Холод
Шрифт:
В кабинете, помимо нас, стояло еще семь человек - дорогие костюмы, дорогие прически, дорогие аксессуары - "Элита" корпоративной верхушки.
Следом за Людвигом, к выходу направилась Амина, с каменным лицом.
– Стойте!
– Услышал я голос одного из "Элитных", но было поздно.
Едва дверь в кабинет открылась, шеф открыл проход и вышел вон.
"Выкрик с места", услышал только я - Амина, сделала шаг, за мгновение до этого.
Помахав рукой на прощание, шагнул в проход и я.
– Уроды...
–
Красная пачка ""Maxim", соскользнула в лоток и оказалась в его руках.
– Людвиг...
– Амина попыталась взять шефа за руку, но передумала.
Взяла предложенную сигарету и подкурила от зажигалки, протянутой мною.
Выдохнула и посмотрела мне в глаза.
– Буду у себя.
– Понятливо ретировался я, недоумевая, что-же случилось.
В обед у нас всегда весело - кто-то приносит еду с собой. Кто-то - перебивается "автоматной жрачкой" или открывает проход до ближайшей кафешки. Звенят микроволновки, щелкают чайники, пыхтит кофе машина. Весело лязгают челюсти всех типов, хлюпают носы всех размеров, морщатся от кипятка, лица всех цветов и вот, миг блаженного насыщения, мгновение всеобщего покоя и сонного оцепенения.
Люди радуются жизни и через пару минут уже зажужжит вытяжка, и курильщики соберутся в кучку, вдыхая синий дым и выдыхая серый, оставляя в своих легких липкий яд никотина.
У меня на столе гордо лежала плитка шоколада, здоровенная, грамм на 200, горького, черного, с грецким орехом - "подгон" от Толика, за состоявшуюся беседу, надо полагать.
Две дольки и голод забился в какую-то щель и даже не вякал, пугая, что скоро вылезет оттуда и возьмет свою порцию. Шоколадом.
Потягивая кофе, продолжал внимательнее знакомиться с документами.
По которым получалось, что на второй год "конфликта", в аккурат изничтожив вторую волну коммандос, наемники устроили в глубине своих территорий тренировочные лагеря, обучая специально отобранную молодежь, убивать. Вчитываясь в строчки документов, увеличивая и разглядывая фотографии, почувствовал, что волосы стали дыбом. Идеологическая накачка, система поощрений, "круговая порука" и "вязка кровью" - самое малое, что привили своим воспитанникам наемники.
Дисциплина - строже, чем в армии.
Никаких наркотиков. Никаких сантиментов или колебаний. Общение - только на английском языке.
По данным разведки, только за последние пять лет, в таких лагерях прошли обучение двадцать тысяч человек.
Для Африки - армия.
Не дай боком, объединятся - полыхнет так, что за пару месяцев, ни от одного из царьков, духа не останется! Мало того - за каждого приведенного рекрута, прошедшего отбор и первичные тесты, полагается награда, и по меркам Африки - не маленькая.
Вот и встало на место, какую такую молодежь,
– Сайд! Курить пойдешь?
– У моего стола замерла Агни, с пачкой в руках.
– Бросил я.
– Признавшись самому себе, что больше не нуждаюсь в отупляющей вони сигаретного дыма, сразу почувствовал себя просто-таки монстром! Железным человеком и суперменом - одновременно.
– Не лопни!
– Вернула меня на землю, наша пенсионерка, стукнув по ЧСВ.
Сотка задрожала, привлекая к себе внимание.
"У нас - ЧП! Толик."
Планшет, документы, чашка с остатками кофе - все отправилось в ящик стола.
Зажав в руке шоколадку, набрал ответную смс: "Где?"
"Участок"
Проход открыл по последним данным.
Выматерился, открыл люк на крыше лифта, спустился в кабину и перекрестился, что лифт стоял этажом ниже.
Если бы выше - летел бы я, три этажа вниз... Олух.
В голове билась только одна мысль: "Только не студни - всех сожру!"
Двери лифта раскрылись только после второго удара по кнопке, выпуская меня в страшно тихий зал, в котором люди ходили подобно теням.
– Сайд!
– Перехватил меня Георг и нехорошее предчувствие сжало сердце.
– Ты, только не волнуйся...
– Георг...
– Прошипел я и заметил, как молодой человек втягивает голову в плечи и, в самом прямом смысле этого слова, начинает скользить ногами по паркету, впечатываясь в стенку.
– Говори.
– У нас все нормально!
– Затараторил Георг.
– Санти спит, Нэт и Аша - одна у криминалистов, другая у сыщиков...
– Георг!
– Я заметил, что впечатывает в стенку молодого человека все сильнее и глубоко вдохнул и выдохнул, выпуская пар.
– Что случилось?
– Адвокат повесился!
– Выдохнул Георг и зажмурился.
Приоткрыл один глаз и осторожно посмотрел - будет или нет гроза.
– Да ну и хай на него!
– Выдохнул я расслабляясь.
– Одним крючкотвором больше, одним меньше... Это и все ЧП?
– Ну, он же после Санти, повесился...
– Георг "отлип" от стены.
– Вот она и... Расстроилась.
– Сильно расстроилась?
– Уже понимая, что ЧП был только в голове у моих, теперь уже - бывших моих - студентов, позволил себе улыбнуться.
– 17 человек за два часа...
– Георг покраснел.
– Она тут столько всем рассказала, даже о том, кто по ящику что-то рассказывал, что они друг с другом и не разговаривают!
Угадаете, какое слово сорвалось с моих уст, едва я осознал степень проблемы?
Правильно - "Полярный лис", во всей его красе, глубине, напоре и очень ценном мехе.
Маленькие коллективы, не так страшны своими порядками, как своими тайнами.
А тут...
– Отто меня убьет.
– Понимание проблемы, решению проблемы не поможет.