Хранить ее Душу
Шрифт:
Она не чувствовала земли, но смогла наконец сделать нормальный вдох сквозь ткань.
Прошёл, должно быть, как минимум час, прежде чем его походка изменилась, а солнечный свет, мерцавший сквозь плащ, угас, превратившись в глухую тень.
— Отсюда ты должна идти сама, — сказал он, перемещая её так, что она была вынуждена поставить босые ноги на землю. — И ты должна оставаться под моим плащом, пока мы не вернёмся в мой дом.
Она отчаянно цеплялась за ткань, пытаясь защитить лицо от ужасной вони, но он начал
Его сила победила.
Рейя судорожно вдохнула — уже без всякой защиты.
Она шумно выдохнула, задыхаясь… пока не поняла, что в этом больше нет нужды. Он говорил правду. Запах гниющей плоти исчез.
Она подняла на него взгляд с хмурым выражением, губы невольно сложились в обиженный каприз.
— Видишь? — он приподнял край плаща, создавая пространство у своего бока. — Большинству из вас не нравится этот момент, но давай, быстро, пока Демоны не уловили человека в твоём запахе.
Я в Покрове.
Доме Демонов. Месте, откуда они пришли.
Здесь должны быть сотни… тысячи…
Ничто не могло заставить её действовать быстрее этих слов — Рея мгновенно прижалась к нему. Его рука легла ей на плечо, большая ладонь охватила бедро, и плащ полностью накрыл её, погружая мир во тьму.
Она попыталась раздвинуть ткань, чтобы видеть, но он тут же второй рукой натянул плащ плотнее.
— Как я уже говорил, большинству из вас не нравится эта часть, — спокойно произнёс он, — потому что ты не сможешь видеть, куда идёшь.
Его тело и рука удерживали её прижатой к нему, пока он вслепую вёл её вперёд.
— Это чтобы я не знала дорогу назад? — она старалась идти осторожно и чувствовала, что он идёт медленнее обычного, чтобы она не споткнулась.
— Нет. Это чтобы полностью скрыть твой запах. Даже один высунутый палец может привлечь к нам Демонов.
Рейя сглотнула.
Ладно. Она будет идти вслепую, если нужно. Но мысль не отпускала её: как мне сбежать отсюда, если я не могу выйти из-под его плаща? Разве не опасно было приводить меня сюда?
Что ждёт её, когда они дойдут до его дома? Она боялась, что окажется запертой там навсегда.
Я больше никогда не увижу солнце?
Она сжала руки в кулаки.
Нет. Всё будет хорошо.
Пока они шли, она заметила кое-что — не сразу, но достаточно отчётливо, когда мысли перестали метаться.
— Здесь нет снега, — пробормотала она.
Земля была ледяной, но ноги не проваливались в сугробы. Она чувствовала траву, ветки, камни под босыми ступнями.
— В Покрове зимой теплее, чем на поверхности — стены защищают его от холода, — ответил он. Это едва ли можно было назвать тёплым, но хотя бы не грозило обморожением. — А летом здесь прохладно, тень не пускает жару.
Она уже собиралась что-то сказать, когда его ладонь вдруг накрыла ей рот. Вернее, из-за размеров его руки — всё лицо.
Её руки
Он продолжал вести её вперёд, не ослабляя хватки.
— Что ты принёс, Мавка?
Лёд пробежал по её венам от голоса, донёсшегося из-за пределов плаща. Она перестала сопротивляться, перестала дышать, осознав — они не одни.
— Ты возвращаешься с охоты, Мавка. Значит, принёс нам что-то вкусное? Волка? Оленя? Или, может… человека?
Чёрт. Это Демон говорит?
Она не знала, что они вообще умеют разговаривать.
Рейя слышала, как по ветвям рядом скребут когти, как что-то тяжёлое продирается сквозь листву.
— То, что у меня есть, тебя не касается, — мягкий рык завибрировал у её уха из груди Орфея. — Подойдёшь ближе — съедят тебя.
— Скучно, — захихикало существо; голос был одновременно женским и мужским, хриплым, словно оно не привыкло говорить. — Я лишь хочу поиграть с этим. Я не чувствую запаха, но знаю, что ты что-то несёшь. Я слышу, как оно дышит. Давай, дай нам кусочек. Ты ведь не сможешь съесть всё один.
Её резко качнуло в воздухе — он крепко держал её, пока его тело рванулось вперёд, будто он внезапно протянул руку.
Раздался визг.
Потом — глухой удар о землю.
Шипение.
А затем быстрые, удаляющиеся шаги — существо убегало.
То, что она не видела произошедшего, ничуть не успокоило бешено колотящееся сердце. Она была благодарна, что не стала свидетелем этого — и что его запах полностью заглушал всё остальное.
— Обитатели границы, — сказал он спокойно. — Не самые опасные, но именно они чаще всего охотятся на вас, людей, на поверхности.
Он медленно убрал ладонь с её лица и вновь положил её ей на бок.
Рея ничего не сказала — ей больше не хотелось говорить, чтобы что-нибудь не услышало её голос. Они шли молча, должно быть, часами. Каждый шорох листвы цеплял её внимание. Каждый треск ветки вдалеке. Каждое скрежетание по камню или коре. Она слышала костяной треск, жуткий вой вдали, и пугающие крики — словно смесь птицы и воющего ребёнка.
Рея была настороже.
Если что-то случится — просто беги обратно тем же путём.
Она надеялась, что путь не петляет, и что она не ринется ещё глубже в Покров вместо того, чтобы выбраться к краю.
Хотя она знала, что всё ещё должен быть день, перед глазами у неё была лишь чёрная пустота. В Покрове так мало солнечного света достигало земли, что он больше не пробивался сквозь ткань его плаща. Она видела лишь тьму. Поглощающую тьму.
Нет… это была не совсем тьма. Скорее тёмно-серая пустота. Потому что спустя время солнце начало садиться, и тогда она по-настоящему поняла, что значит смотреть в бездну ничего.