Иерусалимский ковчег

Арсаньев Александр

— Да полно вам, — попытался урезонить его хозяин.

— Вот, взять, к примеру, госпожу…

— Только без имен, я вас умоляю, — взмолился Федор Ильич. — Вы же можете скомпрометировать женщину!

Прокофьеву, наконец, удалось как-то сгладить досадный инцидент. Но я полагал, что смутьяна сюда больше не пригласят.

Наконец, опять зазвучала музыка, и я пригласил госпожу Полянскую на котильон.

— Вы очаровательны, — прошептал я на ушко принцессе, потому как в мои намерения входило познакомиться с нею как можно ближе.

Лидия Львовна

благосклонно приняла комплимент и подарила мне одну из самых восхитительных улыбок из своего арсенала.

Я принялся разыгрывать из себя великосветского соблазнителя, превознося до небес все ее мыслимые и немыслимые прелести. Я раскритиковал всех присутствующих в этом доме дам, за что мне был обещан новый танец. Лидия Львовна бросала на меня томные взгляды из-под полуопущенных ресниц, и я наивно возомнил себя победителем, позабыв почти обо всем на свете. Я уже видел блюдце, на котором милая моему сердцу, барышня преподнесет мне баварскую переписку. Все шло прекрасно до тех пор, пока я не отважился назначить королеве свидание. На что мой белокурый ангел решительно ответил мне жестоким и бесповоротным отказом.

Увы, но я вынужден был признать, что этот хрупкий орешек пришелся мне не по зубам. Предстояло решать, что делать дальше.

Я простился с хозяином и покинул его дом раньше времени. Мне пришло в голову дождаться графиню на улице и проследить, в каком направлении поедет ее карета. И если удача изволит мне улыбнуться, то госпожа Полянская отправится не домой. Вот если бы устроить встречу с Елагиным!

Открывая дверцу кареты, я вздрогнул от неожиданности, столкнувшись лицом к лицу с моим золотым драконом.

— Кинрю? — изумился я. — Но мы же договорились!..

— В вашем доме царствует смерть — твердо сказал япо— нец. — Я не мог оставить вас одного.

— Что-нибудь с Мирой? — вдруг испугался я.

— Нет, — покачал головой Юкио Хацуми. — Просто я почувствовал, что вы нуждаетесь в своем ангеле-хранителе!

В этот самый момент из парадного подъезда выскользнула женская фигурка в черной бархатной тальме, длинной накидке без рукавов, с пелериной, отделанной мехом, который серебрился при лунном свете. Под короткой шляпной вуалью я разглядел тонкие черты графини Полянской.

Женщина села в карету, которая тут же тронулась с места. Мы переглянулись с Кинрю, он понял меня без слов и перебрался на козлы, отпустив моего кучера с Богом.

Карета графини свернула за угол, и золотой дракон натянул поводья. Мой экипаж покатился следом за неприступной Лидией Львовной.

VI

Экипаж Полянской на некоторое время скрылся с наших глаз, и я заметил, что от крыльца стали отъезжать и другие кареты. Кинрю повернул за графскими рысаками, и мы некоторое время не спеша двигались следом. Спустя около получаса мы выехали на Большую Мещанскую улицу. Я едва не задремал, убаюканный цокотом копыт и тишиной, которая господствовала в округе, уверенный, что Кинрю не спускает глаз со щегольского экипажа Лидии Львовны.

Через

некоторое время карета Полянской остановилась у небольшого домика с мезонином, окна которого прикрыты были деревянными ставнями. Во дворе располагался маленький садик, окруженной витой оградой, весь поросший кустами смородины и малины. Я разглядел, что на воротах отсутствовала дощечка с именами хозяев.

Я задавался вопросом, что могла в таком месте позабыть блестящая Лидия Львовна? И пока ответа не находил.

Кучер графини слез с козел, приоткрыл дверцу и помог своей госпоже выбраться из роскошной вызолоченной кареты. Она подобрала край свой тальмы и ступила на землю, озираясь по сторонам. Кучер прикрыл за ней дверцу, забрался на козлы, развернул рысаков и поехал восвояси.

К счастью, Кинрю остановился у тротуара с противоположной стороны, так что наш экипаж, почти что не было видно из-за деревьев.

Женщина легонько постучалась в ворота, и ей тотчас же отворили. Я вылез из кареты, сделал знак Кинрю дожидаться меня на месте и подобрался к бревенчатым воротам, для того чтобы сквозь какую-нибудь щель разглядеть, что же творится во дворе.

Графиня Полянская, в сопровождении немолодой полноватой бабы в платке, поднялась на проваленное крыльцо. Она спотыкнулась пару раз в темноте, но тем не менее на ногах удержалась.

— Ох, барыня, заждались, — глухим голосом проговорила хозяйка халупы и распахнула дверь перед госпожей. На мгновение из дома вырвался сноп света, осветил хозяйственные пристройки, и тут же погас, погрузив всю округу в непроглядную тьму, потому как дверь за графиней снова закрылась.

«Очень интересно!» — промолвил я и сделал попытку перебраться через ограду. Удалось мне это не сразу, но в конечном итоге я все-таки оказался во дворе. Сделал несколько шагов по направлению к дому и растерялся, потому как снова раздался стук у ворот.

— Вот тебе и на, — прошептал я себе под нос и стремглав бросился в сад, прятаться в крыжовниковых кустах.

Дверь снова отворилась, и на миг во дворе сделалось светло. Все та же немолодая женщина появилась на пороге и устремилась к воротам. Запор никак не хотел ей поддаваться, она промучилась пару минут, утерла пот со лба и кликнула из дома лакея.

— Семен! — нетерпеливо повторила она. На пороге появился хромой слуга почти что в одном исподнем.

— Чего кричишь? — прошипел он сквозь зубы и в один момент справился с покосившимися воротами.

Калитка приоткрылась и в нее проскользнул незнакомец в темном плаще.

У меня сердце екнуло — неужели убийца?!

— Обознался, — вздохнул я разочарованно.

Этот человек был выше, уже в плечах и худощавее. Однако лицо его тоже скрывалось за капюшоном. Я заключил, что именно его-то и дожидается в этой Богом позабытой дыре графиня Лидия Львовна.

— Милости просим, — поклонилась хозяйка.

Незнакомец ничего не ответил, только слегка кивнул. Женщина проводила его до дома, в то время как Семен занялся воротами.