И телом, и душой
Шрифт:
На душе потеплело, улыбка почти непроизвольно расплылась на лице.
Лена обернулась к Андрею, глаза ее светились.
Молодой человек, наклонив голову немного набок, подмигнул ей и протянул бокал шампанского.
— Девушка, можно вам угостить? — проговорил он с улыбкой, озарившей его красивое лицо.
Лена, улыбаясь, кивнула и приняла бокал из его протянутой руки.
Странно, но она даже не подумала о том, что скажет Максим. Ведь сомневаться в том, что наблюдает за ней, и, конечно
Но почему в тот момент, когда она увидела светящиеся зеленые глаза и радостную улыбку, мысль о том, что мужу может не понравится это общение, проскользнула незамеченной, уступая место обычному желанию поговорить с молодым человеком, к которому, несомненно, питала нежные чувства.
Андрей приподнял бокал вверх, предлагая тост.
— За встречу? — игриво улыбнулся ей, скривив губы, и Лена кивнула.
Держится молодцом, даже, несмотря на сложный разговор в кафе, когда все точки над «и» уже были расставлены и приоритеты разобраны. И Андрею досталось лишь почетное второе место — место друга, пусть и лучшего, а лидирующие позиции, как и прежде, были отдано другому.
Девушка пригубила шампанского и посмотрела на Андрея, улыбнувшись уголками губ.
— Как ты здесь оказался? — проговорила она.
Светлые брови вопросительно приподнялись.
— Как, ты разве не знаешь? — он казался удивленным. — Я теперь партнер «Империи».
Лена ахнула, изумленным взглядом пронзая друга детства и понимая, что улыбается все шире.
— Так ты и есть тот партнер, которого ждал Максим? — воскликнула она.
— Ммм… Максим? — нахмурившись, пробормотала Андрей.
Сердце забилось в груди сильнее и громче. Лена выдохнула.
— Эээ, да. Мой муж, — проговорила она смущенно и отвела глаза. — Максим Колесников.
Андрей удивился, она увидела это по его изменившемуся лицу. Брови вопросительно приподнялись, уголки губ опустились, глаза блеснули странным огнем, затаившимся внутри зрачков.
Бокал в его руке дрогнул.
— Значит, вот кто твой муж, — произнес он тихо. — Максим Колесников!?
Лена сглотнула, ощущая себя в чем-то виноватой. Может быть, ей не стоило признаваться?… А смысл? Не узнал бы от нее, узнал бы позже от кого-то другого. Разве подобное можно скрыть?!
Смирится ли Андрей, вот в чем теперь вопрос. Ведь одно дело, знать, что у нее есть муж, и совсем другое — что теперь они будут вынуждены работать вместе.
Она посмотрела на мужчину, а тот грустно улыбнулся ей, глядя прямо в глаза.
— Знаешь, — проговорил он тихо, тронув ее за руку, — а я не удивлен.
Слишком двоякими были эти слова, и эту двойственность заметила и Лена, вздрогнув всем телом.
Острые иголочки мгновенно вонзились в плоть, проникая под кожу и парализуя ее.
— Я
— Я тоже об этом не знал, — горько усмехнулся Андрей, стискивая бокал. — Ты работаешь вместе с мужем?
Девушка покачала головой.
— Нет, не работаю.
— Тогда ты, наверное, пошла работать по специальности? — он весело подмигнул, всеми силами стараясь вернуться за ту негласно проведенную черту, которую они уже перешагнули, и вернуть разговор в прежнее беззаботно легкое русло. — Кондитер, насколько я помню?
Лена улыбнулась, глаза ее засветились. Снова.
Интересно, если задуматься и посчитать, насколько чаще она улыбается в общении с Андреем, чем в разговорах с Максимом?… Статистика ужаснула бы результатами.
— Да, кондитер, — подтвердила она. — Но я не работаю по специальности. Я вообще не работаю, — тихо добавила она, опустив глаза.
Андрей замер, нахмурился, а потом выдавил из себя:
— Почему?
Самый сложный вопрос из всех, которые вообще можно задать, это вопрос почему. Он требует анализа.
Лена пожала плечами и взмахнула рукой, другой стиснув бокал.
— Не знаю, так получилось, — подняла на него грустный взгляд. — Не устроилась сразу… Потом семья…
— Он тебе не позволяет, да? — напрямую спросил Андрей, внимательно глядя на ее смущенное лицо.
О ком именно говорит мужчина, можно было и не угадывать.
— Нет, — проговорила она, осознавая, что говорит не всю правду. — Максим здесь ни при чем. Просто, — она поджала губы и отвела взгляд в сторону, — так сложилось, что… не получилось.
— А ты хочешь, чтобы получилось? — вновь напрямую спросил Андрей, пронзая ее острым взглядом.
И вновь она смущенно отвела глаза.
— Да, я хотела бы, — призналась она, не смея солгать ему в этом. — Но сейчас сложно устроиться. Я потеряла много лет, да и практики у меня не было. Сейчас это, наверное, уже нереально.
Она грустно вздохнула, и Андрей тронул ее за руку, нежно и легко касаясь шелка кожи, провел по нее большим пальцем, словно успокаивая, а потом проговорил, ласково глядя на нее:
— Не бывает ничего нереального, — уверенно, твердо, со знанием дела.
Она доверчиво заглянула ему в глаза, неуверенно улыбнулась.
— Ты так думаешь?
— Конечно, — с неохотой отпустил ее руку, вздохнул. — Я подумаю, как тебе помочь. И если ты хочешь работать, то ты будешь работать.
Карие глаза засияли сотнями, тысячами, миллионами звезд. Счастливая улыбка расплылась на лице.
— Серьезно? — проговорила она изумленно. — Ты, правда, можешь?
— Если ты хочешь…