i d22eb7fa14baa6c4

Unknown

снести поток ветра, что гонят нескончаемые машины с разных сторон туннеля.

***

Я иду из последних сил. С меня катится пот градом, а рука, которую так и не

выпускает из своей Граф, уже липкая и скользкая — выскакивает из захвата.

– Тебе плохо?

– Нет. Просто устала.

– Нам нельзя останавливаться. Осталось лишь пара километров, - подбадривает меня

Док.
– Вивиан, соберись. Мы уже пришли. Осталось совсем чуть-чуть.

Граф

прерывает его. Он строго смотрит на своего друга. Чтобы ни случилось, но Док

у него все еще в подчинении. Док замолкает.

– Ей плохо. Она устала. Мы же можем остановиться?

– Нет. Ты и сам это знаешь. Я думаю, что они либо скоро догадаются в какую сторону

мы направились, либо уже догадались... тогда, у нас очень мало времени.

Граф знает, что Док прав. И я знаю это ничуть не хуже них.

– Я дойду, - пытаюсь идти легкой походкой, которая ни чем не отягощена.

– Сомневаюсь, - Граф подхватывает меня на руки и продолжает путь.
– Идем, -

обращается он уже к Доку. Тот кивает.

Мы вскоре доходим до подъема к четвертому району. Я вижу свет уличных фонарей, которые освещают проход. Верно, сейчас же уже вечер. Мы шли весь день.

– Ну что, готова?
– наклоняется ко мне Граф. В его глазах теплится беспокойство и

нежность. И, кажется, первое все же перевешивает.

– Готова, - касаюсь я рукой его щеки. Они наклоняется к ней, чтобы сильнее

почувствовать ее, трется, закрывая глаза. Нас подгоняют другие люди, что хотят попасть в

четвертое гетто.

– Идемте, времени мало, - обрывает нас Док.

Мы поднимаемся наверх. Там вновь охрана. И все они наготове: стреляют без

предупреждения.

– Кто вы?
– останавливает нас один из них.

– Помощники торговца из пятого, - улыбается Док. Пальцы его перебегают словно по

клавишам невидимого пианино.

– А с ней что не так?

Это относится уже ко мне. Я чувствую как во мне поднимается страх. Желудок делает

кульбит и издает соответствующий звук.

– Она подвернула ногу, пока мы шли сюда, - все также ведет переговоры вместо нас

Док, отвлекая охрану от нас с Графом. Граф может лишь разорвать их, а я не смогу

вымолвить и слова от переживаний.

– Ясно, - кивает военный и дает приказ пропустить нас, переходя к следующим, что

показываются из туннеля. Мимо нас все время проносятся те, кого никогда бы и не

подумали бы остановить.

Мы стараемся смешаться с толпой. Людей в это время мало, но они есть. Те, кто хочет

уйти отсюда и те, кто хочет попасть в четвертый район.

– И как мы теперь попадем к вашим, - шепотом спрашиваю

я Графа, подтягиваясь к

его уху.
– Граф?

– Есть один метод.

– О чем ты?

– Здесь есть люди, что так же как и ты хотят избавиться от таких как тот придурок, Ксандер. Здесь есть свой наместник, что подчиняется совету и творит свои дела в угоду

лишь себе и знати, что наверху.

– У вас есть пособники в четвертом?

– Нет, не у нас, а у тех, кто обитает за Громадой в четвертом, - поправляет меня Док. Я

киваю. Понятно.

– И кто они?

Граф улыбается. Он глядит вперед. Док ускоряется и мы спешим вперед к

ближайшему дому, что стоит здесь, у входа в тоннель.

Два стука: короткие и с интервалом не больше секунды, а затем три с интервалом в

пол минуты. Дверь открывается, но на пороге пусто. Никого.

Я теряюсь в догадках: кто помогает здесь хладным? Они точно помогают нам или

нужно ожидать подвоха?

Я вспоминаю того врача, что помогал Графу и Псу... Тогда. Давно.

Это и правда было давно. Мне кажется, что прошла целая вечность. Но всего-то около

четырех-пяти месяцев. Рука ложится на живот, когда меня вносят через порог.

Граф замечает мой жест. Он кивает на живот:

– Тебе плохо? Больно?

– Нет. Просто, вспомнила о том враче, что помогал тебе и... Псу, - нехотя добавляю я.

Как бы я не относилась к нему, он помог нам с Несс. Вывел из-под удара и принял свою

смерть, не оставив нас на произвол судьбы. И еще... он все-таки был другом моего

любимого.
– Ты знаешь, что он...?

– Убит?

– Да. Прости, я ничего не могла поделать...

– Тсс, - кладет он меня бережно на диван, укрывая поверх пледом.
– не говори никогда

так. В этом нет твоей вины, - Граф присаживается рядом на корточки. Док же задергивает

все шторы и осматривается.

– Она здесь?

– Здесь. Только прячется. Бабушка Келли, выходи, все хорошо. Мы не привели хвоста.

Я — Док, а это — Граф и его возлюбленная — Вивиан. Она ждет от него ребенка.

Я поворачиваю голову в сторону входа. Там оказывается дверца в полу.

Подвал!

После того, как дверца с грохотом падает на пол, из подпола появляется седая голова, которая уже наполовину лысая. Редкие тонкие пряди покрывают светлую кожу. Глаза

бледно-голубые, подернутые пеленой.

Бабушка, которой на вид лет шестьдесят или даже семьдесят.

– Бабушка Келли, - распахивает объятия Док.

– Погоди, - четким звонким голосом останавливает она его. Док слушается. Граф же