i bea48bc5b4563f46
Шрифт:
– И какого черта я приперся, от хошек оторвался? Тебя что, совсем шиза скосила с перепоя?
– Если бы шиза, - на ходу отозвался Крис.
– Тут дело посерьезней.
– Ну да, паранойя, - заметил Граната.
– "Годзик чуть не прибил..." - не ты ли так писал? И где же твой Годзик? Или ты его уделать сумел на пассажирке?
– Будет скоро Годзик, он сзади идет. Прошу, помолчи, сейчас все объясню. Мне тебя разыгрывать совсем ни к чему.
Габлер довел Гранату до эскалатора, косо уходящего на второй ярус. Перемещаясь вверх, со ступенек еще
– Встанем вон там, возле Марциала.
– Габлер мотнул головой на серую плиту с очередным древнеримским изречением.
Плита была вмонтирована в ограждение второго яруса, и золотые буквы, складываясь в предложение, с обеих сторон сообщали всем и каждому: "Уметь наслаждаться прожитой жизнью - значит жить дважды". Автором изречения значился Марциал. Словосочетание "прожитой жизнью" в зале космопорта выглядело как-то странно, намекающе, это Крис подметил еще в прошлый раз.
Граната издал короткий смешок:
– Недурно: "Встанем возле Марциала"! Хочешь поставить себя вровень с поэтом, Гладик? Не получится. Даже у меня и то не получится.
– Не кривляйся, а?
– попросил Габлер.
– Потерпи.
– Потерплю, - не стал выкобениваться Граната.
– Только учти: недолго.
Мхитарян снял с плеч нэп и достал из его бокового кармана объемистую посеребренную фляжку. Крис тут же вырвал ее из руки носатого файтера и шагнул с эскалатора на второй ярус.
– Э-э...
– опешил Граната.
Габлер сунул фляжку в карман своей куртки, подошел к плите с изречением Марциала и положил руки на ограждение. Отсюда был отлично виден весь зал.
– Он вот-вот должен появиться, и мы посмотрим, что будет дальше, - сказал Крис, чуть повернув голову к грозно сопящему рядом Мхитаряну.
– Ты чего это мой коньяк забрал?
– хмуро осведомился тот.
– Мы же не на службе.
Габлер развернулся к нему всем телом и собрался еще раз сказать этому Принцу Датскому о серьезности ситуации. Но наткнулся взглядом на бесстрастного орла с эмблемы и спохватился: Юрий Гальс может приметить знакомый комбинезон, а это совсем ни к чему. Он снял куртку, оставшись в серо-белом свитере, и протянул сослуживцу:
– Напяливай.
Граната покорно сунул руки в рукава, облачился и тут же извлек фляжку из кармана. Но когда Крис, опустив на глаза арт-очки, нахлобучил ему на голову свою каскетку, попытался возмутиться:
– На кой черт мне этот крендель?!
– Заткнись!
– не выдержал Габлер.
– Или я набью тебе морду! Просто стой тихонько, и я потом тебе все объясню. Я ведь давно уже должен был трупом лежать, понимаешь ты или нет? И это Годзилла позаботился, понятно тебе, стихоплет носатый?!
Глаза у Гранаты немного прояснились, он поморгал и действительно заткнулся. И даже сунул так и не открытую фляжку обратно в карман.
"Проняло..." -
– Хрен бы ты меня здесь увидел, - все-таки не удержался Граната.
– Но я по-любому на Однорогого собирался. Я же в столицу здешнюю думаю попасть, в Кришну. Посетить Сад наслаждений. Напоследок приберегал...
"Не получится у тебя, дорогуша", - подумал Крис.
И тут же увидел Годзиллу. Ткнул локтем в бок Гранату, кивком показав, куда смотреть. Юрий Гальс вошел в зал неспешной походкой необремененного никакими проблемами отпускника. Каковым он, собственно, и являлся. Однако проблема-то у него была. И если у него такой вид, то это либо маскировка, либо действительно спешить ему некуда. Или же и то, и другое. По сторонам Годзилла не смотрел и сразу направился к кассам. И это, скорее всего, значило, что Единорог для него действительно только транзитный пункт. Передача псевдо-Копья должна состояться где-то в другом месте.
Оставалось выяснить, каким рейсом намерен улететь дальше Годзилла. Это не составляло никакого труда. Граната все же извлек фляжку, молча приложился к ней. Удовлетворенно выдохнул, и Криса обдало до боли знакомым ароматом коньяка "Коктебель". Хотя приморская Александрия казалась уже чем-то далеким-далеким. Они продолжали наблюдать за Годзиллой, пристроившимся в конце короткой - из трех человек - очереди. Вот Годзилла уже второй... первый...
Крис посмотрел на табло. И увидел, как поменялось число свободных мест в одной из строчек. Их стало на одно меньше. Галера "Квинт Серторий". Старт в двадцать часов по "едику". Пункт назначения - планета Амазония в системе звезды Либер. Все ясно и понятно.
– Амазония...
– недоуменно пробормотал Граната, тоже все сообразивший.
– То он на Миноху свою распрекрасную рвался, то вдруг на "сильванском" лонге* на Верку умотал... А теперь здрасьте: Амазония. Что-то тут не то... Рыба хи какая-то на спине и мое лицо на лице вообще ничего не поймет**, - если вспомнить несравненную Ольгу...
* Лонги - боевые космические корабли разного класса.
** Из песни Ольги Арефьевой "Саван".
– А я тебе о чем? Смотрим дальше, на всякий случай. Вдруг он все-таки тут груз свой отдаст.
– Да что за груз-то, Гладиатор? Что за черный футляр?
– Терпение, Гамлет, терпение... Сейчас поглядим, где он пристроится, и я тебе все расскажу.
– А чего тебе дома-то не сиделось?
– Я до дома еще не добрался, - буркнул Крис.
– Встретил одного... друга детства... На свою задницу.
Граната тихо присвистнул и вновь отхлебнул из фляжки. Из-под козырька каскетки виднелся только его замечательный внушительный нос.
Годзилла поправил нэп на спине и все той же прогулочной походкой побрел вдоль шопов. Остановился возле кафе, открыл дверь и вошел туда. Сквозь прозрачную стену было видно, как он набирает целый поднос всякой всячины. Когда темнокожий великан устроился за столиком, Крис взглянул на Гранату: