Хозяка
Шрифт:
— Нет, — Саран пожал плечами и посмотрел прямо в глаза. — Я знаю, что мать подгуливала, но отец был такой… Это все к лучшему. Барон оставил мне крупную сумму. Он обеспечил и меня и мою мать еще при жизни. Я не могу жаловаться.
— Саран, спасибо за откровенность, — он хотел, чтобы я ушла и больше никогда не появлялась в его мире. Вот поэтому он был так искрененн.
К Вазипию и Ирасу пожаловали новые гости, вернее, гость. Ради разнообразия гость к ним пришел
Это был нечеловек. Вазипий это понял седьмым чувством.
— Я все расскажу, — заявил Вазипий, как только увидел посетителя и начал выкладывать про Чех, по знакомство, про Викторию, про разных ночных гостей.
Лирх молча слушал. Ирас удивился поведению брата, но не вмешивался.
Когда Лирх ушел, то Ирас просил с чего это так разоткровенничался его брат.
— Это был нечеловек, — Вазипий вытирал взмокший лоб. — Что же такого в этой девчонке?
— Кто это был? — потребовал ответа Ирас.
— Я тебе расскажу, но ты молчи. Это был дракон или почти дракон. Говорят, что они вымерли, но это не так. Вроде даже они хотят возродить мир драконов.
— Да?
— Я бы тебе врал? — обиделся Вазипий. — Я узнал случайно, есть способ их различать. Это был полудракон или вернее человек, так до конца еще и не ставший драконом.
— Ты что несешь? — Ирас стал опасаться за разум брата.
— Это самая большая тайна. Говорят, что каждый может стать драконом. Понимаешь? За это их и убивали, а мир разрушили, — Вазипий шептал брату на ухо.
— Что? — Ирас побледнел. — Каждый?
— Так какие-то условия. Я не все знаю, но когда-то я столкнулся с одним настоящим старым драконом. Он сделал заказ на поиск души своего друга. Я нашел лишь часть этой души. Ты слышал про Великого воина Гада? Так вот, я тогда многое понял. Пусть это были полунамеки, но…
Вазипий многозначительно завращал глазами, Ирас потребовал подробностей.
Барон Киурдас уехал от нас. Мы попрощались с Мильном, обещали его навещать и тоже ждали в гости. Гена вздохнул с облегчением и тоской. Он сильно грустил по своей Лине.
Барон решил, что будет нехорошо не побывать по пути в гостях у своего доброго знакомого Вальтимора. В доме всегда веселого добродушного друга царила ярость. Вальтимор был в гневе. Ему нанятый маг-целитель подтвердил, что дочь имела интимные контакты и порадовал новостью, что она беременна. Дочь билась в истерике, что во всем виноват отец. Отец пялился на башмаки и куртку незнакомца, песочил начальника охраны на предмет, что у того шляются под носом все кто ни поподя.
Киурдас не знал всего этого, он приписал такое состояние началу времени работ. Киурдас задержался у Вальтимора на один вечер. Разговор
Киурдас — добрая душа — поведал, что познакомился с такими удивительными людьми. Он многое рассказал про соседей.
Тот рев который издал Вальтимор, когда выпроводил старого друга, смог напугать всех в доме.
— Готовсь! — Вальтимор уже придумал, как он будет убивать этого брата новой соседки.
Вазипия и Ираса навестил еще один тип по поводу Чех. Калека в летучем кресле вел себя вызывающе. Он сделал гадость братьям-торговцам. Старик Чукмедал перекупил компанию «Фуфай», которая занималась разработкой новых сплавов. Ирас и Вазипий очень осторожно присматривилась к этой компании, чтобы не взвинтить цены, а какой-то выскочка-калека сломал всю игру.
— Итак? — Чукмедал предложил им перекупить по сходной цене компанию «Фуфай», но в качестве бонуса требовал информации про Чех.
Вазипий уже заученно оттарабанил все, что знал.
Сверившись по описаниям и поведению гостей, Чукмедал установил, что к ним приходили Укул, Ель, Лирх, а вот про молодого человека было неясно.
— Кто это может быть? — обдумывал Чукмедал.
Латифун пожал плечами:
— Может быть ее брат. Он же сказал, что ее брат. И чего Вы сами пошли к этим людям. Лирх же все узнал, узнала и Ель.
— Я не могу сидеть без дела, — отрезал старик.
Ель удалось выяснить, что денежные гарантии были выданы Чех на три мира. Обычная проверка не способна выявить, где они были реализованы, но вот мафиозная…
Ель методично отрабатывала варианты.
Я сходила в семью Кучля. Неполная семья. Отец садист паршивый, но Пупр мне объяснил, что я не имею право вмешиваться, ведь они же не вмешиваются в мои дела.
— Они даже не захотели со мной говорить, — я сердилась и переживала.
— Они в своем доме, — откликнулся Тритуглар, который вызвался на то, чтобы сопровождать меня в дом этого страшного семейства.
— Что я могу сделать?
— Хозяйка, — Пупр пожал плечами. — Ничего.
Тритуглар имел другое мнение.
— Я думаю, что они вполне могли желать смерти старого хозяина и вашей тоже. Надо за ними посмотреть.
— Ты так и не разобрался, куда ушли деньги? — я повернулась к управляющему поместьем Пупру.
— Пока нет, — покачал он головой.
Мы шли по длинной аллее и обсуждали, что делать дальше.
— Завтра пойдем к Верону, — решила я.
— Хо…
Пупр не успел договорить. Перед домом стояла машина.
— Чех! — мне на шею бросилась Виктория. — Я так рада!