Грешные дела
Шрифт:
— Может быть, тебе следует быть актрисой, Александра, — Финнеган появился за их спинами. — Такая внешность пропадает…
Александра наклонилась ближе к Авроре.
— Мы должны его игнорировать? — прошептала она. — Но, боюсь, больше всего на свете его разозлит именно молчание.
— Игнорировать меня? Зачем делать эту ужасную вещь? Конечно, принцесса для этого слишком добросердечна! А я так хочу её обожания…
— Боюсь, моё обожание тратится на Родрика, — сказала Аврора. — Тебе придётся полагаться на Александру, а она, кажется, не слишком
— Ты ранила меня, вы обе! — он прижал руку к сердцу, словно кто-то пырнул его только что шпагой. — Я оставлю вас, если вы так желаете, но знайте, что вы пытаете меня, когда говорите обо мне только у меня за спиной!
Александра присела, и Финнеган, поклонившись, удалился.
— Бешеный человек, — промолвила Александра. Она не критиковала его так, как это делала Айрис, едва-едва сдерживая омерзение. Она улыбалась, словно всё случившее исключительно позабавило её.
Аврора попыталась выглядеть как можно более невинно.
— Тебе не нравится?
— О, я его достаточно люблю, — протянула Александра. — Но ведь нельзя позволять ему думать так! Приносит куда больше удовольствия позволить ему считать, что мы его терпеть не можем. Это только злит его и заставляет стараться заслужить наше одобрение.
Аврора сомневалась в том, что Финнеган питал определённые иллюзии относительно того, насколько сильно Александра его любила.
— Я слышала, что он помолвлен с принцессой Изабеллой.
Александра махнула рукой.
— Сейчас, да, — сказала она, — но кто знает, как всё может случиться? — она вздохнула и внезапно сильнее схватила Аврору за локоть. — Наверное, так приятно получить всё, что тебе дали. Выйти замуж за Родрика и знать, что всё будет правильно! Ничто не может пойти не так!.. Ты рада завтрашнему дню?
— Конечно! — кивнула Аврора. — Только немного нервничаю от возбуждения.
— Не нервничай, — сказала Александра. — Всё предрешено, не так ли? Ты знаешь, как всё пройдёт. И это так романтично!..
— Да, очень романтично.
— Александра! — группа из трёх дам позвала её в другой конец комнаты. — Поиграй с нами в вист! Нам нужен ещё один человек для таблицы!
Александра взглянула на Аврору.
— Но принцесса…
— Иди, — сказала Аврора. — Я не против. К тому же, если ты будешь за столом играть в карты, где нельзя присесть, Финнеган не сможет с тобой поговорить. Идеально.
Александра улыбнулась.
— Если ты не против…
— Конечно! Заставь его завидовать!
Александра поднялась и заскользила по комнате. Аврора задержалась на месте, где они стояли, пытаясь отыскать Родрика или ещё хоть какое-то знакомое лицо. Принц был втянут в разговор, ещё и на другой стороне комнаты, с королём. Аврора не хотела прерывать его. Но прежде, чем она успела подыскать другой вариант, Финнеган вновь оказался рядом с нею.
— Вы не мечтаете сыграть в карты, принцесса?
— И упустить возможность поговорить с вами? Ваши слова для меня во время игры были слишком восхитительными!
— Игре и вправду
— Возможно, это было бы не молчанием, — сказала Аврора. — Я слышала, что всё же должны быть какие-то слова, — она отвернулась, пытаясь сдержать раздражение. Он был так самоуверен и так самодоволен. И всё же, её разочаровывало то, что ей почти нравилось разговаривать с ним. Она никогда не встречала никого, кто раздражал бы её настолько, что сделал бы это своей целью — подколоть её.
— Нет, думаю, не хватало реализма, — протянул Финнеган. — Хотя, полагаю, тут ещё неуместные костюмы. Часто кажется, что придворные Алиссайнии были бы отличными актёрами, если бы сыграли сами.
— А ты?
— О, принцесса, — усмехнулся он. — Это же почти моё предназначение!
Глава 16
Когда она была полностью готова утром следующего дня, каждая мышца Авроры буквально кричала ей раз за разом: беги.
«Я могла бы сделать это», — думала она, когда Бетси тянула за талию и расправляла юбки. Она могла бы бежать. Тристан предложил ей выход. Она могла оставить замок позади, спрятаться в таверне и никогда не беспокоиться о судьбе или обязанностях, или же об истинной любви. Пока её не поймают, по крайней мере. Пока повстанцы не уничтожат всех в замке. Пока люди короля не начнут отбиваться и целое королевство не погрузится в гражданскую войну. Её желудок сжался, и она плотнее сжала губы, чтобы сдержать волну тошноты, что хлынула на неё. Она не могла уйти, риск был слишком велик.
Родрик ждал в большой комнате, пустой — только с одним столом и зеркалами вдоль стен. Он покраснел, когда увидел её, и его рука дёрнулась к уху.
— Принцесса, — промолвил он. Она кивнула ему и почти присела в реверансе, и он поклонился в ответ. — Ты прекрасно выглядишь! — он был прекрасным человеком, как повторяла она себе. Но она не любила его, и каждый удар её сердца твердил ей, что это было неправильно, не так, всё не так.
Королева дала ей старомодное платье с длинными, плавными рукавами и слишком тугой шнуровкой на талии. Это было чем-то из сна, картина жизни того, как всё было «в старину». Распущенные волосы локонами спадали на её плечи. Она убрала один со своего лица и опустила голову.
— Спасибо.
— Я принёс тебе кое-что. Подарок. Для нашей свадьбы, — он вытащил ожерелье из кармана и протянул его. Закрученная цепь алмазов опускалась к звезде, блистящей на свету. Это выглядело так, словно драгоценный камень вытащили из древнего великолепного клада. Естественно, реликвия. Что бы ещё королева приказала ему передать ей?
— Тебе нравится?
— Да, — сказала она, всё ещё пытаясь говорить вежливо. — Оно великолепно. Но я не могу принять его.
— Ерунда! — королева ворвалась в комнату. Её волосы были сложены на голове в гору сложных вихрей, украшенных мелкими блёстками, которые, может быть, тоже были алмазными. — Тебе подойдёт.