Хроники Ехо
Шрифт:
– А ему-то зачем? – изумилась я.
Вот уж действительно, невозможно представить. Такой могущественный колдун, каким был Великий Магистр Нуфлин, – и вдруг бежит к Мастеру за подушечкой. К тому же думаю, что тосковать по умершим и ушедшим возлюбленным старик перестал еще пару тысяч лет назад – если вообще когда-нибудь владел нехитрым этим искусством, в чем я лично очень сомневаюсь
Джуффин пожал плечами.
– Откуда я знаю? Я в его дела никогда особо не лез. Просто Сотофа рассказывала, что к Нуфлину пару раз приезжал курьер от Типы. Но ничего конкретного, все
Я пожала плечами, но информацию взяла на заметку. Леди Сотофа Ханемер вряд ли станет болтать со мной, как с подружкой, но у меня, хвала Магистрам, половина родственников в ордене Семилистника, начиная с дядюшки Кимы, между прочим, все равно пора бы помириться. Он, наверное, обрадуется. – Сэр Лай, бери адреса и катись отсюда! – распорядился Джуффин. – Время поджимает. Будет хорошо, если ты успеешь закончить разговор с Лао Курваем прежде, чем тот узнает, что всех его коллег нынче вечером осаждали охотники за этой грешной подушкой.
Такая новость кого хочешь насторожит. Мне бы не хотелось, чтобы он раньше времени понял, какая важная вещь эта подушка. Когда люди думают, что речь идет о пустяках, они, как правило, лучше соображают.
Туланец покорно взял бумажку, куда сэр Луукфи Пэнц успел переписать два адреса с архивной таблички, поклонился и поспешно вышел.
– Ну вот, господа, на нашу с вами долю осталось всего сорок четыре Мастера, – бодро сказал Джуффин. – Говорить не о чем! Сэр Шурф, на тебе пятеро, все твои соседи, из Нового Города. Костюм и легенду выбирай сам, но имей в виду: в роли безутешного вдовца ты можешь быть неподражаем.
– Спасибо, сэр, – кивнул Лонли-Локли. – Придумаю что-нибудь. Переоденусь дома, у меня там довольно большой гардероб.
– Не сомневаюсь. Поезжай, удачи тебе… Кофа и Кекки, как самые опытные специалисты, возьмут на себя всех, кто живет на Левобережье. Их там четырнадцать человек. Делитесь, как вам удобно, господа. Кекки может приступить немедленно, а вы, Кофа, сперва приведите в надлежащий вид наших коллег.
Кофа молча кивнул, проглядел табличку с адресами, показал Кекки, с кого следует начинать, и она галопом умчалась выполнять поручение. В дверях эта торопыга чуть не сбила с ног курьера, который тащил корзину с пестрым тряпьем и париками всех мастей.
Кофа тем временем взялся за дело всерьез. Напялил на Мелифаро рыжий парик, тут же отрицательно покачал головой, что-то пробурчал и заменил огненные кудри смоляными.
– Рыжей женщине очень трудно казаться печальной, – пояснил он. – Знавал я одну рыжую, у нее в Смутные Времена старший сын погиб, сражаясь в составе Королевской гвардии, а младший сгорел в резиденции Ордена Зеленых Лун, куда его только-только взяли послушником. Бедная женщина совсем извелась, а соседки судачили: бессердечная мать, ходит довольная, как ни в чем не бывало. А все потому что рыжая…
Пока он разглагольствовал, я с трудом сдерживала смех: из красавчика Мелифаро вышла совершенно нелепая девица. Коренастая, донельзя вульгарная, страшная как чучело, но при всем при том не лишенная некоторого обаяния. Словом,
Впрочем, не я одна была в восторге. Нумминорих, бедняга, чуть сознание не потерял, силясь не заржать, да и все остальные свидетели чудесного преображения сэра Мелифаро с трудом сохраняли серьезность. Начальство не выдержало первым: Джуффин расхохотался, закрыв лицо руками. Со стороны это было немного похоже на рыдания.
– Можно подумать, – почему-то обиделся Кофа.– Ну да, не красавица, но… Впрочем, ладно. Лицо, пожалуй действительно стоит подправить.
Пару минут спустя сэр Мелифаро перестал быть смешным. Теперь на нас взирала довольно потрепанная брюнетка средних лет, скорее усталая, чем по настоящему печальная.
– Очень хорошо, – уважительно сказал Джуффин. – Теперь сделай глоток «Сладкого шепота», чтобы изменить голос, смени лоохи на что-нибудь поскромней: где ты видел безутешную вдову в малиновом? Наденешь маску, в твоем положении она более чем уместна, и вперед. Кофа, сколько времени будет действовать ваше заклинание?
– До утра, как и «Сладкий шепот», – ответствовал Кофа. – В таком деле лучше перестраховаться…
Мелифаро скрипнул зубами, но делать было нечего. Принял из рук своего мучителя бутылочку с зельем, которое превращает мужской голос в женский и наоборот. Очень полезная вещь, к тому же общедоступная. Перед большим городским карнавалом спрос на эту микстуру бывает очень велик, а все остальное время она валяется в лавках, никому кроме нашего Мастера Слышащего, и даром не нужна.
– Я в тебя верю мальчик, – сказал Джуффин своему заместителю. – С твоими темпами и сообразительностью допросить за вечер всего десяток Мастеров Совершенных Снов из Старого Города – тьфу, говорить не о чем.
– Спасибо за доверие, вздохнула усталая вдова, разглядывая свое отражение в маленьком карманном зеркале. – Все равно домой мне до рассвета лучше не показываться – в таком-то виде…
– Ничего, когда закончишь работу, можешь переночевать в Управлении, – великодушно разрешил этот изверг, наш начальник. – Я, ты знаешь, только рад буду.
– Напрасно ты не хочешь показаться Кенлех в таком виде, – заметила я. – Ей бы понравилось. Когда сэр Макс перед поездкой в Кеттари гулял по городу под видом леди Мерелин – было просто шикарно, помнишь?…
– Если бы меня сделали хоть наполовину такой же красоткой, как его тогда, я бы сломя голову домой побежал, – сердито проворчал Мелифаро. – А приводить туда эту страшенную тетку – нет уж, уволь!
– Дело хозяйское, – согласилась я, а про себя подивилась: какие все же бывают закидоны у нормальных, вменяемых вроде бы людей! Я Мелифаро столько лет знаю, у нас и роман когда-то был, страшно вспомнить, как давно, – и вот даже мне в голову никогда не пришло бы, что он способен всерьез огорчиться, обнаружив что его всего на несколько часов превратили в… ну, скажем так – не самую молодую и красивую женщину. С ума сойти можно, какие мы все тонко организованные, сложные натуры. Тьфу!