Группа «Янки»
Шрифт:
— Да, сэр! — В его голосе звучало ликование подростка, только что получившего ключи от семейной машины. Бэннон высунулся из башни, чтобы осмотреть поле боя.
Опустошение в долине поражало. Более двадцати машин валялись там разорванными, покореженными и сожженными тушами. Фолку не осталось ничего. Передовой мотострелковый батальон был уничтожен. Шесть танков Т-72, шестнадцать БМП, БТР-60, ЗСУ-23-4 и мостоукладчик МТУ, а также почти две сотни русских солдат были уничтожены. Столкновение длилось менее четырех минут. Группа «Янки» выиграла свой первый бой.
Глава 3
Смена задачи
Когда после бесчисленных проволочек и сомнений было принято окончательное решение начать эвакуацию семей американских военнослужащих из Европы, началась бурная и, похоже, несогласованная деятельность,
Немецкая полиция, усиленная военным персоналом, создала на маршруте систему контрольно-пропускных пунктов. На каждом пункте сержант, сопровождавший автобус, должен был предъявить документы прежде, чем двигаться дальше. На одной из контрольных пунктов, Пэт заметила, что немцы задерживают некоторых людей. Посреди автобана стоял изрешеченный пулями автомобиль. Рядом с ним что-то было накрыто белой тканью с красными пятнами. Никто не мог представить себе, какое преступление могло вызвать у немцев такую реакцию. Какова бы не была эта причина, присутствие немцев с пистолетами-пулеметами наготове подчеркивало серьезность ситуации. Последний пост был у главных ворот базы Рейн-Майн. Прежде, чем автобусу позволили въехать, в него зашли солдаты охраны ВВС и проверили у каждого удостоверение личности.
Они также держали оружие наизготовку. Еще двое солдат охраны приказали водителю автобуса открыть багажное отделение. Один из них принялся проверять багаж и водителя, другой в это время стоял в стороне, держа водителя под прицелом. Немецкие полицейские, дежурившие у ворот совместно с американцами, отвели в сторону для допроса двух женщин. Пэт поняла, что это были немецкие граждане, пытавшиеся эвакуироваться вместе с американскими семьями.
На авиабазе кипела деятельность. На одном из перекрестков автобус остановился, пропуская колонну грузовиков, отъехавших от летного поля и направившихся к оставшимся позади воротам. В грузовиках находились американские солдаты, подкрепления из штатов, попавших под действие программы РЕФОРДЖЕР. Пэт догадалась, что иждивенцев собирались вывозить на тех же самолетах, что доставляли сюда подкрепления. Возможно, этот кошмар почти кончился. По крайней мере, это была последняя остановка на этой стороне Атлантики. Но вместо того, чтобы везти людей к терминалам, автобусы высадили их у гарнизонного спортивного зала. Там собралось уже большое количество людей. На полу спортзала были выложены ряды одеял, образуя спальные места. Семьи группировались по подразделениям. Некоторые женщины их батальона, доставленные сюда на первой волне автобусов, заняли места для остальных. Вновь прибывшим объявили, что, так как терминал переполнен эвакуируемыми, их разместят в спортзале, пока не придет их очередь. Пэт сказали, что персонал ВВС работает над организацией эвакуации лучше и с больше отдачей, чем армейский, однако есть серьезные проблемы с перемещением всех семей, стекающихся на Рейн-Майн. Один из офицеров ВВС сказал им, что люди, размещенные в спортивном зале, останутся там, по крайней мере, до утра.
Это расстроило Пэт. Она, как и другие жены и матери, была готова уехать. Они, наконец, настроили себя на этот окончательный рывок. А теперь им придется провести ночь в открытом спортивном зале с сотнями других удрученных и обеспокоенных людей. Казалось, любое действие только добавляла еще больше волнения и чувства подавленности. Однако, несмотря на прискорбность ситуации, ее приходилось терпеть. Пэт решила, что она сможет продержаться еще немного. Так пришлось. Небольшая группа начинала зависеть от нее. И увеличиваться. К ним присоединилась Джейн Ортелли, жена механика-водителя танка Шона. Ей было всего девятнадцать, и она никогда не покидала штата Нью-Джерси, прежде чем они переехали в Германию. Во время посадки в автобусы, Джейн стояла в стороне, прижимая к себе четырехмесячного ребенка, словно плюшевого медвежонка, пытаясь согреть и защитить его. Пэт подошла к ней и настояла на том, чтобы она присоединилась к ним, так как они размещались в одном автобусе. Джейн была ей благодарна и испытала некоторое облегчение.
К группе
Пэт и ее «группа» самостоятельно расположились в небольшом углу, собрав восемь матрасов и сдвинув их вместе. Четверо взрослых расположились по углам, разместив детей в центре. Джейн держала ребенка на руках, не желая отпускать его ни на минуту. Сейчас он казался ей единственным, что имело значение в мире. Сара, преодолевая свои страхи, настаивала на собственной кровати, как и ее братья. Шон и Дебби разместились вместе. Шон, несмотря на то, что он был на год младше, взял на себя роль старшего брата и помогал Дебби. Он пытался объяснять ей все так же, как отец пытался объяснять ему. Дебби внимала каждому его слову, словно Евангелию, потом задавала Шону другие вопросы. Но, по крайней мере, сейчас она могла говорить и, казалось, чувствовала себя более непринужденно. Курт настаивал на том, чтобы находится рядом со своей «приятельницей» Сью. Он наслаждался всем вниманием, которое она ему уделяла.
Ночь принесла мало отдыха. Страх, опасения, дискомфорт и опасение пропустить эвакуацию держали взрослых в напряжении, в то время как дети оставались заведены «приключением» этой поездки. Некоторые взрослые переговаривались вполголоса, ища компанию в попытке уйти от страхов. Другие просто ушли в себя, будучи уже не в состоянии справиться с мрачной реальностью, в которой они оказались. Пэт молилась, чтобы завтра все закончилось. Это должно было закончиться. У нее оставалось мало сил. Это должно было закончиться в ближайшее время. Только истощение позволило ей поспать несколько часов.
Движение к терминалу началось рано. Группы эвакуируемых направлялись туда в том же порядке, в котором прибывали сюда. У Пэт и ее маленькой группы было немного времени на завтрак перед своей очередью. Все устали. Ночью почти невозможно было хорошо отдохнуть. Холодная еда, переполненное помещение, мало сна в одежде и общее ощущение тяжелого испытания доводили женщин и детей до изнеможения. Пэт не могла вспомнить, чтобы когда-то ощущала себя более усталой и несчастной. Поездка к терминалу прошла в тишине.
Перемещение тысяч людей, эвакуированных ранее, оставило свой след на терминале. Чистое современное здание, встретившее Шона и Пэт по прибытии в Германию, было завалено мусором и брошенными одеялами и одеждой. Те, кто покинул зал ранее, смешались внутри терминала с теми, кто провел всю ночь там.
Оглядываясь вокруг, Пэт подумала, что хотя в спортивном зале они ощущали себя несчастными, пребывание здесь было еще хуже.
У дверей рядовой ВВС записал их имена, выдал номерки и направил на второй этаж, где они должны были ждать, пока их номер не будет назван. Со второго этажа, по крайней мере, можно было смотреть на летное поле и садящиеся самолеты. По другую сторону стоянки технического обслуживания расположились грузовики и автобусы, ожидающие солдат, прибывающих из Штатов. Пэт и дети смотрели, как большой С-141 [9] вырулил на стоянку. Створчатый хвостовой люк открылся, словно пасть аллигатора. Как только опустилась грузовая аппарель, солдаты начали выбегать из самолета по двое, строясь по отделениям и взводам под командованием сержантов. Построившись, они двинулись к машинам, начав грузиться. Не дожидаясь, пока солдаты окончательно высадятся, персонал ВВС занялся самолетом. Неуклюже подтянулся топливозаправщик, начав заправлять самолет. Всем, похоже, хотелось как можно быстрее развернуть С-141 и поднять его в воздух.
9
Американский военно-транспортный самолет, аналог советского Ил-76
Женский голос начал выкрикивать номера и раздавать указания. Никто из небольшой группы Пэт не услышал своих счастливых номеров. Они оставались, глядя на счастливчиков, которые выходили на поле, строились в две линии и направлялись к С-141. Наземный персонал закончил с самолетом и подготовился к приему другого, уже приближающегося огромного С-5. Вид этого самолета вызвал волнение. Фрэн сказал Пэт, что она уверена, что они полетят на этом. В душе, Пэт молилась, чтобы так оно и было.
* * *