Хозяин степи

Рахаева Юлия Александровна

– Ты спалишь всю деревню вместе с Юргеном? – спросил Бальзан.

– Надеюсь, что до этого не дойдёт. Алтан, твой брат будет со мной во время переговоров. А ты навести местного арамсая и скажи, что шоно требует от него карту их поселения. Если у него такой нет, то пусть нарисует. И пусть отметит все нежилые постройки. Ясно тебе?

– Ясно, но зачем это?

– Надо.

Илпек вышел к Оташу не один, а в сопровождении крепкого мужчины с большим ножом за поясом.

– Здравствуй, великий шоно, – заговорил старейшина.

– Ты

знаешь, зачем я здесь, – спешившись, ответил Оташ.

– Мы вынуждены были пойти на крайние меры.

– Чего ты хочешь?

– Отмены дани. И чтобы наши мужчины не шли в армию шоносара.

– А если я откажусь?

– Мальчика придётся убить. И, великий шоно, если ты захочешь забрать его силой, его всё равно убьют. Рядом с ним хороший воин. Он сделает всё быстро.

– Илпек, я никогда не соглашусь на твои условия. Но я дам тебе время одуматься. Я буду ждать до полуночи. Если в полночь ты не выдашь мне Юргена, я прикажу сжечь твоё поселение.

– Великий шоно так не поступит. Ведь тогда погибнут женщины, старики, дети и этот мальчик, Юрген.

– Жду до полуночи, – повторил Оташ, садясь на коня.

Покидая поселение, шоно чувствовал, как его била мелкая дрожь.

– Не одумается он, – проговорил Бальзан.

– Сам знаю, – ответил Оташ.

– Так значит спалить поселение?

– Значит спалить. Что-то имеешь против?

– Нет, – пожал плечами Бальзан. – Все шоно так делали.

– Мой отец так не делал.

– Но он подавил бунт.

Оташ промолчал. Вернувшись в лагерь, он увидел дожидавшегося его Рейна.

– Вы ездили на переговоры со старейшиной сиваров, не так ли? – спросил Арчибальд.

– Верно, – ответил шоно.

– И они требуют свободы от шоносара?

– Почти. Илпек не говорил о выходе из-под моего правления, но требовал отмены дани и отказывался отдавать своих мужчин в нашу армию.

– Как вы намерены поступить?

– Я дал ему время передумать. До полуночи.

– Вы считаете, он может передумать?

– Нет. Но мне нужно это время.

– Для чего?

– Чтобы подготовиться. Я сказал Илпеку, что прикажу сжечь его поселение.

– И вы действительно сделаете это?

– По вашему голосу я слышу, что вы это не поддерживаете, – усмехнулся Оташ.

– Речь не обо мне, – ответил Рейн. – Поддерживать вас или нет, решать его величеству, но я прекрасно знаю, что король Фарлей Белоснежный никогда не даст добро на подобные поступки.

– И что вы сделаете? Илпек уже предупреждён. А остановить моих воинов в одиночку вы не сумеете.

– Вы правы, я ничего не сделаю. Но я доложу о произошедшем его величеству, и его отношения с вами могут резко перемениться, несмотря на брак с вашей сестрой. А поселение сиваров может постигнуть участь Валахии.

– Господин посол, а вы не могли бы хоть раз говорить от себя, а не от королевства? – вдруг сказал Оташ.

– Что вы имеете в виду?

– Лично вы как относитесь

к тому, что шоно собирается сжечь целое поселение?

– Отрицательно. И дело даже не в том, сколько невинных людей пострадает, а в том, что это неразумно.

– В следующий раз так сразу и говорите.

Арчибальд смотрел на Оташа немного непонимающим взглядом.

– У вас есть своё мнение, господин Рейн, и я хочу знать его, – проговорил шоно. – Здесь, в шоносаре, рядом со мной находитесь вы, а не королевство Нэжвилль.

– Теперь вы знаете моё мнение и что дальше? – спросил Арчибальд.

– Я не собираюсь сжигать поселение, я хочу только сделать вид. Мои воины действительно сделают несколько выстрелов горящими стрелами, но их стрелы попадут в землю и в пару амбаров. За это время я смогу вызволить Юргена, и я надеюсь, что я уже буду знать, где его прячут.

– А что вы будете делать потом? Я имею в виду, что станет со старейшиной?

– Я назначу нового и оставлю несколько своих воинов в поселении на случай новых беспорядков.

– В таком случае я готов поддержать вас, – проговорил Рейн. Оташ протянул ему руку, и Арчибальд пожал её.

Вскоре вернулся Алтан, выполнивший поручение шоно.

– Арамсай нарисовал карту! – проговорил сарби и довольно протянул Оташу бумагу. Поблагодарив парня, шоно решил дождаться возвращения Донира в надежде, что тому удалось узнать, где держат Юргена. К удивлению Оташа, помощник шамана приехал в лагерь не один, а в сопровождении Карсака. Увидев сивара, шоно невольно потянулся за оружием.

– Какого ты притащил его сюда? – возмутился Оташ. – Чтобы я убил его ненароком?

– Тебе стоит его выслушать, – ответил Донир.

– Ты, что же, гонец Илпека? – спросил шоно.

– Что-то вроде, – кивнул Карсак. – Но на самом деле всё не так. Я приехал к тебе, великий шоно. И чтобы ты поверил мне, вот, – сивар протянул ему маленький кожаный треугольник – тумар, который Оташ подарил Юргену.

– Почему я должен верить? Может быть, ты просто снял его с норта.

– Но откуда я мог знать, что это ты ему подарил? Это он мне сказал, он сам отдал, чтобы ты мне поверил так, как поверил Юрген.

– И что же ты хочешь мне сообщить?

– Как ты понимаешь, я знаю, где он, и готов помочь ему бежать, только если ты скажешь, что намерен делать сам. Я мог бы отпустить его и раньше, но не видел в этом смысла. Думаю, ты понимаешь, что я имею в виду. Иначе ты сам бы уже что-то предпринял.

– Показывай, – Оташ протянул Карсаку карту.

– Эта карта не совсем точна, – взглянув на бумагу, ответил сивар. – Кто её составлял?

– Арамсай.

– Тогда понятно. Он колдун, а не картограф. Сейчас я всё исправлю, а Юрген вот здесь, – Карсак достал из кармана грифель и ткнул в квадратик неподалёку от дома старейшины. – Вижу, арамсай отметил все жилые дома… Постой, ты хочешь привести в исполнение свои угрозы?