Хочу влюбиться...
Шрифт:
— Да, - подтверждаю я, - знаю.
— Что? – лицо Давида стало выражать глубокую озабоченность и тревогу. – Что-то серьезное?
— Ну, как сказать, если вы этого хотели, то, наверное, больше радостное…
— В смысле?
— Доктор, я дальше сама…, - и посмотрела на врача взглядом, говорящим, что ему пора свалить.
— Ясно. Документы получите через час, а сейчас можете остаться здесь. И все-таки, показатель ещё не велик, поэтому на учёт можете становиться через недельку, а там сразу и УЗИ.
— Я все поняла.
И
— А я что-то не очень понял…, о чем он и вообще, что с тобой.
— Ну, как сказать то…, - набралась смелости, набрала побольше воздуха в лёгкие и выпалила, - Давид – я беременная.
А в ответ тишина. Сидит, соображает.
— Если сейчас ты ничего не скажешь, то я тебя стукну… А если еще и спросишь твой ли ребенок, стукну два раза…
— Что, прямо вот так…, сразу… Здорово, - и улыбка расползается по его лицу, - блин, я думал, что в моем возрасте дети так быстро не получаются, а тут – раз и … А я – снайпер. – И весь такой довольный.
Подтащил меня к себе и обнял.
— Ты не представляешь, как я рад…, - а голос хриплый. Поднимаю глаза, и все эмоции у него на лице. В глазах слезы…, и придурковатая улыбочка. Моя ты радость.
Как и сказал врач, через час нам отдали документы, и мы были свободны. Папа прислал за нами машину, и мы поехали домой.
Так как телефон мне ещё не вернули, все родственники наяривали на телефон Давида.
Первой была мама.
— Сонечка, - слышу по всхлипам, что мама рыдает.
— Мамочка, миленькая, ну не плачь. У меня все хорошо. Меня кормили, поили, не били, не насиловали. Правда, все хорошо. Рядом вот Давид, тоже жив-здоров, папа тоже, и Рус.
А в ответ мне только всхлипывания. Тут взяла трубку Марина.
— Привет, Соня. Я слышала, что ты говоришь, ты на громкой связи. Я очень-очень рада, что все обошлось, и что вы уже дома.
— Ну, домой мы ещё не доехали, но уже в пути. Скоро будем. Марин, пожалуйста, успокой маму. Правда, все хорошо. Я не приукрашиваю и ничего не скрываю. Все живы.
— Я думаю, что мы скоро вернёмся. Сегодня созвонимся с твоим отцом, и если он скажет, что можно приехать, то мы вылетаем.
— Как там твои богатыри?
— Да что им будет. Благодарны тебе…
??????????????????????????
— За что?
— За то, что каникулы им продлила.
— Вот чудики! А как там мой, красавец?
— Да как…, переживал, похудел. Скоро придет с Лизой из универа, наберёт…
— Слышишь, Марин, у нас тут на пару дней будет отключен телефон…
— Ну, ясно… Голубки. Вы там аккуратнее, мозоли не натрите, - и смеётся.
— Где?
— По рифме, - и уже не смеётся, а ржёт. Пусть лучше смеются, чем плачут.
— Не переживай, нынешняя секс-индустрия, нас подстрахует.
Тут уже на мой разговор обращает внимание Давид. Только разговор шел о слезах, а резко перешёл на секс, наверное, он посчитал, что это, как минимум, странно.
— Ладно,
— А ты была пионером?
— Нет, - усмехаясь, - но слово – кремень.
— До связи, - и кладет трубку.
— И что это такое вы обсуждали с Мариной? – не выдержал, все-таки заинтриговал его мой разговор.
— Переживает за наши половые органы, - всегда говорю правду.
— В каком смысле? – да-да, у нас такая прикукуренная семейка и не надо смотреть на меня глазами по пять копеек.
— Говорит, что мозоли натрем, если два дня на связь выходить не будем. И именно в том месте, о котором ты подумал.
Ура! Мы доехали домой. Если сейчас я вылезу из машины, упаду на колени и буду целовать порог, соседи не подумают, что я кукухой двинулась? Но, я реально, очень, ну прямо очень, рада вернуться домой.
Поднимаемся на мой этаж. Руслан отдал мои ключи от квартиры Давиду, так что туда я попала, а почему телефон не передал…, вот чукча.
Моя квартира, квартирочка! Как я тебя люблю, мой белый диванчик, моя кухонька… люблю, люблю.
— Ты пойдешь в душ? – спрашивает Давид.
— Не-не, план не такой…
— Тебе обед заказать, я сейчас мигом. Вы, наверное, голодные, - и смотрит на мой живот.
— Ну все, начинается…
— Что? Начинается? – недоумевает он.
Беру его за руку и по пути в ванную комнату сообщаю.
— Заказывай еду, - начинаю раздеваться, - у тебя пять минут. Я захочу в душевую кабинку, а ты, - показываю на него пальчиком, - трешь мне спинку. Усек?
Стою перед ним голая. Приподнимают на цыпочках и целую, да так, что сама потекла. Руками забираюсь ему под футболку.
— А тебе можно?
— Вот поэтому и говорю, что начинает… Все мне можно, а главное хочется! А если мама довольна, то и ребёнок счастлив, тебе это любой врач подтвердит. А вот, что с твоими бинтами делать, вопрос?
— К черту, бинты… Иди сюда.
Подхватывает меня и делает шаг в кабинку. Совместили приятное с полезным.
Глава 34
София
Еду мы все-таки решили заказать, но не после душа, а точнее не после душа, стены и кровати, а на много-много позже.
Третий раз был на кровати - юбилейный…
Давид любил меня медленно, зацеловывая каждый кусочек мое тела, и это было не занятием сексом, трахом или соитием, а именно любовью. Изголодались мы друг по другу, просто не передать как. Хотелось целоваться и целоваться. Руки жили своей жизнью, походу мозг уже не отвечал ни за что, он расплавился от накала страстей. Я готова влезть к нему под кожу, настолько близко мне хочется быть к нему. Его движения во мне плавные, неспешные, аккуратные. Вот уж, перестраховщик… Но на третий раз, меня это уже устраивает. Зуд в одном месте уже прошел, можно и насладиться неспешным движениями.