Хроники Ехо
Шрифт:
– Рад, что по этому важному вопросу наши с тобой мнения не расходятся, – сухо сказал Джуффин. – То, что ты сама, собственными руками делала эту пакость, для меня огромный сюрприз, но… Ладно, дело прошлое. И потом, тебе действительно виднее, как воспитывать всех этих девиц, которые поступают в Орден.
– Мои лучшие ученицы прошли эту школу, – пожала плечами Сотофа. – Нынешним девочкам, при всех их достоинствах, не хватает стойкости. Но – ладно. Кто сказал, что стойкость это главное? Я же сама и придумала. А я тоже могу ошибаться.
– Можешь, – ехидно
За столом воцарилась тишина. Мы с Мелифаро благоговейно молчали, наблюдая сцену примирения титанов. Леди Типа не то дремала с открытыми глазами, не то просто находилась в трансе. Ну да, ее начали допрашивать, да так и бросили, внезапно занявшись другими делами.
– Извините, пожалуйста, но как будет со мной? – вежливо спросил Трикки Лай. – Я очень благодарен вам за то, что вы объяснили, что именно я потерял, но… Куда все-таки подевалась мое тело? В амобилере, где все это случилось, его не было, я искал… И можно ли как-то получить его обратно?
– Твоего тела просто не стало мальчик, – вздохнула Сотофа. – Как только у тебя отняли способность иметь тело, оно исчезло – его существование просто стало невозможным, если ты понимаешь, о чем я говорю… Возвращать надо не тело, а телесность. Тогда и потроха нарастут. Ты не волнуйся, пожалуйста. Я знаю как тебе помочь. Так что расслабься и наслаждайся новым опытом. Хвала Магистрам, твоя беда имеет и приятные стороны.
– Ну, пожалуй, -без особого энтузиазма согласился он. – Но… Я, наверное, консерватор: с телом мне все-таки больше нравилось.
– Тебя можно понять: ты им не так уж долго пользовался, – добродушно сказал Джуффин. – Ничего, парень, Сотофа слов на ветер не бросает. Если она говорит, что все можно поправить, значит, так оно и есть.
– Спасибо, – поблагодарил туланец. Вы, пожалуйста, не сердитесь, что я вас все время дергаю. Просто нервы расшалились… Или это уже не нервы, если тела нет?
– Это не нервы, а твой беспокойный ум, – объяснила Сотофа. – Уж он-то от тебя никуда не делся. Но, откровенно говоря, я очень хорошо понимаю и даже отчасти разделяю твои чувства. Потерпи еще немножко, ладно? – Она повернулась к леди Типе. – Что, заскучала с нами? Ничего, вот и твой звездный час настал. Объясни мне, пожалуйста: ты что, действительно накинулась на этого мальчика только потому, что он к тебе зашел?
– Не прикидывайся школьницей, Сот, – устало ответила та. – Только поэтому, конечно. Сама подумай: чужестранец, второй день в Ехо, пришел ко мне, потому что сплетен на Сумеречном Рынке наслушался – именно то, что требуется! Никто и не поинтересуется, куда он подевался. Он же не докладывал, что на хвосте у него весь Тайный Сыск да еще и ты впридачу. Заявился ко мне как раз в тот вечер, когда я планировала отправиться в порт, поискать там какого-нибудь никчемного попрошайку – из таких, кто пропадет и искать никто не станет, даже старшина портовых нищих ничего не заметит. До сих пор я всегда так поступала.
– Очень мило, – ласково
– Если тебе интересно, именно так я и намеревалась поступить. Ты бы видела, с каким человеческим мусором мне приходилось иметь дело! Они были пьяны в хлам, к тому же истощены до предела…
– То есть никому не удалось пережить утрату телесности, – кивнула Сотофа. – В общем, я так и думала: настойка Круканара действует как очень грубая встряска, это я хорошо помню. И сколько же ты народу угробила? Сотню? Две?
– С тех пор как мы расстались, я сделала всего семнадцать подушек Питрахи. Я своим искусством направо-налево не торгую. Только когда вижу по-настоящему отчаявшегося человека, у которого действительно нет ничего, кроме прошлого и страстного желания его воскресить, хоть в каком-нибудь виде…
– Да-да, я уже поняла, что цели у тебя возвышенные и благородные, – нетерпеливо кивнула Сотофа. – Сколько, кстати, ты с них дерешь за свои услуги? Не то чтобы это имело значение, просто мне любопытно.
– От десяти до несколько сотен корон, в зависимость от того, насколько они богаты. Мои подушки – бесценная вещь, за такую и тысячу корон не цена, но деньги меня не интересуют. Мне моих сбережений до конца жизни хватило бы, даже если жить очень долго. Я беру плату только для того, чтобы клиентам было спокойнее. Бесплатным чудесам веры нет. Хотя последнюю подушку я все-таки подарила старенькой иностранке, дальней родственнице одной из моих первых клиенток. Та ее ко мне и прислала. Я пыталась объяснить, что на другом континенте моя магия вряд ли будет работать, но бедняжка не отставала. Плакала так жалобно… Пришлось сделать для нее подушку Питрахи, но деньги я отказалась брать наотрез. Та, впрочем, только обрадовалась: все боялась, что поистратиться, на обратный путь не хватит…
– Старуха была из Тулана? – спросил призрак. – Если вам интересно, имейте в виду: эта ваша магия, чтоб ей в болоте сгнить, распрекрасно действует за морем. Только бабка умерла. Как мне тут объяснили, подушка из нее все силы высосала.
Леди Типа ни капли не огорчилась, зато оживилась изрядно.
– Правда? Выходит, подушка работала за счет своей владелицы… Гляди-ка, вот это поворот! – воскликнула она.
– Было бы чему радоваться, – поджала губы Сотофа. И повернулась к Джуффину: – Выслушай меня внимательно, – сказала она. – Только хорошо подумай, прежде чем отвечать, ладно?
– А без пафоса никак нельзя? – устало спросил шеф.
– Представь себе, на этот раз – ну никак!
– Ладно. Обещаю: что бы ты ни сказала, буду молчать целую минуту и только потом открою рот. Ты довольна?
– Вполне. Так вот, я думаю, это дело следует решать не по закону, а по справедливости.
Джуффин скривился, но промолчал. На лице его было написано крупными буквами: «Если ты сейчас попытаешься спасти свою подружку от Холоми, буду считать тебя дурой на вечные времена!»