Иероним
Шрифт:
Провозились пару часов. Скрепив подписью и печатью стопку документов, я с наслаждением выгнулся до хруста в спине и спросил:
– Надеюсь, бумаги будут иметь вес?
– Ваше… ваша светлость, несомненно. Никто не вправе оспорить дарованное вами, это не под силу и самому императору, – поклонился Понтий.
– Спрячь пергаменты в сундук, завтра грамоты понадобятся.
– Слушаюсь.
Понтий принялся аккуратно сворачивать листы, перевязывая получившиеся трубочки цветными шнурками.
Мне жутко захотелось подышать
Ночь воцарилась над спящим лагерем, раскинув покрывало звездного неба. Факелы, весело хлопая пламенем, освещали периметр. Запах деревьев и дыма перемешался в непередаваемый аромат, прогоняя назойливый дух смолы. Похрапывание коней, звон насекомых и бряцанье оружия часовых сплелись в умиротворенную музыку ночи.
– Мой лорд, вы устали? Разрешите составить компанию? – проворковал стоящий на часах рыжеволосый сержант.
– Эльза?! Что, больше некому охранять шатер? – искренне удивился я.
– Вы так заняты в последнее время, а мне так хотелось поговорить…
– Пойдем прогуляемся. Потуши факел, глаза устали. – Я шагнул в нахлынувший сумрак.
Эльза робко последовала за мной.
Очень хотелось побыть наедине с мыслями, но, видно, не судьба.
38
В молчании мы неспешно вышли на берег реки. Теплая ночь окутала мраком шумящую почерневшую воду. Галька захрустела под сапогами. Набрав пригоршню холодной влаги, я обмыл лицо. Свежесть взбодрила, пустив легкую волну мурашек.
– Эльза, ты хотела поговорить?
– Мой лорд, не знаю, как начать… – замялась девчонка.
– Говори как есть, так всегда проще.
– Ваша светлость, люди удивлены, если не сказать больше, выздоровлением Олафа.
– Знаю, но так лечат в тех краях, откуда я родом.
– Рассказ Рогана будоражит умы воинов, и то, что я видела, не оставляет сомнений. Вы бог? – Последняя фраза едва слетела с губ, а в голубых глазах рыжеволосой разгорелся пугающий огонь фанатизма.
– К сожалению, нет. А то, что видела… молодец, не рассказала… Недавно моя жизнь была понятна и худо-бедно спланирована, а сейчас… Если рассказать – не поверишь, да я и сам не верю… – Тяжело вздохнув, я уселся на скрипнувшую гальку, устало вытянув ноги. – Садись.
– Мой лорд, постараюсь понять, если соизволите поделиться, – прошептала Эльза, покорно усаживаясь рядом.
– Иногда чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Лишние знания губительны для неокрепшего разума. – Я погладил ее по голове. Как рассказать то, что сам не понимаю? – Эльза, собираюсь завтра устроить пир по случаю победы, а послезавтра в путь. До крепости рукой подать, – попытался я увести разговор в сторону.
– Мой лорд, я займусь приготовлениями.
– Вот и хорошо, могу сказать одно: вы мне не безразличны, и я не сделаю вам зла. Верь, все образуется.
– Верю, мой лорд. –
Звезды игриво поблескивали на черном небосводе. Шум реки баюкал разум. Приятно посидеть на берегу в тишине.
Эльза затихла, прижавшись к моему плечу.
Мысли плавно утекали в сторону далекого манящего современного мира – понятного и родного, напичканного электроникой и суетой.
Я здесь чужой. Объект охоты.
Сегодня жизнь подкинула очередную проблемку с прямым наследованием трона… Такое добро и даром не нужно. Хотелось встать и закричать: «Отпустите домой!»
Но разум понимал – крик останется без ответа.
Судьба упорно вела меня по одной ей понятному пути, расставляя новые препятствия, по словам Адольфа – граня кристалл души.
Странная философия или миропонимание…
Куда заведет предопределенный сущностью путь – оставалось загадкой.
Так хочется назад! Домой, на войну, в казарму, где нет говорящего в голове кота…
– Мой лорд, вам надо поспать. Вы устали, позвольте, я вас провожу? – вывела меня из полудремы Эльза.
– Проводи, – охотно согласился я, вставая.
Короткая дорога обратно, и шатер призывно откинул полог. Усталость бросила меня на ложе. Проворные женские руки помогли снять доспехи.
«Нужно поспать…» – промелькнула последняя мысль.
Привычный шум утренней тренировки назойливо проникал сквозь сон. Немного поворчав, я перевернулся на другой бок. Адольф недовольно засопел, вытаскивая отдавленные мною конечности, и в отместку лизнул меня в лицо. Шершавый язык прошелся по щеке, оставляя склизкий противный след. Брезгливо потершись об подушку, я раскрыл глаза. Наглая рыжая морда улыбалась, блестя желтыми глазами.
– Вставайте, ваше величество! Ой, простите… высочество! Да что я говорю… ваше вашество… – прогнусавил вампал, явно издеваясь.
Рука метнулась, и зверь не успел среагировать. Теплое волосатое ухо угодило в крепкий захват.
– Попался! – возликовал я, подминая упирающегося Адольфа.
Ну держись!
Отведя душу, вдоволь поиздевавшись над стойко сопротивляющимся зверем, милостиво выпустил измученного пленника.
Удачное начало дня!
– Не очень, – обиженно отозвался Адольф, отбежав в сторону и усевшись вылизывать торчавшую клочками шерсть.
– Сегодня праздник, а завтра в дорогу! Дня три – и мы у крепости! – Я уселся на край ложа, потянувшись за одеждой.
– А дальше что? – спросил вампал.
– А фиг его знает. Конец походу.
– А планы мщения?
– Прибудем – разберемся. Может, в крепости есть библиотека, а в ней ответ и дорога обратно. Как-то же Кхара приходил в этот мир.
– Собираешься пойти в пустыню к кочевникам?
– Может быть, а сегодня торжественная реорганизация маленькой, но, заметь, армии!