрах от земли, а на окнах нижнего этажа были железные решетки, вделанные в камень. Эльмиры Бурдон не было ни в погребе, ни у нее в комнате, ни в лаборатории, ни в замурованной комнате. Следовательно, ее не было в доме.
Но я же собственными глазами видел служанку в лаборатории! Как могла она выйти незамеченной? И тем не менее женщина исчезла, не оставив никаких следов!
Может быть, она убита? Но это маловероятно. Убить ее мог только Данблез, а он не производит впечатления убийцы. Да и где тут можно спрятать труп? Пол в доме и погребе каменный…
– Господин Данблез, я хотел бы задать вам несколько вопросов, – проговорил Понво.
– Я к вашим услугам.
– Быть может, пройдем в лабораторию?
– Да, там нам будет удобнее.
Мы прошли в лабораторию. Данблез сел за стол, предложив нам расположиться в креслах. Иггинс остался стоять у полок.
– Как давно служит у вас Эльмира Бурдон?