Хроники Ехо
Шрифт:
К счастью, сэр Шурф спит очень чутко. То есть разбудить его Безмолвной речью проще простого, не то что большинство из нас, и что самое поразительное, он даже спросонок мыслит очень ясно. Одно удовольствие иметь с ним дело. Выслушал мой сбивчивый рассказ, то и дело перемежаемый жалобами на Джуффина, которого, дырку над ним в небе, совершенно невозможно дозваться, когда он действительно нужен. Напомнил мне простенькое дыхательное упражнение, которое показал вчера, и велел повторить его хотя бы с полдюжины раз. А он, дескать, пока обдумает случившееся.
Минуту спустя, когда я не то чтобы
«Но я же говорю тебе: до него невозможно докричаться!» – в отчаянии завопила я.
Если бы это была не Безмолвная речь, а обычная, у Шурфа, не сомневаюсь, уши заложило бы. А так он и бровью не повел.
«Запомни, леди Меламори, – строго сказал он. – Нет на свете невозможных вещей. Бывают только вещи невозможные лично для тебя – причем временно невозможные, если правильно к ним относиться. Это, разумеется, касается не только умения в любых обстоятельствах докричаться до нашего начальника».
Пока я обрабатывала эту информацию, Лонли-Локли благополучно исчез из моего сознания. Как он там пробивался к Джуффину – понятия не имею, Но сэр Шурф и правда оказался самым могущественным колдуном в Соединенном Королевстве: минуту спустя наш блудный шеф сам прислал мне зов.
«Что там у вас стряслось, горе мое? Сэр Лай все-таки решил сбежать от вас к даме своего сердца? Эх ты, шляпа! Такого хорошего заморского ухажера проморгала!»
Я сделала все возможное, чтобы быстро и качественно испортить ему настроение. И, кажется, вполне преуспела. Иногда для этого бывает достаточно просто рассказать правду.
«Немедленно приезжайте в Иафах, – распорядился Джуффин. – Знаешь, где Тайный вход? Ну да, кому и знать, как не тебе!… Я пока не понимаю, что у вас твориться, зато Сотофа, похоже, понимает. Ну, или делает вид – в нашем положении и это лучше, чем ничего» Это было, мягко говоря, не самое оптимистическое выступление сэра Джуффина Халли перед сотрудниками Тайного Сыска, что да, то да. Но мне полегчало: по крайней мере, хоть что-то теперь можно сделать. Отвезти этого бедного парня в Иафах, например. Авось леди Сотофа Ханемер действительно такая могущественная ведьма, как рассказывает мой дядюшка Кима. Потому что если нет… Я-то как-нибудь переживу еще одно разочарование, а вот туланца жалко.
– Сейчас поедем в резиденцию Ордена Семилистника, – сказала я призраку. – Там Джуффин и леди Сотофа – круче этих двоих вообще нет колдунов в Соединенном Королевстве. Они тебе обязательно помогут, иначе быть не может. Вот увидишь!
– У призраков есть как минимум одно преимущество перед настоящими людьми, – меланхолично ответствовало туманное пятно. – Стоит только развоплотиться, и все тут же переходят на «ты» и начинают выказывать дружеские чувства. Думаю, потому, что призрака невозможно принимать всерьез.
– Да потому что жалко тебя, дубина туланская! – в сердцах рявкнула я.
– Какая
– Если ты когда-нибудь станешь призраком, я и с тобой буду добрая и ласковая, – отрезала я, выворачивая к Мосту Кулуга Менончи. – А сейчас могу и в лоб дать – веришь, нет?
К счастью, они оба поверили в такую возможность и больше не приставали ко мне с разговорами. Я, когда очень волнуюсь, веду себя как мегера – чтобы с ума не сойти. Макс, когда еще был здесь, в Ехо, часто повторял, что гнев сильнее страха, потому, дескать, мы с таким удовольствием впадаем в ярость, только повод дай. Так вот, я, честно говоря, жуткая трусиха. Еще и впечатлительная, как школьница.
Искать Тайный вход в резиденцию Ордена Семилистника не пришлось: Джуффин и Сотофа уже поджидали нас у стены. Шеф с нескрываемым изумлением косился на туманное пятно, в которое превратился наш туланский гость, зато леди Сотофа обрадовалась.
– Все верно, – сказала она, усаживаясь на заднем сиденье рядом с призраком. – Так я и думала. Джуф, ты тут пожалуй поместишься, садись. Поехали деточка.
«Деточка» – это у нас, надо понимать, я. Прошу любить и жаловать.
Куда ехать-то? – проворчала я, – обескураженная таким обращением.
– Как куда? К моей закадычной подружке Типе Брин. Улица… улица… Как называется улица, кто-нибудь помнит?
– Улица Трех сирот, – подсказал призрак Трикки Лая.
– Точно. Спасибо миленький, – проворковала Сотофа. – Такой хороший мальчик – и такой бестелесный, смотреть больно! Ничего, что-нибудь придумаем.
– То есть можно будет сделать меня человеком? – обрадовался тот.
– Насчет «сделать человеком» – не знаю. А вот с телом, надеюсь, выкрутимся как-нибудь, – отмахнулась она. – Но чуть позже. Сперва мне надо бы Типе в глаза поглядеть. Говорил мне Нуфлин: никого ничему не учи, пока в Орден не вступят. Надо было иногда его слушать – для разнообразия…
– Так Типа была твоей ученицей? – сердито спросил Джуффин. – Вот уж не ожидал от тебя!
– Ну, «ученицей» – сильно громко сказано. Она очень талантливая девочка – по крайней мере, была. Но пришла ко мне поздновато. То есть фокусам всяким ее научить – не вопрос, но вот в башке порядок навести – это даже мне оказалось не по силам. То есть нет, я бы и с этим справилась, но при условии, что она оставалась бы при мне неотлучно. Я немного с ней повозилась, а потом сказала: или ты поступаешь в Орден, или на этом наши занятия завершатся.
– Твоя вера в людей не знает границ, – вздохнул Джуффин. – Ты что, всерьез рассчитывала, что она бросится тебе на шею и присягнет в верности Ордену Семилистника?
– Ну, другие-то обычно бросаются. И присягают как миленькие, а что ж!
– Леди Сотофа, я правильно понимаю, что вы научили Типу Брин мастерить эти грешные подушки? – спросил Мелифаро. – Но этого быть не может! Вы же не…
– Разумеется, я не такая дура, – согласилась Сотофа. – И разумеется, этому я ее не учила. Наоборот, это Типа научила меня и моих девочек мастерить такие подушки – в обмен на помощь в некоторых делах и нескольких простеньких фокусов. У нас, знаешь ли, было деловое соглашение.